Николай Шмелёв - Кронос

— Вот оно, место городских свиданий! — воскликнул Комбат. — Сколько страстей здесь пронеслось, за время существования. Сколько зубов выбито…

— Лично у меня, аспект ухаживания за дамой, никак не увязывается с дико трясущейся толпой, — покачал головой Крон. — Я старался минимизировать своё посещение подобных заведений.

— Правильно! — подтвердил Дед. — Это естественно тогда, когда не слышно голоса разума, но явственно доносятся визгливые крики преисподней. Редко выходило, что-нибудь хорошего, из подобных знакомств.

Выйдя к предполагаемому месту дислокации связника, Крон бесполезно искал её глазами. Как он не вглядывался в мельтешащую толпу, так и не мог разглядеть Наинин, если не хрупкий, то утончённый силуэт, имеющий все изящные черты пресмыкающегося. Мимо сновали, какие-то смурые личности, как с нарисованных картинок, объединившие в своих нарядах моду всех эпох: кто в кепке, кто в котелке, а кто, так и вовсе в тюрбане, точно сбежавший с восточного базара. Писком достижения маразма стал дворцовый шут с бубенчиками на колпаке, пробежавший мимо и звеня, как запряжённая лошадь. Скрывшийся в подворотне, он ещё долго звенел, где-то за домами, пугая кошек и кормящихся голубей.

— Может быть, она — прототип современной бабы Яги? — ни с того, ни с сего, нарушил молчание Дед, выдвинув нелепое предположение, слабо, чем обоснованное.

— С чего ты взял? — удивился Пифагор, ещё плохо знакомый, со сложившейся обстановкой.

— Действительно! — согласился с ним Кащей. — Она, вроде бы — не урод.

— Но и бабуси-ягуси, не старухами рождаются! — возразил Дед, не согласный с контраргументами. — А носы с ушами растут на протяжении всей жизни.

— А кто знает? — вмешался Доцент. — Рождаются ли они вообще!

— Это, в каком смысле? — насторожился Дед, в умственных исканиях зайдя в тупик.

Доцент только пожал плечами, так же не в состоянии завершить логическую цепочку умозаключений. Ещё раз, оглядев окрестности, Крон увидел знакомую фигуру и, указав на неё, сказал:

— Вот она стоит — жуёт банан и разглядывает тайну третьей ступеньки.

— Вот тебе и наивная Наина! — усмехнулся Бармалей. — Сравнивает банан с дубиной!

— У тебя, прямо, баллада о древнерусском воине! — восторженно умилился Почтальон.

Отвлекать Наину от этого занятия никто не решился и все держались в стороне, ожидая, когда она отвлечётся от созерцания творения, неизвестного, для неё, мастера. Наконец-то, девушке надоело рассматривать шедевр, и она подошла к ожидающим, со словами:

— Как некультурно!

Все дружно заржали, а беспринципный Кащей, слабо знакомый с Наининым характером, показал на себе все жесты и символы, увиденные ей в металле. Она только прищурила глаза и, пошляку стало не по себе, от двух щёлочек, его разглядывающих. В этот момент, Кащею так хотелось спрятаться за чью-нибудь спину… Пришлось Крону разряжать обстановку, ухватив под руку подколодное создание, и уведя прочь, по направлению к базе. Он и сам её побаивался, не скрывая сего факта, но надо было что-то делать, чтобы Кащею не досталось на орехи, так как, согласно легенде, наги убивают взглядом. Причём, даже в спину. А так же дыханием… «Глупо, конечно, соглашаться с маловероятными сведениями, похожими на сказку но, тем не менее, все кого-то, или чего-то — боятся», — размышлял Крон.

— Балда! — сказал Кащею Бармалей. — На себе не показывают.

Всю дорогу Наина что-то лепетала, не обращая внимания на остальных членов экипажа, как вдруг неожиданно повернулась к Крону всем корпусом и тихо прошептала, наклонившись к самому уху:

— Завтра вы так просто не попадёте в коллектор, обычным путём. Он охраняется огромным огром и только Богу известно, что у него на уме. Придётся поискать обходные пути в подземелье крепости и потайные подземные ходы.

— Час то часу не легче! — громко вздохнул Крон, закатив глаза. — Надеюсь, всё же, что они не разрушены, эти ходы, а подземелья не охраняются пятью ограми и тремя драконами.

— В том то и дело, — Наина наклонилась ещё ближе к уху спутника. — Другие проходы замурованы и забыты, а один известный, и есть тот самый коллектор.

— Ладно, — с тоской прошептал Крон. — Будем решать задачи, по мере их поступления, тем более что это классика жанра.

Комбат всё время пытался прислушаться к шёпоту и понять смысл разговора, но Крон не хотел, до утра, портить людям настроение, чтобы не напились с горя. Проходя мимо магазина спортивного снаряжения, Наина оживилась, увидев в витрине акваланг. Она с интересом разглядывала странное приспособление, которое, по причине отсутствия воды в реке, было лишено всякого смысла, к тому же, отсутствие компрессора и вовсе сводило на нет полезность данного агрегата. Даже после объяснения назначения акваланга, было видно, что логика ускользает от её внимания. Это обстоятельство поражало и навевало на некоторые размышления, которые и сами пока ускользали, от осмысления.

— Да плюнь ты, на это дело! — сказал он ей, поспешив увести спутницу подальше и недоумевая, какая деталь могла так её заинтересовать.

По пути следования попался магазин «Дары природы». На доске объявлений, висящей у входа, красовались наименования поступивших в продажу товаров.

— «Клюква развесистая», — прочитал Пифагор.

— На красную рябину похожа — дармовую, — заметил несуразность Почтальон.

— «Мёд липовый», — продолжил читать Доцент.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся Комбат, ковыряясь в носу.

— Директор магазина — Дубовый И.А., - закончил чтение Доцент.

— И это не вызывает отторжения, от действительности, — согласился с написанным, Дед.

К дому подъехали на двух каретах, радуясь, что не надо тащить, до смерти надоевшую, поклажу. В магазине делать было нечего, так как всего было вдоволь, если не сказать больше. Пифагор, как и все его предшественники, с разинутым ртом озирался по сторонам, не веря, что это не сон и, в довершении произведённого впечатления, для него включили местные новости.

В эфире телеканал «Небывальщина».

— Ведущий. — У нас в студии опять старые знакомые! Уроды… Старшина, а почему они в наручниках?

На экране пошла глухая заставка без звука и без картинок.

Дед повернул ручку, пытаясь найти «Ролевик», на котором шли смешанные передачи. Товарищи ждали продолжения вчерашних игр. Недовольство личного состава подогревалось неизвестностью точного времени выхода передачи в эфир. Все замерли, в предвкушении открывающихся грандиозных перспектив. В душе, каждый из собравшихся, не наигрался в игрушки: радиоуправляемые машинки, послушные солдатики, стреляющие автоматики… Но, по телеканалу шли разрозненные новости…