Андрей Аливердиев - Легионер против Синаджу (Легионер II)

- Не думаю, что это хорошая идея, - ответила она мне. - Тем более, что, во-первых, встретить понимающего испанский здесь куда вероятней, а во-вторых, я не говорю по-испански.

- С этого надо было начинать, - ответил я, улыбнувшись, - Знаешь такой исторический анекдот: Однажды русская императрица Екатерина II, заехав проездом в какую-то деревню, спросила у местного, как это сказать, староста, почему в честь ее прибытия не звонят колокола. На что тот ответил: "На это у нас есть четырнадцать причин. Во-первых, у нас нет колоколов". "Можете не продолжать," - ответила императрица.

Я с удовольствием отметил, что анекдот возымел свое действие, и уже по-английски обратился к подошедшему официанту:

- Примите заказ у дамы. И запишите его на мой счет.

К слову, губа и у нее была не дура! По крайней мере, на счет халявных угощений.

- Ну, а теперь о деле, - сказал я, когда официант отошел. - Как известно, людей можно делить по разным критериям. Согласно одному из них они делятся на тех, кто нужен мне, и тех, кому что-то нужно от меня. Мне от вас ничего не нужно. Так что, собственно, нужно от меня вам?

- Есть еще один критерий деления людей:

есть люди типа "жив" и люди типа "помер".

- Но нет таких, кто бы знал твой номер, - дополнил я ее фразу и осекся. Ей совсем не обязательно было знать о моих познаниях творчества Б.Г. Однако, слово - не воробей.

- Для непрофессионала ты отлично держишься. Для профессионала - много болтаешь. Но мне не хотелось бы переводить тебя во вторую категорию.

Она слегка прищурилась. В голосе звучала мягкая угроза, но я постарался ее (то бишь угрозу) проигнорировать.

- Мне и самому не хотелось бы, - ответил я, тоже прищурившись. - И скажи честно, - я сделал паузу, и, слегка коснувшись своей ногой ее ноги, добавил. - У тебя хризолитовые ноги, или между ног Брюс Ли?

- Что? - она автоматически посмотрела на свои ноги, очень красивые, к слову, ноги. Потом на меня. И, наконец, поняв, что я продолжаю обыгрывать, начатую ею же песню, рассмеялась, - А ты за словом в карман не полезешь.

- Это точно. Болтливость - мой враг.

Знаешь историю о болтливом черепе?

И убедившись, что она не знает, я начал рассказ. Так как он не содержал секретных сведений, я перешел на английский.

Пока я рассказывал, официант выполнил заказ. Так что последующий разговор шел за едой.

Мне спешить было некуда, так что у нас было достаточно времени для размышления.

- Ты не перестаешь меня удивлять. Однако вернемся к нашим баранам. Ты не Артур. - Она смотрела на меня в упор.

- Рад слышать, что меня уже в этом не обвиняют.

- Только полный идиот мог бы сделать прямой нос орлиным и вставить кривые зубы.

- Спасибо за комплимент, - ответил я на редкость мягко.

- Только не обижайся. Это я так, констатирую факты.

- Еще раз спасибо.

Что еще можно было ответить в таких условиях?

- Еще раз, пожалуйста, - ответила она мне в тон, а затем, полностью изменив интонацию, добавила. - Итак, мы знаем, что ты - не Артур. Но мы не знаем, кто ты.

- Тут мы, знаешь ли, в равных положениях. Я тоже не знаю кто вы. И если на то пошло, то именно я могу делать вам предъявы: вы убили Томаса, который, кстати, был просто болваном.

- Предъявы, говоришь? И после этого ты утверждаешь, что не из России.

- Я ничего не утверждаю. И ничего не опровергаю. Так спокойнее.

- Тебе будет спокойнее, если ты выложишь все начистоту.

- А именно?

- Откуда у тебя документы Артура. И что он тебе о нас рассказал?

Этот вопрос, в который раз, поставил меня в тупик. Однако именно благодаря нему догадка молнией сверкнула у меня в мозгу. Тот миссионер в Африке, документы которого я позаимствовал и был тем Артуром, которого они искали. Черт! Я мысленно выругал себя за то, что уподобился тормознутым героям американских боевиков, не догадавшись об этом сразу. Значит, он в самом деле был мастером Синанжу. Бывает же такое совпадение! Однако правда состояла в том, что он действительно ничего мне не рассказывал. Точнее он умер раньше, чем успел мне что-либо рассказать. Однако. Оставалось только включить говорильник.

- Это документы миссионера, несущего свет в самые темные закоулки современности. И я действительно нес этот свет. Мои родители...

- Может, хватит? Я уже сказала, что нам известно, - она подчеркнула это слово, - что ты пользуешься документами Артура. Они мастерски сделаны и даже занесены во все компьютеры. И нас интересует, где их хозяин. Советую отвечать честно.

Что ж. Честность - лучшая политика. И я ответил.

- В Африке. Точнее - в Африканской земле. К сожалению, едва ли я сам отыщу его могилу, но могу заверить, ничего ценного при нем не было. И, кстати, убил его не я. Более того, я пытался его вытащить из принеприятнейшего положения.

- Можешь не оправдываться. Я уже не питаю к нему никаких чувств. Однако нам важно знать, что он тебе успел рассказать.

- Тебе честно сказать?

Она кивнула.

- Ничего.

Несколько секунд она зло смотрела мне прямо в глаза.

- Тогда откуда ты знаешь про Синанджу?

- Тебе честно сказать? - ответ повторялся, но опять был к месту. - Я ничего не знаю о Синанджу.

Кроме того, что почерпал когда-то из "Дестроера"

При слове "дестроер" она скривилась, но продолжала вопросительно смотреть на меня своими восхитительными серыми глазами.

Весь идиотизм положения только начал укладываться в моей голове. Значит, я воспользовался документами настоящего беглеца из Синанджу, а потом загрузил этого бедолагу Тома, что сам являюсь таковым. Еще нагнал, что сделал пластические операции и изменил узоры ладоней. Надо же так влипнуть!

- В это трудно поверить, - ответила она, когда моя пауза затянулась. Этот Том рассказал все точно.

- Мне самому трудно поверить. Но я чувствую себя, как герой детской сказки, который нашел древнюю книгу и вычитал из нее заклинания, делавшее любую изреченную им ложь правдой.

- Волки - войте на луну,

Раки - ползайте по дну,

В полночь каркнет воронье,

Станет правдой все вранье. Так?

- Не совсем. Там было все на английском.

Я улыбнулся.

- Не надоело валять дурака?

- Нет. Особенно, что этот дурак сейчас - не я, - зачем-то у меня вдруг прорезался эстонский акцент.

- Однако нас все же интересует, кто ты?

И на кого работаешь?

Вот! Это главное. Конечно, найдя, что мне удалось бежать, они должны были решить, что я - хоть и не из их компании, но все же - не фраер. Это хорошо. Сейчас мне предстояло тягаться с целой системой, о структуре которой я не имел ни малейшего представления. Ведь я даже не читал 'Дестроера'... (Что правда, то правда!) Однако и они не знали, кто я. Поэтому не стоило разубеждать их в моих мифических связях с очень прочной спиной.