Татьяна Суворова - Сердце бездны

Несмотря на ревность "титанов", всем было достаточно весело и уютно. Никто не обратил внимания, что Нина Рагозина, старпом "Дальнего", вздрогнула - словно о чем-то вспомнив. И быстренько выскользнула через дверь под какими-то огромными, толстыми листьями. Компания, которую бросила Нина, огорчилась очень мало - эта гостья уже показала свою скучноватость и неумение вести светскую болтовню.

Оказавшись в пустом коридоре, женщина закусила ярко-алую, жирную от помады губу. Каким-то болезненным, неуместным жестом поправила смоляные, цыганские волосы (не краска, а наследственность). И очень быстро пошла, почти побежала, на планетолет - к себе в каюту.

"Я не могу. Опять ЭТО. Чем, чем меня накачали?!"

Собственно, протестовала она очень слабо - и только мысленно. Выросшая в семье кадровых военных, Нина отлично знала, что начальство никогда не может превысить своих полномочий. Правда, убедить в этом собственных подчиненных ей удавалось далеко не всегда. Но командование ее ценило и очень быстро продвигало по службе.

Новехонький, только что слетевший со стапелей "Дальний" - ее первое назначение на серьезный управленческий пост. И Рагозина, как всегда, быстро и полно прониклась этой новой высокой ответственностью.

Тем более что доверие оказалось двойным. За день до старта незнакомый, элегантный мужчина с магическим золотистым удостоверением вежливо посадил Нину в кабину двухместного стратосферного флайера. Машина летела по заранее вложенной программе. Сопровождающий - еще один очень корректный человек затемнил все стекла кабины. И весь полет мило и умно рассказывал своей спутнице о новейших направлениях в живописи. Потом были посадка, крыша двухэтажного лесного дома из металлопластика - строения, неотличимого от сотен и сотен типовых биостанций. Вот только здесь существовали скрытые этажи - их количества старпом, естественно, не узнала.

В светлой подземной комнате, из "окна" которой "открывался вид" на ковыльную степь, Нину вежливо попросили приглянуть за командой - особенно за капитаном, сестра которого, оказывается, сошла с ума. Рагозина было попыталась объяснить, что Артур Истомин полностью надежен, она его знает, она не раз летала с ним как старший пилот. Но высокий голубоглазый особист только развел руками: "Правила, перестраховка, к тому же вы будете контролировать и экипаж..." В конце разговора этот самый обыкновенный парень в нормальном сером и элегантном комбинезоне дал понять, что задание носит и испытательный характер. От его результатов зависит, будет ли Нина еще работать на их учреждение. А ведь, как она сама понимает, такое сотрудничество - немалая честь. И сейчас, когда ради выживания цивилизации пришлось прекратить обычные войны, остаются экономика, сферы политического влияния и тем более никем не отмененное понятие Отечества...

Были ли у всех этих людей естественные лица - или их скрывали очень совершенные биомаски? Старпом не знала. Как не знала, что же такое там с ней сделали, сотворили, почему она сейчас...

(Зря грешить можно даже на спецслужбы.)

Пока Рагозина мчалась к себе, даже не пытаясь сопротивляться появившемуся в ее голове приказу, в оранжерее все шло своим курсом. Пит Браун, второй энергетик базы, подкручивал редкие, но все равно любимые усы и назидательно посматривал на Ингу Петере, второго врача "Дальнего". Та отмалчивалась и поглядывала по сторонам - чтоб скрыть улыбку. Так она делала всякий раз стоило Питу подойти к очередному драматическому месту рассказа. Поскольку сие повествование состояло почти из одних драматических мест, Инга делала это все время. Что сходило ей с рук - до настоящего момента. Сейчас же энергетик все заметил - и тут же забыл о свеженьком, торжественном обещании, данном себе самому накануне вечеринки: не настаивать на доверии слушателей.

Срочно требовалась страшная месть. И, случайно глянув на ближайшую лампу. Пит вдруг понял, что надо делать!

- Уф, ну и дурак же я! - Он со вкусом хлопнул себя по лбу. - Заговорился тут, а надо... А, Инга, ты же салага*, значит, должна меня слушаться, так?

* Здесь: человек, впервые полетевший в Космос не как пассажир.

Девушка с сомнением кивнула светловолосой, очень коротко остриженной головой.

- Отлично. Потрать минут пятнадцать, добеги до нашего хозяйства и передай моему заму одну бумажку. Я совсем забыл об этом, а по видеофону с ним не свяжешься - понимаешь, у нас там излучения и все такое... Помехи, нет нормальной связи!*

* Пит опять "подправляет" реальность: такие вещи творятся в энергоотсеках, но редко, это мелкие аварии.

- Да. - Это прозвучало как полусомнение-полусогласие.

Инга прикидывала, не готовит ли Пит розыгрыш. Но поучаствовать в розыгрыше, затеянном этим высоким человеком с обманчиво хмурым лицом, было для нее не так уж и неприятно.

Тем временем тощий длинный энергетик, прислонясь спиной к невысокой толстенной яблоне, с самым серьезным видом накорябал электростилом на листке пластмассы: "Дельфину - приказ: подателю сего, как слишком уж скептическому элементу, дать 2 (два) щелчка в нос. Наказание не смягчать!!! Твой шеф, с приветом". Сложил листочек вчетверо, сплавил его края обратным концом стила, протянул Инге:

- Сбегай, а?

Девушка чуть заметно вздохнула: теперь записку раньше времени не прочтешь. Очень медленно - чтоб позлить Пита - поплелась из оранжереи и пошла по коридору - уже с нормальной скоростью. Подошвы ботинок великолепно липли к пластиковому полу: все время отдираешь ноги с некоторым трудом. Странно, ведь на "Титане" есть центробежная тяжесть, зачем же здесь приспособления для невесомости?

Повинуясь светящимся, алым указателям, в изобилии расклеенным по стенам около каждого разветвления коридора, морщась от этого цветового сочетания алое на голубом, - Инга добралась до энергоблока.

Денис Кукер (в просторечии Дельфин) был до предела недоволен и миром, и его обитателями - они-то веселились вместе с гостями! В конце концов, чтоб скоротать мерзкое дежурство, он начал внеочередную проверку систем.

По инструкции следовало зажечь предупреждающие транспаранты. Но... Посторонние по энергохозяйству не шлялись, присутствие подчиненных, а тем более начальства, на данной территории в данный отрезок времени было невозможным.

Поэтому не был включен ни один сигнал. Кукер (втайне от Барлоу) время от времени допускал это нарушение инструкции. И бед не бывало.

Инга Петере подошла к блоку конденсаторов. Посторонним совершенно не следовало лезть в него, но обходить все это хозяйство по длинному круговому коридору не хотелось. И раз экран оповещения горел спокойным серо-синим цветом, девушка не менее безмятежно нажала огромную белую клавишу на стене. Подождала, пока бронированная, отполированная до зеркальности дверь лениво уползала в паз. Улыбаясь, перепрыгнула через комингс и зашагала между рядами стальных, ослепительно отполированных кубов.