Татьяна Суворова - Сердце бездны

Артур молчал, поглаживая резной, пластмассовый подлокотник кресла. Барлоу не предлагал сесть и сам стоял.

- Это политика, господин генерал, а я ее избегаю, - тот же осторожный тон.

Правый глаз начал чуть-чуть, пока незаметно, дергаться. Плохо. Быстрее бы узнать, что насоображали родимые кресельные крысы. И уйти.

Барлоу вздохнул (при этом у капитана появилась неприятная уверенность, что собеседник отлично понял его состояние):

- Вам надо изменить курс. - Он взял светокарандаш, подошел к личному компьютеру и задумчиво начал рисовать на его экране какой-то топологический кошмар из зеленых и красных линий. - Данные по коррекции сейчас передам... Устно я должен сообщить следующую информацию - кстати, вы обязаны не оглашать ее ни на "Титане", ни на "Дальнем", это тоже приказ ваших верхов... Дело в том, что кто-то сообщил нашему правительству о каких-то психогенных влияниях, а некто в Параинституте* обнаружил, что они идут из вполне конкретного сектора космического пространства... Нынешний президент - великий гуманист, и поэтому предложил таскать каштаны из огня Кремлю... А тому - как и ждал Белый дом - не хватило терпения на организацию специальной, соответственно оснащенной экспедиции. Оба правительства сэкономят на вас всех несколько месяцев и получат данные в максимально короткий срок - в случае вашей удачи, конечно... Вы полетите в то же облако Оорта, но в ту его часть, со стороны которой идет психогенное влияние на Землю. Возможно, что оно вообще не имеет отношения к Солнечной системе - тогда "Дальний" просто примет участие в работах по его изучению.

* Институт парапсихологии.

На стене-экране пошел ливень, и пальмы начали гнуться, став чуть-чуть похожими на удавов. Артур широко, облегченно улыбался. И ляпнул:

- Этот ваш Параинститут - сборище шарлатанов. Кстати, вроде бы американским избирателям обещано прикрыть его, а?

Дождь на экране был, несомненно, веселым, и пальмы явно играли в удавов. Барлоу непонятно пожал плечами:

- Я старый человек, капитан. И буду счастлив, если оба правительства сошли с ума и вы попадете только к кометам. Но я иногда вспоминаю, что мы очень мало знаем о мире. И в последнее время такие мысли приходят ко мне все чаще.

- Посмотрим.

Разрядка недавнего напряжения давала себя знать. И он, все еще не осознавая, каким тоном говорит, достаточно беспечно глядел, как маленькие огрубелые руки генерала отключили компьютер от общей сети, заложили программу против прослушивания и против долговременной фиксации данных в памяти, воткнули в щель считывающего устройства тоненькую пластинку-кассету, только что вынутую из ящика бронированного стола-сейфа. Барлоу мимоходом пожаловался:

- Никак не могу понять, сколько шпионов на моей базе. Лезут все: и правительства, и корпорации.

Дешифровка спецкода кончилась, и на экране появились данные по новому маршруту полета. Артур прищурился, свистнул. Беззаботное настроение испарилось, и он пробормотал:

- Мотивы таких фокусов известны - колики в кишках политиков...

Барлоу, сев на подлокотник кресла, утешающе сказал:

- Я дам вам много дополнительного топлива экстрамарки, и, кроме того, на обратном маршруте вас будет ждать корабль-заправщик. Его вышлют ваши.

Капитан продолжал смиряться с фактом, что от первоначального маршрута надо отклониться на семьдесят три градуса, вдобавок летя почти в Солнечной эклиптике*.

* Космолетчики не любят плоскость эклиптики потому, что вне ее пространство гораздо чище.

Генерал вынул кассету, сунул ее в руку Артура, одобряюще похлопал его по спине. Разблокировал замок, шагнул в коридор - уже на космоне весело болтая о том, что три дня назад у сатурнологов испарился самый лакомый кусок их добычи. И по сему случаю ученые мужи всем коллективом пребывают в истинно крокодильском настроении, так что на базе скоро придется отлавливать "этих аллигаторов в человечьих телах, иначе они еще с хандры наружную обшивку прогрызут".

Артур кивал головой, пытался не хмуриться. Краем сознания понимал неадекватность своих реакций - но его психика внезапно забарахлила, как уже бывало, начиная с того проклятого дня у сестры... Скоро такое состояние выплывет, и придется уходить в отставку... Он случайно встретился взглядом с глазами генерала - те тоже были горькими, больными. Барлоу наклонился и, сохраняя веселое лицо, очень серьезно шепнул на английском:

- Я особенно тщательно проверю ваш планетолет... Потраченное время - это не самое плохое. Самое плохое - это гробы. И то, что всем наплевать на гробы...

Артур побыстрее отвернулся. Сейчас для него самым страшным было сумасшествие - а не какая-то там смерть. Мелькнула мысль, связывающая сестру и это влияние из Космоса. Но тотчас была выкинута - как полностью абсурдная.

Такого не может быть.

- Все хорошо и в Метрополии, и в Космосе. А я вот не могу не видеть трупы, не читать об убийствах и прочем некрасивом... - Барлоу, пользуясь отсутствием подчиненных, глядел в стену.

За такое психологическое состояние быстренько списывают на Землю.

(А Барлоу думал о том, что иметь хорошие контакты с чужими агентами - это совсем неплохо. Кроме текущей информации по интригам, ты загодя узнаешь, например, что у летящего к тебе капитана Истомина произошла какая-то семейная трагедия и из-за этого его поместили под усиленный присмотр. И раз ты в курсе, то уже избегаешь неуместных придирок к поведению этого несчастного человека...)

Экипажи продолжали отдыхать. Оранжерея базы переполнилась людьми, они стояли чуть не под каждой елкой или кактусом. Блестели лампы и улыбки. Выходные комбинезоны были все тех же цветов - но хозяева разрисовали эту одежду по своему вкусу. На спинах, штанинах, рукавах переплетались чуть светящиеся контуры монстров, обнаженных красавиц... Если рисунок надоедал - его смывали. А ушить жесткий комбинезон так, что он чуть не лопается на тебе, - высший и болезненный при движениях шик.

Десантники с "Дальнего", затянув в свои компании хорошеньких связисток и жизо*, хвастались полуреальными подвигами. Персонал базы, недовольный оттоком законных поклонниц, старался не отставать. Подвиги, рассказываемые в группах "аборигенов", были столь же впечатляющи, но менее достоверны в деталях. Но женщины, все как одна блистающие дивной (и косметической) красотой, с удовольствием делали вид, что верят ну абсолютно всему и каждому.

* Жизо - системы жизнеобеспечения; также работающие с ними люди.

Несмотря на ревность "титанов", всем было достаточно весело и уютно. Никто не обратил внимания, что Нина Рагозина, старпом "Дальнего", вздрогнула - словно о чем-то вспомнив. И быстренько выскользнула через дверь под какими-то огромными, толстыми листьями. Компания, которую бросила Нина, огорчилась очень мало - эта гостья уже показала свою скучноватость и неумение вести светскую болтовню.