Игорь Исаев - Суд — дело правое

— Ну вот я и он… — озадаченно ответил капитан Крон. — А что за проблемы? С таможенными делами у нас все в порядке, весь груз полностью задекларирован и досмотрен.

— Вы арестованы по обвинению в групповом изнасиловании вашего пассажира. Утром он сделал на вас заявление. Вам придется следовать за нами.

От неожиданности Кену громко икнул, а капитан Крон, не зная, что ответить, принялся хватать ртом воздух и наливаться пунцовой краской. Окружающие, кто пришибленно, кто со скабрезным выражением на лице вытягивали шеи то в сторону полисменов, то в сторону обвиняемых собутыльников. Видя, что шокированные новостью арестанты не собираются выполнять команду, старший полисмен с сержантскими нашивками шагнул к капитану, отстегивая от пояса наручники. Это движение наконец вывело капитана из состоянии легкого стопора, и к нему вернулся дар речи:

— Стон, стоп! Господин сержант, мы, конечно, уважаем закон. Только это какая-то ошибка! Давайте разберемся, ведь наш пассажир совсем другого биологического вида, с ним вообще ничего невозможно… ну, это сделать. Вы его сами-то видели?

— Нет, не видел, — насупился сержант, протягивая капитану Крону раскрытые наручники. — Да это и не мое дело. У меня есть постановление судьи, который разбирался с вашим потерпевшим. Раз судья решил, что изнасилование было возможно, значит, так оно и есть!

— Да когда я его впервые увидел, меня едва не стошнило! — уже приободрился капитан Крон. — Он же похож на помесь жирной свиньи с вонючей медузой! Похоже, что они вообще размножаются почкованием, там ему и засунуть-то некуда!

Последние слоев внесли всеобщее оживление среди окружающих работяг, и они одобрительно зашумели, поддерживая капитана. А полисмены явно не были готовы к таким следственным подробностям и потеряли былую угрюмую решительность.

— Ладно, — уже более примирительным тоном заявил полисмен. — Пошли к судье, у нет должен быть этот ваш потерпевший, там на месте во всем и разберетесь. Если вы не виновны, через час—два снова окажетесь здесь. Суд — дело правое!

И подчеркивая пафос последней фразы, полисмен поднял указательный палец и вытянулся почти по стойке “смирно”, как при церемонии приветствия флага. Друзьям ничего не оставалось как согласиться с подобной глубокомысленной фразой и отправиться к выходу в сопровождении полисменов. До самой двери их провожали сочувственные слова и взгляды присутствующих.

Здание суда находилось недалеко от салуна на той же главной улице городка и располагалось в двухэтажном мрачноватом здании с серыми колоннами по фасаду. Пока приятели шагали но пыльной улице, им удалось перекинуться несколькими фразами, и они решили, что озлобленный крупным проигрышем хрюндель решил отомстить им любым образом. А так как факт нечестной игры вряд ли был доказуем, тем более что закон ко всем участникам азартных игр относился без большого участия, то Том-Том решил ударить обидчиков с совсем неожиданной стороны и заявил об изнасиловании своей персоны. Что и говорить, обвинение было серьезным и грозило экипажу “Трейла” большими неприятностями.

Скоро обвиняемые в сопровождении конвоя дошли под своды здания суда. В зале судебных заседаний, обставленном старинной и скрипучей деревянной мебелью, которую из соображений престижа и солидности, везли во времена освоения дальних галактик через всю Вселенную только для официальных учреждений, обвиняемых за высокой кафедрой ждал судья в черной мантии и классическом парике, внизу расположились адвокат и несколько судебных чиновников, а на отдельной скамеечке — бесформенный Том-Том.

—Ага, вот и обвиняемые! — явно обрадовался заскучавший было судья. — Спасибо, сержант, за оперативную работу.

Судьей оказался не в меру располневший человечек неопределенного возраста с маленькими очками на широкощекой пунцовой мордашке. Говорил судья каким-то совершенно бабьим фальцетом и при этом старался иметь неприступный, холодно-официальный вид, Видимо, в этом городке не всегда удавалось найти дела, соразмерные по значимости его светлости, поэтому каждое серьезное судебное разбирательство было настоящим праздником в жизни Аверала Гайзера. Именно так звали судью.

Полисмены разместили обоих космонавтов за невысокой деревянной загородкой — видимо, скамье подсудимых. Когда они уселись на ней, судья громко откашлялся, поправил свою черную шапочку и обвел всех присутствующих немигающим взглядом. Можно было начинать разбирательство.

— Итак, здесь находятся капитан космического транспорта “Трейл” Крон и второй пилот Кену? — Судья вопросительно поверх очков взглянул на обоих приятелей.

— Абсолютно верно, ваша честь, — закивали те головами.

— Вы знакомы с этим, э-э-э… — судья несколько замялся, не зная какое определение лучше употребить в данном случае, — господином?

— Знакомы, — слово от лица экипажа по старшинству взял капитан Крон. — Он был нашим пассажиром на пути сюда.

— Отлично, — судья, даже откинулся на спинку кресла. Похоже, такой ответ полностью удовлетворил его. — В таком случае вы обвиняетесь в изнасиловании вашего пассажира. Вам есть что сказать в свою защиту или вам нужен адвокат?

— Нет, мы сами будем защищать себя и полностью отвергаем это нелепое обвинение. Голос капитана Крона прозвучал даже с некоей гордостью.

— Защита обвиняемыми самих себя допускается судебной процедурой, — одобрительно констатировал судья и продолжил уже более суровым тоном. — Значит, не признаетесь? Что у вас есть в свое оправдание?

Капитан Крон уже успел освоится в атмосфере судебного зала и теперь кипел от негодования и стремления восстановить справедливость. Поэтому его голос под сводами не слишком хорошо освещенного зала звучал почти торжественно.

— В свое оправдание у нас есть многое чего сказать. Но самое главное, — капитан даже сделал паузу, чтобы перевести дух и с пафосом изложить свой главный аргумент. — Ваша честь. посмотрите на это существо и скажите, что, кроме омерзения и чувства брезгливости, оно может вызвать? Как может человек в здравом уме и твердой памяти покуситься на акт половой любви с подобным чудовищем?

— Прошу не высказываться в адрес потерпевшего подобным образом! — запротестовал судья.

— Извините, ваша честь, — законопослушно согласился капитан Крон и продолжил с еще большим жаром, тыча пальцем в сторону хрюнделя: — Вы только посмотрите, господа, на формы этого обитателя далеких и чужих нам миров! Ведь в нем нет ничего подобного, что могло бы вызвать не только светлое чувство любовной страсти к прекрасному противоположному полу, но даже самое примитивное похотливое желание.