Борис Иванов - Ликвидация последствий

– Остаешься на рубеже, – сухо определил Марк. – На подстраховке. Ты, – Джей-Пи?

– В полном порядке, шеф.

Марк пожевал губами. Роль Жан-Поля в происшествиях минувшей ночи отбрасывала какую-то призрачную, двусмысленную тень. И шеф остановился на золотой середине.

– Выходишь на рубеж пятьдесят, – отмерил он долю участия Джей-Пи в предстоящей операции. – Фрэнк и я идем на полную глубину.

– Шеф... – начал Майкл. – Хотели кинуть жребий...

– Считай, что кинули, – неприятным голосом парировал Марк. – Ночью, на тринадцатом... Присматривай, одним словом за... Эй, Пако, не считай ворон! Подстрахуешь Джей-Пи. Выходишь с ним. Надеть защиту. Вперед.

Все это походило на какую-то детскую забаву, или на пьяную игру взрослых – четыре неуклюжие, неузнаваемые в защите, фигуры, неловко топчась, двинулись по покрытому изморозью бетону к совсем не страшным в полусумраке запаздывающего, уже зимнего утра, серым, скучным развалинам. Вот двое остановились, неуклюже растопырив руки. И только сейчас стало ясно, что оставшимся двоим предстоит зайти за те вот серые камни. Скрыться из виду.

– Слева – Марк, – напомнил себе Майкл. – А среди этих... двух, на рубеже пятьдесят... Черт... слева, кажется, все-таки Пако. А этот, что покорявее – вроде бы, Джей-Пи... Черт, теряю форму...

Две фигуры скрылись в мешанине покосившихся железобетонных опор и полуобрушившихся стен.

– Прожектор врубить? – осведомился Поляновски.

– Погоди... – замялся Майкл. – Ладно, давай.

Он тут же пожалел об отданной команде. Яркий, режущий глаза свет вдруг резко изменил все простиравшиеся перед ними декорации. Все стало каким-то искусственным, словно неумелый художник захотел нагнать жуть на зрителя и как мог разрисовал копотью, ржавчиной и цветами побежалости наугад наваленные на заводской двор стройматериалы. А еще что-то древнее, неестественное и таинственное пытался изобразить этот неумелый маляр из подручного материала...

Как ни странно, это у него получилось.

Одна из замерших на рубеже пятьдесят фигур помахала рукой кому-то туда, в глубь, в нагромождения рухнувших стен и, не торопясь, пошла вперед. Тот, кому он сигналил (Фрэнк или Марк, черт побери?..) вышел из-за обгоревшего каркаса навстречу ему. Остановился. Они, вроде, разговаривали.

Совсем близко стояли друг перед другом две призрачные фигуры. И тут Майкл понял, что ТОТ, кто вышел ОТТУДА, навстречу Жан-Полю (или Пако?) одет совсем не в защитный комплект. Хотя бы уже потому, что в комплект этот не входит серый, шерстяной монашеский, вроде, капюшон.

– Жан-Поль! Пако!! Кто разрешил углубляться?!! Назад! Всем назад!!! ТРЕВОГА!!!

Окрик Майкла возымел действие. Рация каркнула голосом Марка:

– Кой черт там у тебя творится?! Мы только завели зонд в жерло на полную...

Тот, что дисциплинированно ждал на рубеже пятьдесят, явно не знал, как ему поступать. Схватился за рацию, дернулся назад, повернулся к тому, который метрах в двадцати от него (туда, вглубь сектора) как ни в чем ни бывало стоял лицом к лицу с ЧУЖИМ, кинулся ТУДА, к ним. Неуклюже затопал по бетонным плитам. Почти добежал, вытянул руку, чтобы ухватить своего партнера за рукав комбинезона...

И в этот момент захлопали выстрелы. Майкл сразу узнал их – быстрые, захлебывающиеся хлопки. Над самым его ухом Войцех профессионально отстреливал обойму в спину ЧУЖОГО. Лишнего.

Две неуклюжие фигуры в защитных костюмах торопливо выскочили из-за искореженных руин и в растерянности замерли. А тот – СВОЙ, К КОТОРОМУ ВЫШЕЛ ЧУЖОЙ, повернулся лицом к прожекторам и сделал шаг вперед. Заслонил своего собеседника от последних зарядов пистолета с глушителем. Потом, не оборачиваясь, пошел назад. Несколько секунд спустя, трое, оставшиеся у него за спиной, сошлись над осевшим бесформенной серой грудой чужим. К ним подбежал Поляновски. Подняли призрак и потащили к рубежу.

А тот, кто возвращался первым, подойдя к Майклу, содрал с физиономии респиратор, сунул Майклу в руки какую-то погнутую железку и пошел дальше, к корпусам. Все-таки, это был Жан-Поль.

Майкл почти машинально сунул отданный ему предмет в наколенный карман и бросился помогать четверым с их странной ношей.

– Осторожно, ребята, – напряженным, совсем другим, чем раньше голосом каркнул Марк, когда они затворили за собой двери наспех оборудованного под пункт дезактивации гаража. – Не снимайте защиты. Он... Оно здорово фонит...

Майкл поднес похожий на микрофон счетчик к проему капюшона того, кто кулем окровавленной мешковины лежал перед ними на перепачканном машинном маслом цементе. Со стороны могло показаться, что он берет у призрака интервью. Но пленник молчал – только смерть зло щелкала в счетчике...

– Да нет, еще терпимо... – сказал Майкл. – Можно снять респираторы. Надо... оказать первую помощь... – он откинул капюшон с лица чужака и стал, как мог осторожнее освобождать его от дикого серого балахона.

– Господи, – сказал Пако.

– Это баба... – менее эмоционально констатировал Фрэнк.

– Да, это женщина, – спокойно из дальнего угла блока подтвердил Жан-Поль. Он сидел там в привычной позе, давно уже без всякой команды скинув респиратор и часть защиты, и смолил уже вторую Галуаз.

Раздавленный окурок первой сигареты и полдюжины изломанных спичек валялись перед ним.

– Мало крови, – с каким-то профессиональным удивлением констатировал Майкл. – Непонятно, как она с такими ранениями еще...

Странно хрупкая, облаченная в невероятно грязные обноски джинсовой пары, фигура вдруг стала неловко подниматься с окровавленной мешковины. Странным, нечеловеческим манером согнулась, скорчившись, стала на колени. На диком, одновременно и старческом и юном лице, увенчанном полуседой копной коротких, нелепо торчащих волос, отпечаталась неистовая боль.

– О-о-о... – дикий, захлебывающийся плачем голос совсем не к месту зазвучал в пропитанном злой тревогой воздухе полутемного, заваленного хламом бокса. – О-о-о... СЕТТЕ МАЛЬ СЕВЕРЕ...

Господи, как это она... – обалдело подумал Майкл. – И, ч-черт, где же кровь?

Острый ведьмин профиль стал запрокидываться к рефлекторам освещения. Глаза – черные, огромные, полные страдания, стали мутными, словно и не человеку принадлежащими... Изломанное, пробитое четырьмя пулями, тело стало выпрямляться... И тут по нервам ударила молния.

И еще раз. И еще – Поляновски щекал аппаратом со вспышкой.

– Ч-черт! Я чуть не вкатил тебе пулю в лоб, – Майкл даже не заметил за собой, когда успел выхватить оружие. Он успел еще поймать внимательный взгляд Марка – тот прокатывал по тыльной стороне ладони барабан своего револьвера.

И тут все началось. Смерть взвыла в счетчике. Ведьма встала в полный рост.