Мишель Демют - Оседлавшие свет

Исходный Комплекс познал чувство удовлетворения, и ему вдруг почудилось, что он, конечно же, сможет расти и расти, пока не достигнет других питающих планет. Пустое пространство - всего лишь трудный участок пути к иным питательным средам.

Выброс продолжил анализы и обнаружил, что Движущийся Источник составлен из тесно связанных и очень чистых металлов. Однако объем Движущегося Источника был очень невелик, и его поглощение принесло бы гораздо меньше пользы, чем изучение.

Выдвинув экстра-тонкое ответвление, выброс ввел его внутрь корабля.

Ответвление прошло по трубам между стальными стенками, проникло в вентиляционный канал, добралось до гидропонических ванн и мимоходом исследовало растения.

Его кончик оказался в трубке, по которой текла жидкость чрезвычайно сложного молекулярного состава, и двинулся вдоль нее. Этим путем он проник в тело ребенка, спящего в гипнории.

До сих пор Комплекс ни разу не встречал структуры, сопоставимой с его собственной. Он всегда считал себя Первичной и Единственной Жизнью.

Через посредство своего выброса он впервые обнаружил совокупность органов с различными функциями, обнаружил другое живое существо.

Первое соприкосновение с мозговой системой этого существа пробудило в нем новую эмоцию. Это было восхищение, страх... или любопытство?

- Все сигналы прекратились, - сказал Кустов. - Светобатареи мертвы. Все выглядит так, словно у нас никогда и не было фотонных двигателей. Теперь мы можем подготовить торможение с помощью вспомогательных двигателей.

- И у нас нет никакого объяснения, - задумчиво сказал Арнгейм. Он, не отрываясь, смотрел на экран, на котором поблескивала серебряная капелька далекая луна Винчи-7. Самой планеты, газового гиганта типа Юпитера, на экране не было видно.

- Некий Ванберг много лет назад говорил о полях поглощения, - сказал Кустов и пожал плечами. - Тогда я не обратил на это никакого внимания. Но теперь...

- С инструментами ничего не произошло, - сказал Арнгейм. - Они просто зарегистрировали остановку двигателей. Если бы такое поле существовало, мы должны были бы обнаружить хоть какие-то его следы, ведь так?

- Я уже сказал, что у меня нет никакого объяснения. Теория Ванберга единственное, на что можно было бы опереться. Батареи мертвы. Как это объяснить? Все это сбивает меня с толку, Арнгейм.

- И все это нас спасло. - Капитан встряхнул головой. Потом на его тонких губах появилась улыбка, и он посмотрел на Гарно. - Вот теперь у вас все-таки появилась работка, Поль. - Гарно поднял брови, и он объяснил: Верующие среди колонистов! Вы представляете, что они могут вообразить?

- Я их заранее извиняю, - негромко сказал Гарно. - Я так же сбит с толку, как и Кустов, как и вы. - Он добавил, глядя на Кустова: Действительно, сколького мы еще не знаем.

Он вошел в свою квартирку, томимый чем-то вроде тревожного предчувствия. Элизабет смотрела на экран. Арнгейм объяснял колонии, что угроза миновала и что путешествие близится к концу.

Когда жена посмотрела на него, он понял, о чем она хочет его спросить, и улыбнулся.

- Чудо далеких небес, - сказал он. - Вот и еще одно название фильма. Вроде "Оседлавших свет". - Он погладил ее по подбородку. - Сказка для внуков цирцейских поселенцев.

- Кустову удалось?..

- В том-то и дело, что нет. Никто ничего не понимает. И я тоже все думаю, как и они, хотя это не мое дело. Вот послушай...

Он попытался описать ей, что произошло, прекрасно понимая, что главное от них ускользнуло, что они могут только строить гипотезы.

- Ну, теперь ты и в самом деле можешь сыграть свою великую роль, сказала она с насмешливой улыбкой.

- Ты говоришь совсем как Арнгейм.

- Может быть, но когда все станет известно, очень многие решат, что это чудо.

- Арнгейм не собирается сообщать...

- Ну и что? Ты, кажется, забыл, что мы живем в яйце, населенном болтливыми насекомыми.

- Может быть, успокоившись, они станут менее любопытными.

- Вовсе нет. Послушай. Как истинная женщина я ищу какую-нибудь слабинку в вашем сказочном происшествии. Ведь всего несколько часов назад двигатели отказывались останавливаться. И вы ничего не могли поделать. Так почему вас так беспокоит, что все переменилось?

- Потому что этому нет никакого разумного объяснения!!

- Ну, не будем ссориться из-за того, что мы спаслись, - сказала она мягко.

В сонных грезах ребенка возник вопрос. Его можно было сформулировать как "что?" или "кто?". Но он охватывал огромный комплекс понятий, которые были труднодоступны для сонного сознания.

Наконец пришел неуверенный ответ. Что-то вроде "малыш", а потом "Бернар". И какие-то представления, в которых главную роль играли чувства, воспоминания о чувствах: "Голод... сон... боль... игра..."

Последнее понятие Исходный Комплекс не сумел расшифровать. Собственно, почти все принятые им понятия требовали и дополнительных исследований. Но Комплекс прекрасно понимал всю важность сделанного открытия. Он встретил клеточный конгломерат, более или менее сходный с ним самим, хотя и гораздо меньший по объему. Но возможности этого мозга были, наоборот, обширны и разнообразны. Поэтому следовало действовать с величайшей осторожностью. Пока сам выброс обосновался в мозгу спящего ребенка, разветвления изучали его непосредственное окружение. Исходный Комплекс скоро получил подтверждение своих предварительных предположений: Движущийся Источник действительно перемещался в пустом пространстве по определенной траектории. В ближайшем будущем он достигнет других питательных планет. Собственно, Движущийся Источник, где находилось клеточное существо, направлялся прямо к одной из тех планет, о существовании которых Комплекс догадывался. Таким образом, Комплекс должен был просто ждать конца этого путешествия. Поскольку выброс обосновался внутри Движущегося Источника, Комплекс мог позволить себе сэкономить некоторое количество энергии и уделить несколько больше внимания ответам Нового Существа.

Комплекс снова послал вопрос: "Что?" Но на этот раз он сопроводил его образами, которые были понятны ему самому: "Черное - твердое - металл голод - скала... ночь - день - голод". Время, протекшее между заданным вопросом и ответами существа, показалось ему очень долгим. Однако он понял, что сознание его собеседника обладает различными уровнями, которые, по-видимому, лишь с трудом сообщаются между собой. Как оказалось, один из них, в самой глубине, был особенно важен, особенно богат образами воспоминаниями и понятиями. Другой передавал чрезвычайно интенсивные эмоции-воспоминания, которые Комплексу приходилось ослаблять, прежде чем начать исследование.

"Что?" - повторил он.