Мария Симонова - Профессия - смертник

- У тебя что, имеется агентурная сеть в большом мире? - спросил слегка заинтригованный Степан.

- Нет. Видишь ли... - Верлрок словно замялся, подыскивая объяснение, что само по себе было странным, и наконец сказал: - Моя неуязвимость основана на таких принципах, которых нынешние разумные понятия не имеют. Скажу больше - они отрицают существование подобных сил во вселенной.

- Да-а, это серьезно, - протянул Степан, испытывая некоторое вполне понятное недоверие к словам Верлрока, в то же время искренне сочувствуя ему, как механизму - или все-таки существу?.. - отвергнутому даже смертью, и параллельно как своему собрату по несчастью. - Выходит, - добавил он, - что я бессилен помочь тебе даже советом.

- Ты же не великий советчик, в отличие от меня, - горько заметил Верлрок. - Но все-таки ты можешь помочь мне. В одной мелочи. - Он выдержал паузу, затем объявил: - Я сделаю тебе подарок. И ты не должен будешь спрашивать, в чем он состоит.

- Постой, - опешил Степан, - но зачем смертнику подарок? Ведь я не могу унести его с собой на тот свет! И потом, как я тебе оттуда помогу?

- Оттуда, разумеется, никак. Ты поможешь мне уже тем, что примешь подарок, не задавая вопросов.

Степан озадаченно поскреб небритый подбородок. Что значит - не спрашивать, в чем состоит подарок? Он что, в коробке будет? В любом случае, если Верлрок распылит гостя на атомы, подарочек, каким бы он ни был, постигнет та же участь. А если презент все-таки уцелеет после дезинтеграции нового владельца, он все равно, как ни крути, останется Верлроку. Разве что это послужит ему моральным утешением - этакий обряд принесения даров, вроде возложения цветов на могилку убиенного по его же просьбе единомышленника. Убит, так сказать, по собственному желанию, скорбящий палач умывает руки. Самому-то Степану все равно: что ему за разница, как умирать - с подарком или без подарка. С подарком, пожалуй, даже где-то приятнее.

- Ладно, - согласился он. - Давай свой подарок.

- Он перед тобой.

Степан зашарил глазами окрест в поисках чего-то необычного - а чего именно, он и сам не знал. В конце концов, не найдя перед собой никаких новых или не замеченных им ранее предметов, его взгляд остановился на графине и стоявшей рядом с ним рюмке.

- Но тут только спирт, - огласил Степан результаты поисков, хотя, кто его знает - может быть, в них был вовсе и не он.

- Выпей, - предложил Верлрок.

- Я не понял - это что, и есть твой подарок?.. - втайне разочаровался Степан, надеявшийся, пускай и в преддверии гибели, получить от Верлрока что-нибудь этакое растакое - ну, по крайней мере поинтереснее, чем стограммовый стопарик.

- Именно.

- И это в самом деле тебе поможет?..

- В какой-то мере да. Скажем так - это послужит мне утешением, - туманно ответил Верлрок.

Что касается бальзама утешения на душу многогрешного убийцы, тут Степан в своих предположениях попал в точку. Так стоит ли роптать?..

Он со вздохом поднялся, взял рюмку и медленно, даже где-то торжественно поднял ее на уровень груди. Постоял немного, как бы отдавая дань памяти самому себе. Опять вздохнул и выпил. Последние сто граммов, как и положено - о чем, судя по содержанию подарка, знал Верлрок - перед казнью.

Жидкость оказалась ого-го какой многоградусной и с весьма противным привкусом, напоминающим, пожалуй, марганцовочный, только ядреней. Один глоток такой гадости, если махнуть ее без предупреждения, способен скрутить отчаянного дегустатора в позу зародыша. Но закаленного паленой водкой Степана только передернуло, ну и еще, если говорить честно, у него слегка потемнело в глазах.

Не подавая вида, что близок к потере ориентации, Степан навел фокус в помутившихся "окулярах" и восстановил прерванное дыхание. Вокруг все было по-прежнему, и он стоически обратился к Верлроку:

- Одной достаточно? - не зря же, надо думать, тот водрузил на стол целый графин. Несмотря на свой бравый вопрос, Степан не был уверен,что сможет его осилить.

- Вполне, - заверил Верлрок. И пояснил, то ли проследив ход Степановых мыслей, то ли запросто их подслушав: - Графин тут просто для композиции - не правда ли, ведь у вас принято устанавливать в центр стола какой-нибудь сосуд?

Степан не стал отвечать на этот чисто риторический вопрос, а сразу перешел к делу:

- Ну, теперь порядок? Ты уже можешь приступать к дезинтеграции?

- К дезинтегрированию, - мягко поправил Верлрок. - Мне кажется, так в данном случае будет более правильно.

Степан растерялся, пытаясь уловить и не улавливая разницы, как вдруг Верлрок сказал:

- Прости, но я, кажется, не смогу тебя убить.

- Как это не сможешь? - опешил Степан, как-то само собой считавший, что между ними уже все договорено. И вдруг - на тебе! Очередной непрошеный подарочек. "Нечестно! Не по правилам!" - вопил внутренний голос, наподобие разочарованного болельщика, в то время как Верлрок, словно шельмоватый судья, заныкавший красную карточку, объяснял с напускной растерянностью:

- Дело в том, что я уже попытался это сделать - сразу, как только ты выпил...

- Неужели? Что-то я не заметил, - проворчал Степан, вспомнивший только потемнение в глазах, вряд ли имевшее отношение к действиям Верлрока.

- Деструктор не сработал, - виновато сообщил Верлрок. - Отказал ведущий блок нейтринного накопителя. - И добавил как бы между прочим: - Ремонт займет не меньше двух недель по вашему времени.

Степан только скрипнул зубами в досаде: у него не было причин подозревать Верлрока во лжи - в самом деле, с чего бы это ему, сгубившему уже не одну невинную жизнь, лукавить, отказывая в этой маленькой услуге Степану? Что он, хуже других? Выходит - просто невезение? У Верлрока действительно сломалось что-то там жизненно важное, вернее, деструктивно необходимое, чего так просто, с кондачка не починишь? И как назло именно к Степанову приезду!

Но о том, чтобы сидеть тут в ожидании две недели, не могло быть и речи.

- Выходит, что мне здесь больше нечего делать, - пасмурно заключил Степан. Не предъявлять же ему было претензии Верлроку за нарушение договора, к тому же и заключен-то он был не с ним, а с галактическими спасателями. Да и те, получается, с самого начала действовали полностью в его интересах - разгадали его проблему и взялись ее решить, а потом заложили в его голову спич, способный отправить его на тот свет не с девяносто пяти, а со стопроцентной гарантией.

- Прощай, Решающий Проблемы, - уронил Степан с горьким сарказмом, подумав про себя, что Верлроку следует теперь выбрать себе другое имя. "Неуязвимый", например. А что, звучит неплохо, только слегка отдает российским флотом. Ну тогда - "Вечно Живой".

Степан ничуть не опасался, что здешний незримый хозяин подслушает его мысленные советы по поводу его переименованя - наоборот, очень на это надеялся. Но Верлрок не подал вида, что слышал язвительные рекомендации Степана.