Энн Маккефри - Город, который боролся

«Как только ты немного раскрепостилась, — удивленно подумал Симеон, — ты тоже повеселилась. Если бы мне удалось постоянно держать тебя чуть навеселе, мы вполне смогли бы поладить».

— На вечеринках все ведут себя не так скованно, — сказал он, — забывая о своих должностях. Ты должна была увидеть наш досуг перед тем, как заняться работой.

Она кивнула.

— Перед тем как я отправилась сюда, у меня было время просмотреть их досье. Я не хотела совершать в их отношении ту же ошибку, какую допустила по отношению к тебе.

— Ты не читала моего досье?

— Нет, — лукаво сказала она. — Я хотела, чтобы это стало сюрпризом. — Чанна рассмеялась. — Спокойной ночи, Симеон.

По-прежнему с улыбкой она махнула колонне рукой, уже заходя в свою комнату.

«У нее замечательный смех», — подумал Симеон, когда дверь захлопнулась за ее спиной.

«Фу, наконец-то», — вздохнула Чанна.

Она еще немного поразмыслила и достала из своей сумки какую-то сложную аппаратуру.

Когда приборы показали, что сенсоры в стенах не действуют, ей стало немного стыдно за то, что она была так неблагожелательно настроена по отношению к Симеону.

— Нет никакой возможности восстановить его? — спросил Амос бен Сьерра-Нуэва.

— Практически никакой, — прохрипел инженер. — Достопочтимый сэр, — добавил он, стирая масло со щеки.

Они вышли из коридора и задраили люк. Их окружал нестройный шум или ропот, воспринимаемый лишь на уровне подсознания, Амос был единственным среди беженцев, знавшим, что это не к добру. Проблемы с навигацией… Это совсем не удивительно для судна, проведшего три века на орбите и выполнявшего функции орбитальной станции. Чудо, что двигатели вообще заработали, хоть их и сделали инженеры Центральных миров. Вдвойне фантастично, что они так долго выдерживали невероятные перегрузки от ускорения, значительно превышающего нормальное для полетов в подпространстве. И это сделал Гайон.

— Нам придется экономить кислород, — решительно заявил Амос.

— Перестать дышать? — в недоумении спросил инженер.

— Впасть в анабиоз, — ответил Амос. — Это по крайней мере вдвое сократит потребление кислорода. Небольшая команда вполне справится с управлением. Это было предусмотрено конструкцией корабля. А если потребуется, Гайон сделает это и в одиночестве.

Пот от чрезмерной нагрузки — столько пробираться по пустым и бесполезным проходам и отсекам — блестел на смуглой коже мужчины. Возвращаясь на капитанский мостик, Амос едва смог заставить себя дышать спокойно. Грудь сдавило, но в воздухе пока не чувствовалось избытка С02. «Это лишь физиология», — успокаивал он сам себя."

— Нет никакой возможности починить оборудование, — сообщил он собравшемуся там командному составу. Несколько человек хмыкнуло, словно это известие их удивило. — В такой ситуации мы израсходуем запасы кислорода за две трети пути до места назначения.

— Почему корабль не оснастили должным образом? — раздался чей-то возглас.

— Потому что он был орбитальной станцией с неограниченными запасами жизнеобеспечения на случай чрезвычайного происшествия и цистерной с одноклеточными водорослями! — рявкнул Амос, но потом все же взял себя в руки. — Нам пришлось сбросить остатки воды из цистерны, так как это было необходимо. Масса не позволяла набрать необходимую скорость. Мы потеряли значительную часть запасов и во время вражеского обстрела. Ситуация такова, — подчеркнуто спокойно сказал он. — И нам придется с ней смириться. От этого зависят жизни сотни людей и судьба Бетеля.

Все закивали. Флот кольнари не сможет остаться незамеченным даже на таких задворках Галактики, как система Шафрана, если беженцы покинут этот мир и расскажут о преступлениях пиратов. Но если мы не долетим, переждав некоторое время на Бетеле, грабители, как и прежде, попытаются замести свои следы.

— Как., как насчет анабиоза? — спросила Рашель, облизывая пересохшие губы.

— Сейчас мы и рассматриваем его возможность, — ответил Амос. — Гайон?

Голос мозга, как всегда, прозвучал механически отстраненно. Он обладал уже четырехвековым опытом работы, а его способности не шли ни в какое сравнение со способностями обычных человеческих существ. Амоса пробрала легкая дрожь. «Пакость» — это было самое мягкое определение, которое истинные сторонники веры применяли к таким, как он. «Держи себя в руках, — проворчал про себя Амос, — Гайон спасет всех нас. Он наша единственная надежда». Потрясение заставило его вспомнить древние страхи и суеверия.

— В крайнем случае, — ответил Гайон. — Но возможно. Мы разместим всех в одной или в двух каютах, откачаем атмосферу из остальных в резервуар и немедленно начнем погружать пассажиров в анабиоз. — Он сделал паузу. — Наше оснащение устарело — внутри камер возможны сильные температурные колебания. Высока вероятность несчастных случаев.

— Займись этим, — в голосе Амоса прозвучали властные нотки. Он почувствовал, что все остальные немного расслабились. Угроза еще висит над ними, но кто-то предпринимает меры к ее устранению. «Да, кажется, меня воспринимают здесь как единственного представителя власти, — подумал он с мрачной иронией. — По-моему, один человек просто не может отвечать за все». — И да будет Господь милосерден по отношению к нам.

— Аминь.

Амос подождал, пока члены экипажа займутся выполнением приказа — подготовкой сотни с лишним беженцев к анабиозу.

— Как насчет врагов? — тихо спросил он.

— Осталось четыре корабля, — ответил Гайон. — Один повернул обратно, я думаю, у него проблемы с двигателем — прекратилась эмиссия. Остальные постепенно приближаются. Я использую двигатели на всю катушку, но они на это не рассчитаны. По моей оценке, нам удалось продвинуться так далеко, потому что корабли кольнари сильно загружены: они несут на борту запас топлива и маневренные двигатели для развития скорости, близкой к световой. К тому же их обычные двигатели работают далеко не на пределе.

— Достаточно ли мы оторвались, чтобы добраться до базы на Ригеле?

— Это рассчитать невозможно, — ответил Гайон. В его голосе постепенно стало появляться все больше человеческого: точно так же ржавый механизм, долго бездействовавший, разогреваясь, начинает работать тише. — Многое зависит от внешних факторов: плотности межзвездного пространства, тактики врага, да и мало ли что еще может случиться. У нас еще есть несколько альтернативных пунктов назначения, но с тех пор, как я в последний раз получал информацию, все могло сильно измениться. Мои данные страшно устарели.