Энн Маккефри - Город, который боролся

Она любезно улыбнулась и кивнула:

— Гм. Боюсь, ты так замечательно все объясняешь, предполагая, что моим источником была чья-то секретарша. — Она грустно покачала головой. — Нет.

«Так, наверное, я зашел слишком далеко…»

— М-м-м…

— Ты можешь не волноваться, — заверила она его. — Я действительно хорошо делаю все, за что берусь. Как тебе прекрасно известно, у меня практически безукоризненный послужной список…

«Действительно, послужной список у тебя безукоризненный», — обреченно подумал Симеон.

— …так что, независимо от того, поладим мы или нет, станция не пострадает. К тому же обещаю не мериться с тобой силами и не сбегать при первом удобном случае. Потому что узнала на самом высоком уровне: после того, что ты сделал с моей репутацией, мне придется распрощаться с карьерой и отправиться влачить свои дни где-нибудь на отдаленной шахте на астероиде у границ исследованной Галактики. — Она встала со словами: — А сейчас я хочу посмотреть свое жилье.

— Да… точно, — Симеон распахнул дверь в каюту для партнера-человека, — вот именно, устраивайтесь. Все еще уладится, мисс Хэп, вот увидите. Я не такой испорченный, каким вы меня считаете. Я проверю ваши слова и, возможно, смогу все исправить. Ладно?

Она перевела взгляд с распахнутой двери на Симеона, но сразу же отвернулась. По дороге к своим апартаментам она вздохнула:

— Нет, мне кажется, будет лучше, если ты просто пока оставишь все как есть.

— Мисс Хэп, — позвал Симеон. Она обернулась. — Когда на борт прибывает новое «тело», по протоколу рекомендуется провести неформальную встречу глав секторов. Я назначил ее на 20.00. Это вас устроит?

Улыбнувшись, она кивнула:

— Эта идея мне нравится. — Дверь комнаты захлопнулась у нее за спиной.

Глава 2

— Я не могу ее выровнять! Я не могу ее выровнять!

Амос бен Сьерра-Нуэва, наклонившись вперед, вцепился в край пульта, словно мог вдохнуть жизнь в поврежденную линию связи и выровнять разбитый корабль.

— Не паниковать, Шинтев, — спокойно, но твердо сказал он. — Мы уже слишком близко к месту назначения, чтобы паниковать.

Без паники в тот день не обходилось ничего. Центр управления «Исхода» — захолустной подстанции контрольного центра трехсотлетней давности — превратился в настоящий ад, пока инженеры беженцев пытались на скорую руку привести корабль в рабочее состояние. В отсеке герметизации, в том месте, куда подвели стальную трубу с кабелями питания для капсулы Гайона, шипела трещина. Ни один из грузовых люков не работал, поэтому приходилось использовать челноки земля — воздух, чтобы добраться до древнего судна и попасть в него через аварийные люки. В разреженном холодном воздухе, который прорезали тусклые огни аварийного освещения, стоял запах пота, и страха, и обгоревшей изоляции.

Откуда-то из угла раздался голос:

— Ваша светлость. Кажется, враг запеленговал нас.

— Тебе кажется?

— Я не уверен! — закричал техник со слезами на глазах. — Они приближаются… да! Они нас засекли!

Амос обернулся. В этот момент транслирующее устройство последнего шаттла начало передавать лишь длинную полосу помех. Он увидел врывающееся в зрительную трубку лицо, затянутое туда мощной центростремительной силой. Куски мяса и брызги крови появились на экране перед тем, как он окончательно погас.

— Они погибли, — констатировал Амос, когда все замолчали. — Произвести расстыковку с оставшимися шаттлами. Приготовиться к старту.

Снова раздался хор протестующих воплей — они были не готовы.

— Двигатели включены, — раздался спокойный низкий голос Гайона. — Пока хорошо даже это.

Амос обернулся и нажал кнопку пуска.

— Подготовиться к старту! Старт через десять секунд после начала отсчета. Время пошло!

С одной стороны корабля вспыхнуло море огней.

— Они взяли Шинтева, — прошептал кто-то. В это время истребитель с внешней орбиты, отскакивая от поверхности тропосферы, как брошенный по воде камень, подобрался на расстояние, позволяющее выпустить в вышедший из-под контроля шаттл самонаводящуюся ракету.

— Прекратить разговоры! — скомандовал Амос. «Сейчас не время для слез и молитв».

С огромным усилием старый корабль сдвинулся с места. От вибрации во всем корпусе раздавались шум и треск. Внешние датчики показывали, как пусковые установки и другие конструкции гнутся и ломаются от нагрузки, на которую никогда не были рассчитаны. С челноками земля — воздух тоже было покончено, как и с несколькими фигурами в космических костюмах.

«Проклятье, — подумал Амос, отводя взгляд. — Их предупредили!» Столько жизней осталось на его совести.

Огромное изображение покрытого пеленой облаков Бетеля на экранах заднего обзора начало резко уменьшаться. Пока Амос считывал показания мерцающих экранов, ускорение вдавило его в кресло.

— Гайон! — позвал он. — Мы движемся слишком медленно!

— Спокойно, Амос. Я пытаюсь — нет, уже выливаю содержимое контейнеров жизнеобеспечения. — Десятки тысяч килотонн воды реактивной струей вылетели за борт. — Это нам поможет. И помешает врагу.

— Кто нас преследует?

— Четверка кораблей легкого и среднего класса. Думаю, они были оставлены на орбите для патрулирования. Других кораблей, направляющихся в погоню или готовых к старту, не видно.

— Они смогут перехватить нас?

— Не знаю. Но я должен форсировать двигатели, и среди пассажиров возможны несчастные случаи.

— Делай все, что считаешь нужным.

Возросший под влиянием ускорения, которое в древности еще не научились компенсировать, вес расплющил его в кресле так, что затрещали кости. Такие перегрузки действительно могли раздавить.

Пламя заработавших двигателей закрыло половину Вселенной позади «Исхода». Корпус больше не гудел-, он скрипел, а время от времени раздавался грохот — его части, износившиеся и не отремонтированные за долгие годы существования судна, под давлением ломались или отрывались. Где-то закричал ребенок, зовущий мать, потом еще один.

— Что мы можем сделать? — спросил Амос.

— Практически ничего, пока окончательно не преодолеем силу притяжения планеты, — ответил Гайон. — Возможно, помолиться, как требуют ваши обычаи.

Один за другим голоса беженцев слились в общей молитве.

Пэтси-Сью Кобурн оценивающе осмотрела шелковое платье Чанны Хэп. Чанна неторопливо потягивала шампанское и вежливо слушала главу медицинской службы, который затолкал ее в угол, чтобы рассказать историю с множеством пикантных подробностей. В зале толпились местные «шишки», начальники секций и отсеков, станционных служб, представители галактических компаний, капитаны торговых кораблей, которых развлекали несколько артистов и конферансье. В воздухе на уровне груди проплывали подносы с напитками и закусками. Все с энтузиазмом болтали, обсуждая звучавшие, наверное, уже сотни раз темы, словно прибытие нового «тела» для мозга вдохнуло в них новую жизнь. Пэтси-Сью почувствовала, что Флориан Гаски стоит рядом с ней, еще до того, как низкий голос негромко пророкотал ей в ухо: