Лиланд Модезитт - Инженер Магии (Отшельничий остров - 3)

- Тьма... с тобой бывает страшно иметь дело.

- Порой я и сам себя пугаюсь, - соглашается Доррин, расстегивая подпругу и аккуратно укладывая на полку седло и недоуздок. Потом он берет щетку и начинает чистить кобылу. Рейса молча наблюдает за ним. В дальнем углу позвякивает цепочкой Зилда.

- Почему ты ее отпустил? - спрашивает Рейса, когда он заканчивает. - Я говорю о Лидрал.

- Потому, что ей нужно было ехать. Потому, что я не могу удерживать ее, если она рвется в дорогу. Потому, что я сам не могу разобраться в себе.

- Уж больно ты молод, - хмуро роняет Рейса. - А молодые не хотят учиться на чужих ошибках, предпочитая совершать собственные. Они никого не желают слушать, а когда понимают, что были неправы, молодость уже проходит.

- Что ты хочешь этим сказать? - тихо спрашивает юноша.

- Только то, Доррин, что жизнь коротка. Очень коротка, - женщина поднимает свою искалеченную руку. - Раньше я думала, что могу одолеть на мечах кого угодно. Кажется, это было еще вчера. Двадцать лет пролетели как один миг. Я не жалуюсь - по большей части то были хорошие годы... Но случалось всякое.

Доррин закрывает дверцу стойла и кладет щетку на место.

- Белые Чародеи наступают. Надеюсь, тебе еще удастся с ней встретиться, и тогда - послушай меня! - не отпускай ее.

Рейса кашляет, вытирает слезящийся глаз и берет щетку.

- Почищу-ка я гнедого. А ты ступай в кузницу, пока Яррл не надорвался, пытаясь переделать все дела. В этом отношении вы друг друга стоите.

Шагая по утоптанному снегу к своей комнате, чтобы переодеться, Доррин думает о том, был ли он прав, позволив Лидрал уехать. Но как можно было этому помешать? Он едва в состоянии содержать себя... Укол боли заставляет его вспомнить о золотых в шкатулке и о том, что лгать нельзя даже самому себе. Он может содержать только себя, если хочет строить свои машины.

Раньше, пока в его жизни не появилась Лидрал, все было гораздо проще.

LXXIV

Колонна всадников едет по покрывающему дорогу на Фенард утоптанному снегу. Впереди к сине-зеленому небу поднимается тонкая струйка дыма. Голова Брида непокрыта, и он горбится, подняв воротник и стараясь согреть уши. А вот на Кадаре вязаная шапочка. Оба в тяжелых, подбитых овчиной рукавицах.

- Проклятый ветер...

- Ворбан, ты все время что-то проклинаешь.

- Заткнулся бы ты!

Брид с Кадарой переглядываются и качают головами.

- А с какой стати мне затыкаться? Ты всю дорогу ноешь, аж тошно делается! Да, наша служба не мед, но нам за это платят. Или ты предпочел бы работать на ферме? Копаться в грязи да выгребать навоз?

- Платят... Платят за то, что мы морозим задницы, гоняясь за ворами, которые вовсе и не воры? А если мы их догоним и нарвемся на регулярный кертанский отряд? Что тогда?

- Хорош болтать! - рявкает командир.

- Наверняка еще один бедолага-торговец, - говорит Кадара, указывая на дым.

- Возвращался домой, да вот не повезло, - добавляет Брид.

- Откуда ты взял? - спрашивает едущий с ним рядом Ворбан.

- Чаще всего спидларских торговцев грабят на обратной дороге, после того, как они продали, что у них было. Таким образом кертанцы не лишают своих торговцев спидларских товаров, а свои товары и выручку прибирают себе. Так и получается, что все убытки несет Спидлар.

- Хорош болтать! - повторяет командир.

- "Хорош, хорош..." - передразнивает его Ворбан, но тихонько, так что слышат лишь едущие рядом.

Конские копыта скользят на ледяной корке.

- Проверьте оружие!

На дальнем склоне полыхает огонь. Горстка всадников удаляется на запад, прихватив с собой трех лошадей и оставив позади подожженные повозки.

- Дерьмо... - бормочет Ворбан.

Брид с Кадарой молча переглядываются.

- Свет и Тьма! Дерьмо! - повторяет Ворбан отчаянно.

LXXV

Стройный человек в белом смотрит на лежащий на столе предмет, а потом на шкатулку, из которой он взят. Он отдергивает руки от окружающей эти предметы темной ауры и спрашивает:

- Где ты это раздобыл, Фидел?

- В Фенарде, у торговца по имени Виллум, - отвечает бородатый мужчина, тоже в белом, но без золотой цепи и амулета.

- Ощущение такое, будто эта вещица с Отшельничьего.

- Но ведь Черные не любят механические устройства, - хмыкает бородатый маг. - Уж не думаешь ли ты, Джеслек, что эти чугунные лбы решили строить машины?

- Ну, машины - навряд ли. Это игрушка... Но кто мог добиться такого гармонического сочетания природного дерева с черным железом? А сказал этот торговец, откуда у него игрушка?

- Поначалу не хотел. Даже когда я его чуток поприжал, он потел, но молчал. А до встречи со мной похвалялся, будто привез эту диковину издалека. Кто-то спросил его, уж не Черных ли колдунов это работа, но он рассмеялся и сказал, что она хоть и издалека, но не настолько. Правда, потом я с ним разобрался - решил разом несколько проблем. Ну а он...

- Надеюсь ты не пустил в ход пламя хаоса, идиот?

- Не такой уж я идиот! Обычная пытка, без всякой магии, тоже дает превосходные результаты. А потом мы вывели его на дорогу и обставили все как очередное разбойное нападение.

- В изобретательности тебе не откажешь. Но разумно ли это?

- Так ведь фургон действительно сожгли и разграбили, - пожимает плечами Фидел.

- Ну и что ты выяснил?

- Ремесленник, смастеривший игрушку, живет в Дью. Зовут его Доррином. Больше торговец о нем ничего не знал.

- Дью? Это где-то у Закатных Отрогов?

- Маленький порт и прибрежное поселение рудокопов. Примерно в ста пятидесяти кай к северо-западу от Спидлара.

- Не исключено, что это весьма серьезно... - размышляет вслух рослый маг с золотистыми глазами.

- Да ну? - флегматичный бородач с недоверием косится на игрушку.

- Ну что ж... припрячь ее до поры, - говорит Джеслек.

- Вообще-то я предпочел бы обойтись без этого, - бормочет Фидел извиняющимся тоном.

- А что, если бы они построили такую мельницу в настоящую величину? Увеличив игрушку в пропорции?

- На это ушло бы слишком много черного железа. К тому же в пропорции вряд ли она вообще стала бы работать. Да и кому это надо?

- Фидел, - Джеслек столь суров, что бородач подается назад, - а будь это не мельница, а корабль или что-нибудь в этом роде? Что бы ты предпринял?

- С чего бы мне что-то предпринимать? Они не строят таких кораблей!

- Ну почему меня окружают одни идиоты? - восклицает Джеслек, качая головой. - Они не строят - сейчас! Но игрушка доказывает, что такое возможно. Ты хочешь, чтобы Отшельничий обзавелся машинами?

- Ну, во-первых, эта вещица, - Фидел кивает на игрушку, - не с Отшельничьего. А один ремесленник ничего существенного построить не может.

- Да ты приглядись к его изделию! - рявкает Джеслек. - Здесь и дерево, и кованое черное железо, и добавление гармонии... Стало быть, это работа столяра, кузнеца и целителя - или того, кто является и тем, и другим, и третьим. Если этот Доррин... я вообще таких не встречал.