Керен Певзнер - Город Ветров

Маги посмотрели на меня кто с досадой, кто с недоумением. Даже стиснуло сердце, когда я заметила равнодушный, брошенный на меня, взгляд мага Спента.

«Крепись, Марина, — сказала я сама себе, — сейчас все станет на свои места», — и спрятала в карман очки. Подойдя в ближайшему ко мне магу Вахишу, я искоса глянула на него, убедилась в присутствии паутины забвения и сдернула ее со спутанной рыжей шевелюры мага.

Не дав никому опомниться, я с ловкостью циркового фокусника содрала невидимую пакость с головы всей магической семерки. Жмурясь, как от яркого солнца, маги смотрели на меня с изумлением.

— Марина! Ты вернулась? Что произошло?

— Это я должна вас спросить, — чуточку самодовольно отвечала я на град вопросов, сыпавшихся на меня со всех сторон.

— Рассказывай, как было дело, — потребовали они.

Я вопросительно взглянула на Гурастуна, как бы ища у него поддержки, но он только беспомощно развел руками. И, удобно расположившись на траве, окруженная внимающими мне магами, я почувствовала себя, как на известной картине «Охотники на привале».

Описав сцену спасения Сенмурва, наши приключения в трех странах на пути в Город Ветров, я дошла до встречи в башне и рассказала, каким я увидела впервые царевича Йому. Маги затаили дыхание.

— Дорогие мои, — сказала я им, — благодарю вас за ваши дары. Без них мы не смогли бы спасти царевича, который сейчас и не подозревает о нашем существовании, — горько заключила я.

Поэтому последняя часть повествования, о том, как погибла Душматани, была мною скомкана, ведь у меня не было никакой уверенности, что это действительно так, особенно после того, что я обнаружила на головах почтенных магов.

— Амерат, Ареват, пойдите за подругами нашей спасительницы. Нужно подготовить их к сегодняшнегому вечеру.

Далила, Гиневра и Ипполита появились спустя короткое время. Гурастун объяснил диспозицию, похвалив меня сверх меры, чему мои спутницы ничуть не удивились, и попросил нас соблюдать на балу осторожность. В общем, «будьте бдительны»…

— Хорошо, мы согласны добить эту нечисть, чтобы уж довершить начатое, сказала Далила своим низким контральто. — Но когда вы, уважаемые волшебники, отправите нас домой? В конце концов, долго мы будем здесь болтаться?

— А мне что-то не хочется на пир, я по Артуру, мужу своему, соскучилась, добавила Гиневра.

— Скажи лучше — по Ланселоту, — Ипполита вновь рубила с плеча. — Тебе же сказали — надо закончить. Я, например, не привыкла оставлять дело недоделанным.

— Но я так скучаю по моей родине…

— Все скучают, — возразила Гиневре Далила. — Думаешь, мне не хочется назад, к моим виноградникам?

— Успокойтесь, дорогие дамы, — вмешался Гурастун. — Я обещаю вам, сразу же после свадьбы нашего дорогого наследника мы отправим вас назад, в ваши страны. А пока отдыхайте, уже рассвело, пока мы тут разговаривали, а нам надо работать. Я распоряжусь насчет платьев и украшений. Проходите в мой дом.

Как и прежде, мы зашли в чистенький домик, и я крепко заснула, надеясь, что вскоре все мои приключения благополучно завершатся.

Проснулась я, когда солнце высоко стояло на небе. Был полдень. На соседней кровати посапывала Ипполита. Голова была ясная и пустая — она у меня всегда такая накануне грядущих событий, как то: выпускные экзамены или поездка в Кисловодск.

Делать до вечера было решительно нечего.

Выйдя из дома Гурастуна, я встретила неразлучную парочку магов — Амерата и Аревата, спешивших по своим делам.

— Марина, здравствуй, ты уже проснулась?

— Добрый день! Куда вы направляетесь?

— На шахскую кухню, надо за всем проследить, ничего не упустить.

— Можно и я с вами, а то мне совершенно делать нечего…

— Пожалуйста…

Кухня напоминала сумасшедший дом. Все бегали, суетились, во всю кипели огромные котлы, баранов жарили целиком, набив им предварительно брюхо бататами и финиками. Рядом, в печи величиной с двухэтажный дом, непрерывно выпекался хлеб и разные печенья. Сотня поварят чистила овощи, рубила капусту и занималась еще многим и многим.

Маги покинули меня и с разных концов «горячего цеха» доносились их отрывистые приказы. Все подчинялись, работа стала ритмичнее и организованнее и вскоре кухня стала выглядеть, как хорошо отлаженный механизм.

Мне опять стало скучно. Побродив немного по кухне, я решила: давай-ка я приготовлю сюрприз для своих подруг. Мне с ними, может, сегодня придется расстасться, я привязалась и к резкой Ипполите, и к томной Гиневре, и к жизнерадостной Далиле. Они, бедные, так страдают вдали от всего знакомого и привычного, так что, если я приготовлю их любимые блюда, им будет приятно, а я прекрасно проведу время до свадьбы.

И, засучив рукава, я отвоевала себе «место под солнцем» и начала готовить. Для Гиневры — яблочный пудинг, для Ипполиты — греческий салат с тертой брынзой, а для Далилы — фаршированную рыбу. Правда, у меня не было особенной уверенности, что филистимляне едят такую рыбу, но Далила вовсю общалась с Самсоном, значит, о таком блюде она слыхала. Не стану же я сейчас искать поваренную книгу «Филистимлянская, арамейская и ассирийская кухни»…

Так, в трудах и заботах, незаметно пролетело время. Едва успев наказать поваренку принести приготовленные мною блюда на наш стол, я выскочила и опрометью побежала в домик Гурастуна. Дамы, разнаряженные и надушенные, ждали меня с нетерпением.

— Где ты ходишь, Марина? — недовольно спросила Далила. — Собирайся, мы ждем только тебя.

Натянув на себя платье из зеленой тафты, оставленное для меня магами, я выскочила из домика и села в роскошный паланкин, ожидавший у входа.

Мы с трудом нашли наши места. Тоненький мальчик-слуга в красном тюрбане провел нас, непрерывно кланяясь. Народу, к моему удивлению, было не очень много, около двухсот человек. Вдоль стен стояли вооруженные стражники на манер почетного караула, а сзади столов сновали слуги, поднося все новые и новые блюда.

Далила уже усрела наложить себе полную тарелку и налить высокий кубок, когда Ипполита хлопнула ее по руке и прошипела:

— Ты что, забыла, зачем мы здесь, остановись немедленно!

Обиженная Далила неохотно отодвинула от себя тарелку:

— Вот еще новости! Что, если предстоит бой, то перед ним и подкрепиться нельзя?

— Ты, Далила, ну прямо, как ребенок неразумный! Кто тебя за язык тянет? добавила Гиневра. — Еще не хватало, чтобы соглядатаи колдуньи поняли, что мы что-то знаем…

— Марина, ты что-нибудь заметила? — озабоченно спросила Ипполита.

Но я только вертела головой из стороны в сторону, как ненормальная, и ничего не видела. У меня заболела шея, кружилась голова, и смотреть на накрытый стол из-за возрастающей тошноты не было никакой возможности.