Марина Казанцева - Космический Патруль

— Эй, Вис, да ты поэт! — отвечал ему Аргентор.

— Что? — просыпалась Дезва, оторвавшись от созерцания в иллюминаторе солнечного восхода над лунными горами.

— Поэзия — это такой вид творческой деятельности, когда в витиеватых выражениях описываются самые незначительные душевные переживания. — пояснял Аргентор.

— А! — отвечала Дезва и снова замирала, уставясь в иллюминатор.

Он плотнее уселся в наблюдательское кресло. Сидеть предстояло долго, а заняться особо было нечем. Аргентор уже давно перестал тревожиться за судьбу своих товарищей, оставшихся на «Беовульфе» — что толку изводить себя бессмысленными переживаниями, если всё наверняка уже кончено. У них слишком мал запас кислорода. Да и всего прочего. Ведь он же не предполагал, что противостояние Рушеру затянется так надолго. И теперь на орбите погибшей планеты в сотне световых лет отсюда плавает никем не управляемый корабль с командой мертвецов. Одно утешает: все они умерли с сознанием выполненного долга и полной победы. Наверняка они снова стали бестелесыми Живыми Душами. Так что, особо Аргентор о них не переживал. Но вот Наяна сидела в его мозгу, как острый гвоздь. Она, конечно, не погибла — при таких-то возможностях! — но наверняка теряется в догадках, барражируя в своём лёгком флаере космическое пространство над планетой.

Аргентор встряхнул головой, изгоняя из мозга противный режущий звук. Кажется, его тоже стали преследовать слуховые галлюцинации. В следующий момент он бросил взгляд на панель и заорал что было сил:

— Вис, Дезва!!! Сигнал!!!

Коммуникатор уже голосил во всю мощь, поскольку Вис поставил громкость на полную силу. Топая ногами, примчались оба инспектора и некоторое время ошалело смотрели на неистово мигающий глазок коммуникатора. А потом завопили и бросились обниматься.

— Прекратить лобзания! — кричал Аргентор. — Как включить передатчик?!

Наконец, голосовая связь была включена, и пленники лунной станции поймали звук.

— Поиковому отряду зет-зет-сто восемнадцать. — монотонно говорил в динамике голос автомата. — Отзовитесь. Спасательное судно дрейфует в…

И далее следовали координаты.

Дрожащими пальцами Дезва включила передатчик и заговорила:

— Поисковый отряд зет-зет-сто восемнадцать на связи.

В динамике словно что-то поперхнулось и тут же понеслись крики:

— Отряд сто восемнадцать, отзовитесь! Где вы, почему молчат опознавательные кибы?! Где вы находитесь?!

— Наш корабль погиб. — заговорила Дезва прерывающимся голосом. — Мы нашли спасение на лунной станции. Примите координаты планеты.

«Ну вот и всё.» — отрешённо подумал Аргентор.

Они наблюдали в иллюминатор прилунение спасательного корабля. Даже не самого корабля, а шлюпки. Почти вплотную к дверям станции подлетел крупный глайдер, из него вышли люди в скафандрах и потащили какие-то предметы. Потом снова заговорил коммуникатор:

— Проверка исправности шлюза произведена?

— Отвечает Дезва Гэри, координатор экспедиции. Проверка запирающего устройства шлюза произведена. Подтверждаю готовность.

Аргентор невольно бросил взгляд на входную дверь, которая снилась ему всякий раз, едва он закрывал глаза. Именно в эту дверь всегда входил его двойник. Дезва и Вис тоже напряжённо смотрели на вход. Наконец, из-за переборки донеслись хлюпающие звуки — это наполнялась воздухом шлюзовая камера.

Дверь открылась, и в помещение вскочили десятка два солдат в скафандрах. Они мгновенно сориентировались и, игнорируя присутствие Дезвы и Виса, сразу направили на Аргентора короткоствольное оружие.

— Сотрудники экспедиции! В стороны! — раздался из шлюза резкий приказ, которому инспектора не могли не повиноваться. Они скользнули в разные стороны и освободили линию обстрела.

— Руки за голову и не сопротивляться! — рявкнул тот же командный голос.

Аргентор сцепил пальцы на затылке, стоя перед дулами орудий.

Тогда из затемнённого шлюза вышел человек со снятым шлемом. Руки его были скованы жёсткими наручниками.

— Джек Бегунок?! — невольно вскрикнул Аргентор.

— Я, мой господин. — с вымученной улыбкой отозвался тот.

Следом за Бегунком явился тот, кто командовал. Это был немолодой мужчина с военной выправкой и острым взглядом небольших серых глаз. Он тоже был в скафандре, на рукаве которого высокой стопкой были нашиты ранговые планки.

— Руки. — кратко скомандовал он. И Аргентор протянул вперёд руки, на запястьях которых тут же защёлкнулись такие же жёсткие наручники, как и у Джека. Но тут произошла маленькая заминка: индикаторные огни не вспыхнули на них, а вместо того вдруг сами собой вяло раскрылись запорные механизмы и наручники брякнулись на пол.

«Защита не даёт!» — догадался Аргентор.

— Заменить. — кратко бросил военный специалист в сторону. И тут же один из солдат закинул за спину оружие и достал из-за пояса ещё одни наручники, которые тут же постигла судьба прежних.

— Боюсь, у вас ничего не получится. — с нервным смешком подала от стены голос Дезва.

— Что такое? — соизволил заметить её военный чин.

— У него защита такого уровня, что вам и не снилось. — совсем не по уставу заговорил Вис Орон.

— Прекрасно. — холодно ответил командующий. Щиток его шлема внезапно опустился, а в следующий момент белые струи газа вырвались из оружия солдат. Дезва Гэри, Вис Орон и незащищённый Джек тут же повалились на пол.

— Это бесполезно. — холодно сообщил Аргентор. — Я обещаю, что не буду сопротивляться.

Бесчувственные тела троих транспортировали в медицинских капсулах, а для Аргентора опять не нашлось скафандра — люди будущего оказались невелики ростом. Он отказался улечься в медицинский гроб, уверяя, что может обойтись вообще без скафандра, и тем самым вызвал панику среди военных. Аргентор с самого начала решил пресечь всякие попытки повлиять на него. Возможно, это лучший путь к цели — дать понять своим недругам, что в его власти ещё многое. Всю дорогу до глайдера его держали под прицелом, и по окаменевшим лицам солдат, по поту, который буквально тёк по их щекам, было видно, какое было для них потрясение видеть человека, который действительно не дышит и способен выдержать холод открытого космического пространства.

Ему не терпелось всё узнать, и Аргентор был благодарен своим конвоирам, когда в камеру к нему бросили бесчувственное тело Бегунка. Ничего удивительного, что к ним так грубо отнеслись — очень уж много скверного сделал Аргентор этой Галактической Федерации.

Наконец, Джек стал проявлять признаки жизни: застонал, завозился и сел, обводя вокруг себя мутными глазами.