Владимир Контровский - Трудно быть богом обитаемого острова

Эта формулировка очень напоминала высказывание «пути господни неисповедимы», что дало основания скептикам (а их было немало) сомневаться в существовании Странников. «Первобытные дикари, — фыркали скептики, — списывали всё непонятное на богов и духов, а мы, с поправкой на всю нашу цивилизованность, при встрече с необъяснимым ссылаемся на всемогущих Странников: мол, это всё они, демоны! Наивно, знаете ли…».

Но Максиму Каммереру было не до скептицизма: внезапное появление перед ним — из ниоткуда! — в комнате полуразрушенного дома сожжённого города на Саракше странного человека было реальным фактом: склонности к галлюцинациям Максим за собой не замечал. А кроме того, в его памяти всплыли слова старейшины Птицеловов о Небесных Отцах.

— Вы совершенно правы, Максим, — назвавшийся Странником слегка шевельнулся на табуретке, словно усаживаясь поудобнее, — я не галлюцинация.

— Кто вы? — механически повторил Максим. Он ощущал растерянность — сколько лет человечество мечтало о контакте с цивилизацией, далеко обогнавшую земную; готовилось к этому контакту, разрабатывало специальные методики, а теперь, когда этот долгожданный контакт, похоже, состоялся, представитель Земли не знает, что ему делать. Перед ним сидел человек (или существо, принявшее человеческий облик), с виду обычный, но Максим ясно чувствовал непредставимую древнюю мощь, стоявшую за этим существом, — мощь, на фоне которой меркли все достижения земной науки и техники с её звездолётами, биоблокадой, глайдерами и кабинками нуль-транспортировки. Наверное, подумал Максим, что-то похожее испытывали айкры, впервые увидев у своих берегов каравеллы пришельцев с материка. Хм, а какое это, оказывается, неприятное чувство: понимать, что перед тобой сила, которой ты не сможешь противостоять — она слишком превосходящая. Глупости, одёрнул он сам себя, что за пещерный менталитет? С чего ты взял, что эта сила может быть враждебной? В космосе правит гуманизм, по-другому и быть не может (так, во всяком случае, утверждает базисная теория развития социума, созданная трудами выдающихся учёных-землян).

— Вы хотите знать моё имя? — поинтересовался человек в камуфляже. — Вряд ли это целесообразно: кроме нас двоих, в этой точке пространства больше никого нет — путаницы при диалоге не возникнет. Но если вам удобнее обращаться ко мне по имени, я могу назвать любое.

А если это просто землянин, мелькнуло в голове Каммерера, какой-нибудь досужий шутник, дорвавшийся до нуль-Т и решивший меня разыграть? Предположение нелепое, но…

— Я не землянин, — отозвалось существо, и Максим понял, что оно читает его мысли, — я Странник. Мы называем себя по-другому, но для вашего удобства будем придерживаться вашей, земной терминологии.

— Что вам от меня нужно?

— Резонный вопрос. Именно мне от вас, а не вам от меня — это ведь я вышел с вами на контакт, а не наоборот. Хотя, должен вам сказать, «наоборот» было бы затруднительно — мы избегаем прямых контактов с несовершенными разумными расами.

«Это мы-то несовершенные? — подумал Максим. — Интересная точка зрения…».

— Конечно. Вы только-только вышли на звёздные дороги — о каком совершенстве может идти речь? Вашему обществу познания чуть больше ста земных лет — это секунда на часах Вечности. Вы ещё недалеко ушли от общества выживания и общества потребления, и вы несёте в себе рудименты прошлого. Вы уже не дети, но ещё не взрослые — вы подростки, склонные болеть всеми подростковыми заболеваниями. И эта ваша склонность и является причиной моего появления.

Странник говорил вежливо, точнее, ровно и безэмоционально — слово «вежливость» тут было явно неуместным. Даже земные машины, наделённые голосом, выказывали оттенки чувств, заложенных в них программистами, тогда как это существо было лишено каких-либо эмоций — начисто.

Как ни странно, понимание этого вернуло Максиму душевное равновесие. Он отошёл от окна, пододвинул табуретку и сел за стол напротив пришельца, так и назвавшего своё имя. Не очень-то и хотелось, подумал Максим, будем общаться безлично, раз уж вы у нас такие скромные.

— Я вас слушаю, — сказал он, глядя в лицо Странника: в красивое лицо с правильными человеческими чертами (Интересно, это его настоящий облик или так, маска?).

— Облик похож на наш подлинный, а вот насчёт маски… Прошу меня извинить, но во плоти меня здесь нет. В пространстве вашей Реальности я нахожусь, — Странник на секунду замолчал, что-то подсчитывая в уме, — в пяти парсеках отсюда. А перед вами мой эфирный дубль: у нас были некоторые основания опасаться неадекватных действий с вашей стороны — ваш коллега, которого зовут Лев, без особых раздумий начал стрелять по машине песчаных людей. Я мог бы обеспечить полную безопасность и своего оригинала, но защита в случае вашей неверной реакции могла бы причинить вам некоторый вред, что нежелательно. Вот поэтому я предпочёл появиться перед вами в виде неуязвимого эфирного дубля.

— Вы полагаете, что мы всегда хватаемся за оружие и палим во всё, что шевелится?

— Не всегда, но не исключён и такой вариант. Вы ещё подростки, как я уже говорил, — ваши действия зачастую опережают ваши мысли. Обижаться не стоит, — Странник посмотрел Максиму в глаза, и землянина поразила бездна, таившаяся в глубине зрачков собеседника. — А мой эфирный дубль по функциональности не уступает оригиналу — разницы практически нет.

— Ваше право, — Максим как можно равнодушнее пожал плечами (Значит, я всё-таки общаюсь с привидением, правда, с очень высококачественным привидением). — И что такого важного вы мне хотели сказать? Ведь из-за пустяка вы вряд ли нарушили бы свой принцип не общаться с несовершенными разумными расами?

— Вам об этом уже сказал Колдун, — всё так же бесстрастно ответил Странник, — но вы не обратили внимания на его слова. Пропустили мимо ушей, как у вас говорят. Вы нарушили Равновесие, Максим, и это нарушение чревато очень серьёзными последствиями.

— В чём именно выразилось это нарушение? Вы имеете в виду повторный запуск пси-генераторов и активацию сети башен?

— Да.

— А можно вопрос?

— Пожалуйста, — дубль совершенно по-человечески кивнул.

— Пси-генераторы — ваше изобретение? Есть гипотеза, что вы, Странники, оставили на Саракше некую микросхему, на основании которой саракшиане и создали эти дьявольские машины. Это так?

— Нет. Начнём с того, что у нас нет никаких микросхем — мы миновали машинную стадию развития цивилизации, у нас вообще нет никаких машин, аппаратов, приборов и тому подобного. Мы воздействуем на Мироздание напрямую — сознанием, минуя промежуточное звено «инструмент». А во-вторых — мы не стали бы давать юной несовершенной расе такую опасную игрушку. Генераторы — это изобретение самих саракшиан; они сами их создали — точно так же, как вы, земляне, сами создали атомную бомбу, причём в очень опасный период вашей истории, когда эта бомба могла поставить на этой истории большую и жирную точку. Пути развития разумных рас извилисты и прихотливы…