Ричард Мэтьюсон - Вкус ужаса: Коллекция страха. Книга I

— Это неслыханно! — воскликнула Джин.

— Хочешь посмотреть? — Дэл указал на дверь. — Эй, Лиза, пусти ее поглядеть.

Лиза перестала забивать гвоздь и улыбнулась.

— Конечно.

Она кивнула Джейсону, который послушно отодвинул тяжелую столешницу в сторону, так, чтобы можно было приоткрыть дверь. Джин шагнула вперед и наклонилась, чтобы выглянуть наружу.

— Я не совсем…

Неожиданно Дэл одной рукой отпер дверь, а другой сильно толкнул Джин в спину.

— Давай, Джин, рассмотри все поближе.

Через миг она исчезла, а Лиза заперла за ней дверь. Дэл развернулся к тем, кто находился в магазине.

— У кого-нибудь есть возражения?

Последовало недолгое молчание, затем взорвавшееся громкими аплодисментами.

— Только не вздумайте и дальше продолжать скармливать им президентов ТОХ, — сказал Джо, выждав, пока стихнут овации.

— Без проблем, — заявил Дэл, отряхивая ладони.

— Эй, они ею брезгуют! — воскликнула стоящая у двери Лиза, прежде чем Джейсон вернул столешницу на прежнее место.

Когда окно и дверь оказались забиты, Дэл обратился к оставшимся девяноста двум присутствующим.

— У кого-нибудь есть какие-либо соображения?

— Нам известно, насколько это успело распространиться? — спросил кто-то.

Сью находилась в переднем кабинете, за компьютером. Она встала и покачала головой.

— У нас все еще есть электричество, но нет Интернета. Лиза, ты сможешь это исправить?

Лиза подошла к компьютеру и быстро произвела несколько операций.

— Мне жаль, Сью, но я не смогу решить проблему, пока рядом беснуются зомби.

— А сколько у нас продовольствия? — спросил другой голос.

Дэл и Сью обменялись быстрыми обеспокоенными взглядами.

— Немного, — наконец признался Дэл. — Крекеры, печенье. Еще эти конфеты-монстры, из которых сочится гной, когда их кусаешь.

— Больше нет, — мрачно заметил Скатт. — Дейн все съел.

Глаза Сью расширились от гнева.

— Эй, за них нужно было платить!

Неожиданно Гарри Палмер, коренастый писатель, чей роман об оборотнях неожиданно оказался одним из лучших открытий прошлого года в жанре ужасов, нервно поинтересовался, который сейчас час.

Дэл взглянул на часы.

— Около семи. Солнце, должно быть, уже садится. А что такое, Гарри?

— Ну… — начал Гарри, избегая смотреть ему в глаза и явно испытывая неловкость. — Через несколько минут у меня… нет, у всех нас появится очень большая проблема. Понимаете, вам известно обо мне далеко не все, и сегодня полнолуние, и я… Ну, я…

— Гарри, — прервал его Дэл, — ты что, пытаешься сказать нам, что ты на самом деле оборотень?

Гарри просто кивнул.

— Великолепно! — саркастически заметил Дэл.

— Да нет, подождите же, это действительно великолепно!

Все взгляды обратились к Питу Акинсу, крепко сложенному британскому сценаристу, который добился широкого внимания благодаря своей сообразительности и инновационному применению колючей проволоки.

— На самом деле это идеально!

— И что теперь, Пит? — спросил Дэл.

— Гарри у нас оборотень, верно? Свирепая чудовищная машина разрушения! Как только он обернется, мы вытолкнем его к зомби, и он порвет их в клочки!

Дэл поразмыслил, и эта идея привела его в восторг. «В конце концов, — подумал он, — у кого самый богатый опыт по части разрывания в клочки, как не у сценариста?»

— Гарри, а что ты об этом думаешь?

Гарри кивнул и ухмыльнулся. Его зубы уже начали немного заостряться.

— Звучит неплохо. На самом деле я бы не прочь поразвлечься.

— Отлично, — сказал Дэл и обратился к остальным: — Среди нас еще есть какие-нибудь монстры, о которых нам следует знать?

После долгого молчания в воздух поднялась дрожащая рука. Толпа раздвинулась, явив взглядам легендарного Уимси Скремпбелла, британского автора, известного очень странными работами.

— Я… ну, я вампир, — признался он дрожащим голосом.

— Но Уимси! — воскликнул Стив Смит. — Ты же всегда гуляешь днем!

— И ты ни разу не написал ни слова о вампирах! — возразил Тайлор Карн, автор вампирских романов, который ранее предавался фантазиям о Клайде.

— Ну, типа, не хотел ниче обнародовать, понимаете? — пробормотал Уимси с грубоватыми интонациями простого работяги.

Неожиданно молодой писатель, только что продавший первый рассказ в антологию «Невероятно гадкая эротика», растолкав остальных, пробился к смущенному Уимси и упал перед ним на колени.

— Мистер Скремпбелл, я и так обожаю ваши работы, но это… Вы должны укусить меня. Пожалуйста, пожалуйста, укусите меня! У меня трудности с написанием вампирского романа, над которым я сейчас работаю, и я знаю, что вы могли бы помочь…

Уимси взглянул на него со смешанным выражением ужаса и искушения.

— Сначала мне придется выйти наружу и сразиться с зомби. Может быть, когда я вернусь…

Молодой человек расплакался от благодарности.

— Спасибо вам, спасибо… Это столько для меня значило бы.

Дэл оценивающе оглядел остальных.

— Еще кто-нибудь есть?

Вверх рванулась еще одна рука. Она принадлежала Демарсу Дунису, язычнику, писавшему документальные книги о всяких ведьмовских штучках.

— Сегодня как раз осеннее равноденствие. Я мог бы превратить псов во всемогущих адских гончих.

Сью немедленно обняла своих собачек, приготовившись встать на их защиту.

— Нет, вы этого не сделаете!

Дэл покачал головой.

— Спасибо за предложение, Демарс, но, полагаю, это не лучшая идея. Еще кто-нибудь?

Поднялась последняя рука. Она принадлежала Уайти Страйперу, чьи бестселлеры о похищении людей инопланетянами часто по ошибке причисляли к беллетристике.

— У меня есть анальный зонд, который также может служить передатчиком. Я могу послать сигнал инопланетянам, чтобы они прислали сюда корабль-матку и отрыли огонь по зомби.

Последовавшая за этим предложением тишина была очень красноречивой.

Придя в себя через несколько секунд, ошеломленный Дэл отмахнулся от Уайти.

— Спасибо, Уайти, но я полагаю, что мы, земляне, как-нибудь справимся самостоятельно.

В этот момент позади него раздалось рычание животного. Дэл развернулся и увидел, что Гарри начал оборачиваться. Его лицо заросло волосами еще гуще обычного и вытягивалось, превращаясь в морду. Одежда трещала по швам.

— Скорее, мы должны дотащить его до двери.

— Нет, стойте! — воскликнул Уимси и вышел вперед.

Он тоже трансформировался, обретая ауру таинственности и сексуального магнетизма. И неожиданно показался привлекательным даже Клайду.