Владимир Дрыжак - Точка бифуркации

- Видите ли, существовало несколько аргументов "за". Во-первых, нас волновала проблема "кролика". В процессе эксперимента используются весьма чувствительные элементы, регистрирующие биополе. Вживлять их в мозг слишком грубо. Люди ведь - не обезьяны. Пришлось использовать достаточно мощные усилители, и тут выяснилось, что вместе с полезным сигналом они усиливают и шумы. Причем самой разнообразной природы. Начиная от тепловых шумов в электрических цепях и кончая обычными радиопомехами. Кроме того, нам тогда показалось, а сейчас мы это выяснили совершенно точно, что полевой фон здесь, на Земле, содержит компоненту, составленную из... Как бы это сказать... Ведь каждый человек - излучатель. Правда, очень слабый. Но зато здесь, на Земле, людей очень много. Кстати, наши исследования по данной тематике имеют и прикладное значение. Например, я полагаю, что случаи массовых психозов объясняются резонансным переизлучением биокомпонент электромагнитного поля. Нечто вроде квантового генератора... Что? Непонятно? Лазер работает на этом же принципе. Только там атомы, а здесь мозги. Излучение одного мозга стимулирует излучение всех других.

- Вот этот момент зафиксируем. Это мне нужно. Потом, когда я попрошу, расскажешь еще раз. А то у нас что-то участились психозы. И массовые, и такие... Персональные... И что там дальше?

- А дальше... Мозг человека - уникальный прибор. Он обладает колоссальной избирательностью. И, я полагаю, он в определенных условиях может извлекать информацию даже из биофона. Собственно, мысль принадлежит Шеффилду, но я ее разделяю. И означает она не больше не меньше, как возможность телепатии, озарения, общения с духами усопших и так далее. Вот мы сейчас сидим и обмениваемся словами. Но не только. Мы еще обмениваемся биополями, которые переносят информацию. Вы, например, мне симпатичны, я это чувствую. А вот Гиря - нет, вероятно, у него какое-то специфическое излучение - оно мне мешает. Зато Гиря симпатичен Сомову, и он мне об этом говорил. Так вот, Свеаборг и Сомов, как мне показалось, не симпатизировали друг другу. Возможно, в этом и причина того, что с ними произошло.

- А космос, космос? - напомнил Спиридонов.

- Да, космос. Космос свободен от биофона. Кроме того, металлический корпус "Вавилова" дополнительно экранировал любое излучение. И в этих условиях, как предполагал Шеффилд, мозг будет испытывать своего рода биоэнергетический или информационный голод. Он станет восприимчивее! А поскольку голод - не тетка, всякая личность, занимающая данный мозг будет испытывать дискомфорт и проявит на уровне подсознания стремление к тому, чтобы найти заменитель биофона в виде, например, другой личности. Неплохо?

- Да, занятно, - согласился Спиридонов. - Другой раз всех разгонишь по местам, сидишь в кабинете и как-то становится не по себе... В этом что- то есть!

- Вы даже не можете себе вообразить, сколь много в этом заключается! - вмешался Шеффилд. - Вспомните эпоху мировых войн. Казалось бы, вот. живут спокойно, тихо, мирно. И вдруг - словно бы цепная реакция, взрыв, сумасшествие в планетном масштабе. Да, экономические причины. Но не только. Скорее всего, одно обусловливает другое и наоборот. В ноосфере накапливается колоссальный запас отрицательных эмоций в виде биополей особого рода, а потом - разряд. В рамках нашего подхода можно объяснить очень многое. Явления культуры, истоки начала эпох, научных открытий, бум освоения космоса, исторические парадоксы исчезновения целых цивилизаций - все это проявления и следствия изменения структуры биокомпоненты электромагнитной среды на Земле. Теперь вы понимаете, насколько важны наши исследования? Вот Калуца говорил про Марс - а ведь там совсем иной биофон. Его, собственно, там нет, как такового, по причине отсутствия биосферы. Корреляция налицо!

- Я не столь смел в своих выводах, - сказал Калуца, - но ясно одно: нужны исследования. Возможность формирования сверхличностей - это только вершина айсберга. Нам просто необычайно повезло, мы достигли вершины, не задерживаясь у основания. Мы как бы опустились сверху, а теперь сидим на этой вершине, рискуя поскользнуться, улететь вниз и свернуть шею.

- Идеи носятся в воздухе. Только хватать успевай! - ни с того, ни с сего сказал Спиридонов. - Интересное выражение, а? Давно подмечено, что всякие идеи рождаются в положенный срок. Позже выясняется, что и сто, и двести лет назад кто-то уже пытался сформулировать данную идею, но она прошла мимо ушей современников. Но вот наступает срок - и все. Идея рождается в чьей-то умной голове и заражает все окрест. Как? Почему? И чего ей не хватало раньше? Не понятно... Может быть необходим этот самый фон? Идея вырывается из головы и несется прямо по воздуху, осеняя попутно все прочие головы.

- Да, - сказал Калуца. - Что-то в этом роде. Причем, с научной точки зрения интересны как раз две полярные ситуации. В одном случае сверхнасыщенность биофона, в другом - почти полное его отсутствие. Мы пытались пощупать последнюю на "Вавилове".

Я сидел несколько подавленный широтой открывавшихся горизонтов и глубиной обсуждаемой проблематики. Спиридонов же, напротив, сохранял полное самообладание и контролировал ход дискуссии, как будто всю жизнь только и делал, что "обхаживал голованов". Но в таком духе беседу можно было продолжать еще неделю. А мне не давал покоя один вопрос и теперь наступил подходящий момент его ввернуть. Что я и сделал незамедлительно.

- Ричард Яковлевич, мы уже третий раз возвращаемся на "Вавилов" для проведения вашего эксперимента, и все время речь заходит о каких- то дополнительных "факторах". Сейчас понятно, что речь идет об отсутствии биофона, но, я полагаю, поскольку он имеет электромагнитную природу, здесь, на Земле, его можно как-нибудь экранировать.

- Совершенно справедливо, - заявил Шеффилд.

- Но для этого нужны ресурсы, и немалые, - быстро ответил Калуца.

Судя по взгляду, брошенному в мою сторону, интерес Калуцы к моей персоне заметно возрос.

- Понятно, - сказал я. - но все же у вас была надежда на что-то еще. Или я ошибаюсь?

- Нет, не ошибаетесь. Я.., - Калуца помолчал. - Я надеялся на помощь Господа. И, кажется, получил ее.

- Что за черт! - произнес Спиридонов. - Вы это о чем?

- О Боге, - спокойно сказал Калуца.

- А? Какой еще Бог? Он кто?

Я, кажется, впервые видел шефа растерянным и немедленно поспешил на выручку:

- Вероятно, вы пошутили?

- Нет, отчего же. Я вполне серьезно.

- Ричард, прекрати немедленно! Не превращай дискуссию в балаган, - зарычал Шеффилд. - Эта твоя идея - бред, зачем ты суешь ее в каждую дырку?

- О чем речь? - возопил Спиридонов. - Я хочу знать! Или нас опять дурачат?

- Ни в коем случае. У меня есть гипотеза, а Шеффилд ярый противник. И если никто не настаивает отдельно, то мы эту гипотезу пока упустим из поля зрения.