Александр Белоткач - Дм Мой или Шанс №2

Как я ни старался, как не искал, в доме их не было. Да и вообще, здесь не оказалось ни одного моего знакомого, или хотя бы раз виденного в той жизни человека. Облазив всю сеть и перелопатив кучу архивных списков выбывших, (как называл их совет), я так ничего и не обнаружил, даже фамилий знакомых, за исключением конечно самых распространенных.

А еще, я заметил одну странность. Время здесь течет как-то очень уж неторопливо. Вначале мне даже казалось, будто я вновь вернулся в детство. Это ощущение было настолько отчетливым, что первые дни я то и дело поглядывал на часы. И до сих пор я убежден, в течение одного дня здесь, происходит больше событий, чем за неделю в той моей взрослой жизни. Когда вечер приходит, как некий долгожданный праздник, когда можно наконец расслабиться, и свалившись на прохладные простыни, отключиться. Сладостное ощущение усталости, некоего удовлетворения от хорошо прожитого дня, часто и сейчас, напоминает, то далекое время моего детства. Там, набегавшись с пацанами за целый день в казаки разбойники, прятки, салочки. Искупавшись в реке, погоняв мяч во дворе, успев раза два подраться и помириться с кем-то из ребят. Исколесив полгорода на велосипеде, совершив налет на чей-то очередной палисадник. Под конец, едва переставляя ноги, я приходил в родной уютный дом, где этот сумасшедший калейдоскоп прекращал свое мельтешение, и где я, едва коснувшись подушки отключался.

Эх детство, детство! Где ты теперь?

Пока обтирался огромным мохнатым полотенцем, вспомнился вчерашний разговор с моим наставником. Роман, высказал свою давнюю теорию, что таких вот капсул, или сфер вроде нашей, миллионы.

— Если учесть количество жителей той земли, — говорил он, — и предположить, что не мы одни, за какие-то заслуги получили второй шанс и воскресли, как некое исключение. Если допустить, что все живущие когда-либо на планете земля, вновь ожили, то соответственно, и подобных сфер должно быть гораздо больше.

Однако за силовым полем, за той самой зеленой стеной, которую я решил осмотреть в первый же день, после своего заточения, не было ничего, ровным счетом ничего. Казалось, будто там за этой стеной, бесконечное ровное как стол поле, степь, или пустыня. Как я тогда ни вглядывался сквозь зеленый купол, так ничего, кроме этой бесконечной пустоты не увидел. Возможно Роман и прав, но в таком случае, эти сферы разбросаны на огромном удалении друг от друга. И хотя я понимал, что это расстояние может означать и десятки километров и миллиарды световых лет, все же, некая слабая надежда, когда-либо встретить своих родных и близких, теплилась где-то в сердце.

Одевшись, в привычную теперь форму патрульного, я направился к себе. Нужно было немного отдохнуть, и собраться с мыслями перед встречей с Приторием. Намечался серьезный разговор, и если хотя бы на один свой вопрос я получу ответ, многое может встать на свои места.

Но собраться с мыслями у меня толком не получилось. Дело в том, что поднимаясь на свой уровень, я оказался в компании полуголых нимф, которые возвращаясь с пруда, держали в руках огромные цветастые полотенца. И тут-то, я и испытал в очередной раз на себе их чары. Эти красотки, так многозначительно поглядывали на меня, что я был вынужден отвернуться. А став лицом к стене, дабы не видеть их нагло выставляемых прелестей, и откровенных взглядов, понял, что это не поможет. Стенки лифта были зеркальные, и до самого нашего сектора, я боролся с нахлынувшими вдруг чувствами. Пытаясь отвлечь как-то себя от этих картинок, я пробовал по точнее сформулировать пришедшие мне когда-то в голову мысли, да только мозги, отказывались думать о чем-то другом кроме… Но вот, наконец, мои мучения закончились. Прозвенел колокольчик, и взопревший от напряжения, с дымом из ушей, я вывалился в бронзовый коридор. Выйдя в наш сектор, и сдав дежурному зачетку за сегодняшний день, (кстати совершенно обязательную, означающую стабильность моего курсантского статуса), я добрался к себе. И только войдя в гостиную, понял, что в модуле кто-то есть. Из камбуза доносилось знакомое мурлыканье, и поняв кто это, я помимо воли улыбнулся. За последние несколько дней, Шерри почему-то ни разу не заглянула, так что я успел здорово соскучиться. Войдя в столовую, (которую я по-прежнему именовал флотским словом камбуз), и обнаружив Шерри, мило воркующую у кухонного модуля, поздоровался:

— Привет! Ты где это пропала? Я боялся, что ты вообще решила оставить меня наедине с этим кухонным монстром!

Шерри, обернувшись на встречу, мило улыбнулась:

— Привет Ал! Да нет! Что ты? Я и не подумаю отдавать в руки дилетанта, такое техническое чудо! Просто дела накопились, вот и не смогла забежать. А ты между прочим, если так хотел меня видеть, мог и позвонить!

— Да. Прости! Совсем меня умотали ваши инструктора! Вздохнуть не дают. Гоняют словно коней перед забоем! — и обведя взглядом красиво убранный камбуз, не найдя и следа недавних (посиделок), добавил: — Понимаешь. Тут у меня пару дней тому, мальчишник был. Так что ты уж прости за беспорядок!

— Ага. Видела. Я как вошла, чуть в обморок не упала. Во что же вы превратили столовую! Да и в гостиной намусорили так, что бедный кибер уборщик подмогу вызывал из соседнего модуля.

Я слегка смутившись пролепетал что-то типа:

— Ну… сама понимаешь! Женская рука… А эти охламоны и чашку за собой не уберут. Тем более посуду мыть.

— Да ладно. Можешь не оправдываться. Я уже почти закончила. Так что скоро ужинать. Кто сегодня намечается в особы приближенные к императору?

— Не знаю! Может Романа позвать. Или девчонок наших. Ты можешь и сама пригласить, кого захочешь.

— Нет уж, уволь! Я здесь просто кухарка! — хитро прищурившись ответила Шерри.

На что я вполне искренне изобразив обиду, воскликнул:

— Что ты! Шерри! Ты мой самый лучший друг! — и вспомнив кое-что из своей прошлой жизни, было прикусил язык, но Шерри, милая девчонка, сделала вид, что ничего не произошло, а только лукаво покосилась в мою сторону рыжим глазом.

— Ну-Ну! Поглядим еще. Давай-ка зови своих проглотов, или я позвоню сейчас Эрике с Лукьяном.

Этот вечер прошел, так же как и многие ему подобные, за исключением того, что я, был вынужден в разгар веселья покинуть компанию, дабы успеть к назначенному часу. Роман, слегка заскучавший без своей Динары, вызвался меня проводить.

Мы шли по вечерним коридорам, в которых, тут и там, встречались разномастные группки отдыхающих после (тяжелого) дня жителей. Здесь, стоял настоящий базарный гомон. Повсюду слышались громкие голоса и смех. Грубо размалеванные нимфы, (которые за последнее время очень сильно сдали позиции в моем табеле о рангах), вертя задами нехотя отодвигались с нашего пути. И зазывая словно ночные бабочки того далекого прошлого, томно заглядывали нам в глаза, пытаясь вызвать на разговор пошлыми шуточками. Однако Роман был холоден как ледокол в Арктике. Расталкивая этих дам, будто ледяные торосы, он был спокоен, совершенно игнорируя сладкие голоса и манящие полуобнаженные прелести. Честно сказать, первое время мне было очень непросто справляться с эмоциями. Но после того, как мне рассказали, что из себя представляют эти нежные создания, и как в итоге можно поплатиться, я как-то резко охладел к ним.