Елена Ворон - Без права на смерть

— Шел бы ты отсюда, командир. — Дружелюбия у летчика не прибавилось. — И этих уводи. Нечего им тут делать.

— Напрасно гонишь, — миролюбиво улыбнулся Лоцман. — Скажи: что стряслось? Оба начальника глотки грызть готовы, армейский полковник от одного слова «авиация» — на дыбы. Чем вы ему досадили?

— ЧП у нас, — мрачно уронил дежурный. — Парня одного — Тридцать Пятый номер — солдаты забили насмерть. Ни солнце не спасло, ни стимулятор.

— Змеевы дети!

— Ублюдки совсем распоясались. А хуже всего, что средь них один наш затесался. Мы думали — шлялся по Умирающим мирам да и сгинул, а этот гад в армию подался. Заимел автомат и на своих попер. Выслужиться думал… — Дежурный выразился непечатно.

— Двадцать Седьмой?

— Он самый.

Теперь ясно, отчего назвавшегося Двадцать Седьмым Лоцмана сгоряча упекли в кутузку. Начальники разбирались с происшествием — и оттого злы на весь белый свет.

— Командир, разреши задать вопрос дежурному, — подал голос Особый Первый пилот.

— Давай.

— Зачем летчику идти в армию?

Дежурный покривился и ответил не ему, а охранителю мира:

— Тянет их туда. Уже четверо переметнулись. Армия растет, и наши там становятся офицерами.

— Вот как? И бывшие Лоцманы тоже…

— Да какие из вас офицеры?! — взорвался дежурный. — Гнилье одно — только ради мишеней и держат. Уводи их отсюда, кому сказано!

На столе тренькнул телефон.

— Дежурный. Кто? Понял. Да, здесь. — Летчик отнял трубку от уха. — Тебя. Лоцман Отверженного Завтра.

Охранитель мира взял трубку, придержал на столе поехавший за ней аппарат:

— Слушаю.

— Полковник приказал отправить Эльдорадо в казарму, — раздался голос синеглазого офицера. — Мы долго отстреливались, я вот улучил минуту…

Слышались отдаленные удары — словно кто-то пытался вышибить дверь.

— Нужна помощь? — Лоцман бросил взгляд на свою эскадрилью. Темные усмешливые глаза пилотов были устремлены на него.

— Не надо. Летчиков своих береги.

— Где вы?

— Не важно. Эльдорадо благодарит — за то, что заставил вспомнить имя. Всё!

В трубке раздался грохот выбитой двери и затрещали автоматные очереди. Затем — внезапная тишина и далекий, чужой голос:

— Какого хрена?! Не было приказа наповал… Ну ладно, глянь хоть, нет ли у них стимуляторов.

Охранитель мира медленно положил трубку. Убиты. Он удрал со своими парнями, а бывшие Лоцманы остались на КПП. И — убиты. Женщина, которая хотела его поцеловать и подарила таблетку стимулятора, и офицер, взявшийся расстрелять за него мишени. Убиты…

— Лоцман! — В вестибюль ворвался Шестнадцатый пилот, запнулся у порога и со звоном захлопнул стеклянную дверь. — Это еще что? Та-ак… — Он обвел взглядом военных летчиков и с побелевшим лицом шагнул к охранителю мира. — Ты, вонючка нелетная!

— Что такое?

— Падаль! Расстрелял мишени и приволок их сюда?!

— Сам ты мишень. У меня друзей убили… — Затрещина. Лоцман вскочил на ноги.

— Какие тут у тебя друзья?! — Шестнадцатый почти кричал. — Это у нас Тридцать Пятого убили. Армия!

Лоцман сжал кулаки. Несколько мгновений они с пилотом смотрели друг на друга, готовые вцепиться в горло. Охранитель мира подавил гнев. Сегодня здесь все сумасшедшие.

Двое военных летчиков стояли у Шестнадцатого за спиной — готовые повиноваться взгляду своего командира, движению брови.

— Это не мишени, — сказал Лоцман. — Спроси у них сам… Особый Первый!

Летчик вышел вперед — копия Шестнадцатого, но покрупней и выше ростом.

— Они повторят твои слова — вот и весь разговор. — Шестнадцатый начинал остывать.

— Командир, в чем разница между человеком и мишенью? — осведомился военный летчик.

— Человек — это ты, а мишени у нас не получились.

— Как доказать, что Лоцман не расстрелял своих актеров и не предал ни себя, ни вертолетчиков?

— Я знаю, — ответил Особому Первому дежурный. — Когда стреляют по мишени и убивают ее наповал, солдат исчезает. Растворяется в воздухе, А человек умирает как положено.

— Проверим? — предложил Шестнадцатый, указав на кобуру с пистолетом у Особого Первого на поясе.

Усмешливые глаза посерьезнели, впились в командира. Военный летчик ждал приказа, готовый выполнить его и умереть. Боевая машина, лишенная страха смерти, созданная для того, чтобы сражаться? Нет! Остальные четверо окаменели в тревожном ожидании, лишь ходили желваки на скулах.

— Пошел ты со своими проверками! Не дам человека угрохать. Если мы здесь не нужны, мы уходим.

— Катись.

— Идемте, ребята, — сказал Лоцман своим, а затем обратился к Шестнадцатому: — Подумай: разве могут получиться мишени, все похожие на тебя?

Летчик промолчал. За него ответил дежурный:

— В армии не дают стимулятор без расстрела актеров. — Ничего не докажешь. Лоцман повернулся к выходу. На площадь вдруг выкатился желто-коричневый БТР — злобно рыча двигателем, скрежеща гусеницами по асфальту. Зенитный пулемет на крыше смотрел в небо, как будто выискивал какой-нибудь вертолет; впереди торчал перископ с камерой ночного видения. Откинулась кормовая аппарель, по ней из машины выбежали восемь автоматчиков в камуфляже и бросились к крыльцу.

Глава 13

— Руки вверх! Не двигаться!

Двое с автоматами на изготовку ворвались в вестибюль, стали по обе стороны двери. Следом ввалились еще шестеро и — последним — офицер. Лоцман узнал его — он в клубе играл в бильярд и облизывался на Эльдорадо. Его мундир оставался таким же помятым, а лицо изменилось — стало жестче, угрюмей.

— Руки вверх! — приказал он, потому что ни Лоцман, ни Шестнадцатый, ни военные летчики не потрудились выполнить первую команду. Один дежурный дернулся было, но и он, глядя на остальных, опустил руки.

Автоматчики рассредоточились вдоль стеклянной стены. На взгляд охранителя мира, пятеро из них были мишени, а трое — обычные солдаты, похуже сортом.

— В чем дело? — вежливо осведомился Лоцман. — По какому праву вы тут распоряжаетесь?

— Приказ господина полковника. В течение четверти часа освободить помещение — оно отходит на нужды армии. Предупреждаю: при попытке оказать сопротивление мы открываем огонь.

— Помещение занято военной авиацией. — Лоцман соображал, что предпринять. Восемь стволов смотрят на его людей. Их тоже восемь, но вооружены только пятеро; пистолеты против автоматического оружия слабоваты — да и те в кобурах. Сюда бы излучатель, как у Ловца Таи, однако если нечто эдакое появится у Лоцмана в руке, солдаты немедля начнут палить.

— Мне плевать на военную авиацию! — рявкнул офицер. — Очистить помещение!