Джон Беркли - Парк Юрского периода: миллионы лет спустя

Элли еще несколько секунд успокаивала неровное дыхание. Сердце замедляло панический бег.

— Мистер Кеймен! — позвала девушка. — Мистер Кеймен!!!

Ответом ей послужила холодная тишина. Щелкнув переключателем рации, она поднесла микрофон ко рту:

— Джон, я в бункере.

— А Сол? — хрипло, с легким дребезжанием, осведомился динамик.

— Он на улице. У нас неприятности. Рапторы прорвали ограждение и вырвались на свободу. Похоже, мистер Броуфстайн погиб.

Рация молчала не меньше минуты.

— Черт возьми, — наконец отреагировал Хаммонд. — Не хватало нам здесь еще и Рапторов иметь, — он вновь немного помолчал. — А Арнольд и Питер? Вы не нашли их?

— Джон, я стою около двери, — раздраженно ответила девушка. — Чудо, что мне вообще удалось добраться сюда.

— Да, конечно. Извините.

Элли, пораженная спокойным тоном Хаммонда, ничего не ответила.

Она ожидала какой-то реакции на известие о смерти охотника. Но ее не последовало. В груди Элли поднялась глухая злоба. Уже даже не раздражение, а именно злость. Ей захотелось швырнуть рацию на пол и растоптать, чтобы колесики, детальки, осколки стекла со звоном и скрежетом разлетелись во все стороны.

«Нормальная реакция взбешенного неандертальца, — подумала девушка. — Вполне адекватная ситуации».

— О'кей. Что мне делать дальше?

— Отлично, — тон бородача изменился. Теперь он стал напыщенно-громким, словно тот декламировал перед аудиторией. — Доктор Сетлер, перед вами металлическая лестница. Видите?

Элли включила фонарь. Стальные ступеньки круто уходили вниз, метра на три под землю.

— Да, вижу.

— Спускайтесь по ним.

Спасибо за дельный совет. Ее так и подмывало сказать это, но она вновь подавила свои чувства.

— Хорошо, спускаюсь.

Осторожно, стараясь не оступиться, Элли преодолела лестницу и направила луч перед собой. Он уперся в темноту, не достигнув конца коридора, однако прекрасно осветив высокие серые стены.

— Стою внизу, — сообщила девушка.

— Отлично, — тем же неприятно-театральным тоном сказал бородач. — Теперь идите вперед.

Она послушно двинулась вперед. Через полминуты Элли перестала видеть даже тот слабый свет, который проникал сквозь приоткрытую дверь. Сумрак, окружающий ее, был липким и смрадным. Пахло изоляцией, болотом и еще чем-то сладковатым и гнилостным. Элли первый раз находилась в подобном помещении и не знала, какие запахи должны преобладать тут. В ней проснулись детские, давнишние, забытые и похороненные в глубинах памяти страхи. За желтым контрастным лучом фонаря таились разнообразные чудища. Жуткие вампиры следили за каждым ее шагом. Бугеймен[6], Утопленник, обросший водорослями и тиной, холодно-осклизлый, с синюшным лицом утопленника, бесшумно подкрадывался сзади. Зубастые многорукие монстры скалились из углов, сверкая наполовину сгнившими клыками. На поверку все было куда прозаичнее и спокойнее. Вампиры оказывались то электрическими распределительными щитами, то — противопожарными баллонами, блеск клыков монстров был не более чем отсветом на ячейках стальной сетки, тянущейся справа, а вместо Бугеймена подкрадывалась лишь темнота.

— Доктор Сетлер? — вдруг громко заверещала рация. — Доктор Сетлер!

Дребезжащий голос напугал ее, пожалуй, даже больше, чем все детские страхи, вместе взятые.

— Да! — ответила она торопливо.

— С вами все в порядке?

— Все нормально.

— Где вы находитесь?

Элли огляделась:

— Не знаю. Тут какие-то щиты, справа — сетка. Впереди, метрах в пяти, поворот налево.

— А основной коридор уходит прямо?

— Да.

— Хорошо. Вы почти у цели, — Хаммонд был доволен.

— Сейчас сверните налево и идите прямо. В конце коридора…

Он не успел договорить. В динамике послышалась какая-то возня, и затем голос Малколма отчетливо проговорил:

— Будьте любезны, позвольте мне…

К большому облегчению Гранта и Тима, Лекс не ошиблась. Ограждение оказалось даже ближе, чем они предполагали. Оно не было повреждено и стояло, высокое, непроницаемое, прячась одним крылом в джунглях, а вторым уползая к самому горизонту, над которым повис золотой диск солнца. Толстые тросы серебристо поблескивали и чуть гудели, когда ветер касался их своим дыханием.

Грант остановился, не доходя до изгороди двух шагов. Сигнальные маячки на опорном столбе безмолвствовали. Скорее всего, Хаммонду так и не удалось наладить подачу тока. Однако слабая вибрация, то и дело пробегающая по тросам, настораживала. «Конечно, один шанс из тысячи, что ток все же включен, но вышли из строя маячки, — подумал он. — Но вдруг именно сейчас этот шанс сработает? Что тогда? А тогда мы превратимся в золу. В пепел. Нет, в их положении нельзя полагаться даже на очевидное. Слишком много безупречно рационального перечеркнул вчерашний день».

Алан перестал верить в бесспорную очевидность.

— Похоже, ток выключен, — сказал он. — Но нужно проверить.

— Зачем? — полюбопытствовал Тим. — Ведь сигнальные лампы не горят?

— Но и Ти-рекс не должен был вырваться из своей зоны, не так ли?

Мальчишка серьезно обдумал возражение и кивнул:

— Да, наверное, вы правы.

— Мне тоже иногда так кажется, — улыбнулся Грант. — О'кей.

Нагнувшись, он поднял с земли сучковатую палку, размахнулся и швырнул ее в сторону ограждения. Сталь загудела. Похожий на басовую ноту гитарной струны звук покатился над равниной. Палка перевернулась, замыкая тросы. Грант почему-то вдруг поверил, что сейчас раздастся треск, посыплются бело-голубые искры, а в воздухе запахнет обгорелой древесиной. Удача не могла так, запросто, улыбнуться им.

Палка упала в траву. Ничего не произошло. Ни вспышки, ни облачка голубоватого дыма, ни запаха. Ничего. Тока все-таки не было.

Алан медленно подошел к ограждению, протянул обе руки, быстро схватился за трос и… закричал, широко открыв рот и конвульсивно трясясь всем телом. Сзади завизжала Лекс, а через долю секунды к ней присоединился и Тим.

Еще несколько мгновений Грант продолжал дергаться, затем разжал пальцы, повернулся и спокойно сказал:

— Нет. Все-таки ничего нет.

Лекс изумленно, с некоторой долей обиды посмотрела на него.

— Как глупо, — наконец сказала она.

— А по-моему, здорово, — вступился за Гранта Тим. — Отличная хохма.

Алан несколько смущенно развел руками.

— Извини, — сказал он девочке, — действительно, шутка не удалась. Извини, — Грант вздохнул. — Ну что, ребята, может быть, нам удастся перелезть через нее, а? Как вы думаете?