Олег Демин - Говорящая, смеющаяся, плачущая

— Клянусь. Я просто поступлю с тобой немного иначе. Завтра прилетает Туома, подожди немного.

— А твой день рожденья послезавтра?

— Глупость, при чем здесь еще день рожденья? Я же ясно сказал: завтра на астероид прибывает Туома и все разрешится.

Достаточно было кинуть один-единственный взгляд на Туому, чтобы понять: торговля в эти месяцы у него шла лучше некуда.

Бесследно исчезла рыжая косматая шевелюра. Сейчас волосы у Туомы были выкрашены в иссиня-черный цвет, гладко зачесаны назад и густо набриолинены. Мятый поношенный комбинезон сменил выутюженный элегантный серый костюм-«тройка», из нагрудного кармана которого выглядывал уголок платка. Космические сапоги уступили место белым лакированным туфлям. Завершала экипировку коммивояжера парадная бархатная бабочка с рубиновой булавкой.

— Я не понимаю, господин Олл, почему вы решили отказаться от такого высококлассного товара, — голос у Туомы был несколько раздражен. — Чем вам не угодила эта милашка? Может вы хотите женщину в натуральную величину? Сделайте заказ, я направлю вам какую-нибудь смазливенькую девицу, жаждущую тихой жизни в тихом закутке Вселенной. Полагаю, Дюймовочка отлично поладит с ней.

Стул под телом вальяжного коммивояжера печально скрипнул.

Олл стоял напротив Туомы со скрещенными на груди руками, прислонившись к переборке, и угрюмо смотрел себе под ноги. Дюймовочка сидела на клавише «пробел», уткнув подбородок в согнутые колени, и делала вид, что совершенно не вслушивается в разговор мужчин.

— Господин Олл, неужели за прошедшие одиннадцать месяцев вы не убедились, что это существо общительное и болтать с ним можно о чем угодно?

— Да, — кивнул седой головой отшельник, — болтать абсолютно на любые темы. Например, о живописи. Вы знаете, господин Туома, такие модные сейчас направления в ней, как новый постдекаденс, снобический нубизм, сюрреализм астральных пространств? Вы читали труды Канта, Гегеля, Осдомо? А имя философа Пурио Эстулки вам знакомо? А сколько глубокого смысла кроется в диалогах Рыцаря Печального Образа и его слуги? Кстати, ваш левый висок подбрит немного выше правого, знаете? Немедленно исправьте это, господин Туома, или вас окатят волной презрения.

Дюймовочка действительно презрительно фыркнула. Правда, было не понятно, к кому это фырканье относилось — к отшельнику или к коммивояжеру.

— Вы не слышали музыки гениального ируанского композитора Ро-сумбы? Значит, вы полный профан и невежа! А знаете ли вы, господин Туома, сколько звезд в том Секторе Обитаемого космоса, где находится мой астероид? 6 тысяч 243 звезды. Запомните это число на всю жизнь, иначе вас сочтут за неполноценного человека!

— Вы утрируете проблему, господи Олл, — Туома сделал пренебрежительный жест. — Нужно быть более толерантным к своим ближним. Никто не обязан походить на вас ни телом, ни душой, ни характером, ни умом.

— Объясните это лучше ей! — Олл ткнул пальцем в сторону Дюймовочки. — Я этого делать больше не намерен — устал. Забирайте свой товар, а мне возвратите мои деньги!

— Только 75 % от выплаченной суммы, смею напомнить.

— Пусть! Будем считать, что остальные деньги я уплатил за прокат Дюймовочки.

— Может, поменяете ее на другую Дюймовочку? Добавьте тысячу марок…

— Нет! — отрезал Олл.

Был приведен в действие компьютер Туомы. Началась обычная неторопливая процедура перевода денег с одного счета на другой. Дюймовочка, не меняя позы, искоса следила за стариком.

— Что теперь станется с малышкой? — с видимым облегчением спросил Олл, ласково поглаживая свою пополнившуюся опять кредитную карточку. — Кому теперь вы продадите девчонку?

— Никому, — небрежно ответил коммивояжер, открывая самый большой из трех своих громоздких чемоданов. — У ней нет будущего. Отправлю на фирму, там ее быстренько умертвят и пустят на вторичное биосырье. Зачем солидной фирме нужен негодный товар?

Туома достал из чемодана серую деревянную шкатулку с несколькими просверленными в крышке отверстиями. Он поставил шкатулку перед компьютером отшельника, откинул у нее переднюю стенку.

— Эй ты, полезай! — приказал Туома Дюймовочке.

Дюймовочка спокойно поднялась со своего пластикового трона.

— Прощай, Джери, — ровным голосом произнесла она. — Спасибо за вечерние чаепития, за книги, это было здорово.

— Прощай, — сухо бросил Олл, опять хмуро рассматривая свою обувь.

Было видно, что маленькая девушка хочет сказать что-то еще, но сдержалась. Дюймовочка в последний раз оглядела жилой отсек и обернулась к Оллу. Старику не хотелось смотреть на нее, но помимо своей воли он оторвал взор от ботинок и наткнулся на взгляд маленькой девушки.

Взгляд ласковый и нежный.

— Ну-ка живей! — прикрикнул Туома.

Дюймовочка забралась в шкатулку, покрытую изнутри мягким пластиком. Туома с треском захлопнул за девушкой стенку.

— Незаменимая вещь для перевозки мелких животных, — отметил он. — Не желаете заказать, господин Олл?

Старик промолчал.

Но когда в небольшом коридорчике перед шлюзовой камерой Туома проверял скафандр, Олл первым нарушил молчание.

— Пришлите как-нибудь ко мне парочку попугаев, — вяло попросил он.

— Конечно, о чем разговор, — коммивояжера как током ударило. — Господин Олл, мой вояж в этот раз оказался на редкость удачным. Поэтому у меня остались с собой одни рекламные образцы. Посмотрите, может, еще что-то захотите заказать?

И не успел отшельник опомниться, как все три чемодана были уже открыты, а Туома вытаскивал из них один товар за другим.

— Итак, контейнер для перевозки мелкой живности. Ах, да, его вы видели. Вот тироидный накопитель информации для компьютера. А это — нестирающаяся самоочищающаяся зубная щетка. Очень дешево. Утюг, автоматически выбирающий температуру нагрева в зависимости от рода ткани. Цена снижена.

— Мне ничего не требуется.

— Шампунь для роста волос.

— Уходите.

— А вот любопытная вещичка: индикатор загрязнения воздуха, зажигалка и табакерка одновременно.

— Убирайтесь вон!

Туома продолжал расхваливать товар. Олл повернулся к переборке, нажал на нее. В переборке открылась небольшая ниша, откуда старик извлек бластер и навел его на коммивояжера:

— Я ведь летал на «Сирене». Помните о его экипаже? Убивать мы никого не убивали, но коммивояжеров щекотать умели.

— Ну, старик, вы совсем уже! — побледнел Туома.

Олл щелкнул предохранителем. На ложе бластера замерцал синий индикатор — зарядники были полны. Старик перевел регулятор на наименьшую мощность и нажал на пусковую кнопку. Оранжевый, быстрый, как молния, лучик обжег взвизгнувшему коммивояжеру щеку.