Чарльз Стросс - Семейный промысел

— А ты посещала? — спокойно спросила Айрис.

— Нет! — так запальчиво выкрикнула Мириам, что аж самой стало неловко. Поймав лукавый взгляд Айрис, она и вовсе смутилась. — Прости. Нет, не посещала. Это подстроено. Подать иск легко, но доказать подлог совершенно невозможно.

— Работу искать будешь? — поинтересовалась Айрис.

— Да, — сказала Мириам и умолкла.

— Тогда ладно. А то я уж подумала, что дочка решила пригрузить меня на ближайшие несколько лет стиркой её трусиков.

— Мама! — Но тут Мириам заметила сардоническую ухмылку.

— Расскажи мне обо всем. Без утайки. Согрей сердце матери, заложи этих придурков, выгнавших доченьку с работы.

Мириам повалилась на большущий мягкий диван.

— Это длинная история, хотя можно и в двух словах, — призналась она. — Меня заинтересовала парочка странноватых биотехнологических компаний. Кое-что нарыла сама, потом привлекла Полетту — она словно бур в этом деле — и докопались мы до кучи дерьма. Эту парочку крупных компаний используют как прикрытие для отмывания денег. Оказалось, что в этом замешана и компания-учредитель "Синоптика", причем завязла по уши. Они решили, что легче нас уволить и пригрозить нам, нежели предать материал огласке и потерпеть убытки. Возможно, приду домой, а в почтовом ящике дожидается повестка в суд.

— Ясно. И что ты намерена предпринять?

Мириам встретила проницательный взгляд матери.

— Ма, я проработала там целых три года. Но при первых же признаках опасности, они просто-напросто вышвырнули меня, даже не попытавшись хоть как-то вынудить меня молчать. Ты что, и правда думаешь, что я спущу им это с рук? В то время как у меня есть возможность изобличить их?

— А как насчет преданности?

— Я была им преданна. — Мириам пожала плечами. — Отчасти поэтому и гложет обида. Преданность зиждется на ответной преданности.

— Из тебя бы вышел знатный феодал. Они собаку съели на преданности. И на ответном слепом повиновении.

— Может ты не заметила, но мы живем в другой эпохе и на другом берегу Атлантики.

На этот раз Айрис усмехнулась.

— О-о! Еще как заметила, — признала она. — Напрочь отсутствуют нелепые дворянские титулы. Это одна из причин, почему я здесь осталась. Вторая — твой отец. — Улыбка сошла с её лица. — Никогда не могла понять что здешние люди находят в королях-королевах — неважно, старых ли, с титулами переходящими по наследству или современных, президентского пошиба. Все эти борзописцы кипятком писают от монархов. Вот твоя стезя мне по душе — у тебя всё по-честному.

— Когда пишешь о реальной жизни, сложнее удержаться на работе, — печально сказала Мириам и с трудом выпрямилась на диване. — Как бы там ни было, я здесь не затем, чтобы нагонять на тебя тоску. Пожалуй, поиски работы можно начать и завтра.

— Ты уверена, что тебе ничего не грозит? — многозначительно спросила Айрис. — Вроде упомянутого тобой судебного иска или чего похуже.

— В ближайшее время… — Мириам пожала плечами, затем глубоко вздохнула. — Нет, — твердо сказала она. — Возможно, пока я их не трогаю и они меня не тронут.

— Гм. — недоверчиво хмыкнула Айрис и спросила, избегая прямого взгляда: — А о какой сумме идет речь? Если они способны сфабриковать судебное дело, дабы заткнуть тебе рот — это не бизнес в обычном понимании этого слова.

— Ну, по этому каналу ежегодно проходит порядка… — Мириам подсчитала в уме. — …от пятидесяти до ста миллионов долларов.

Айрис выругалась.

— Мам!

— Не мамкай! — фыркнула Айрис.

— Но…

— Выслушай свою старую мамочку. Ты явилась сюда за советом, так вот я тебе его дам, хорошо? Ты сказала, что случайно наткнулась на деляг, которые за одну неделю отмывают денег столько, сколько большинство людей за жизнь не зарабатывает. И ты воображаешь, что уволив тебя они успокоятся, понадеявшись, что ты будешь молчать в тряпочку?

Мириам хмыкнула.

— Мам, вряд ли всё так плохо. Это ведь не какая-то братва, и потом, у них есть сфабрикованные свидетельства.

Айрис упрямо покачала головой.

— Людей, добывающих миллионы долларов преступным путем, ничто не остановит. — Мириам, похолодев, осознала, что впервые видит Айрис столь обеспокоенной. — Но возможно я чересчур пессимистична. Просто ты потеряла работу и на этом все твои проблемы закончились. Как у тебя со сбережениями?

Мириам посмотрела в исчерченное дождем окно. «Что сделало мою мать такой параноичкой?» — с грустью подумала она.

— Не так уж плохо. Последние десять лет я откладывала.

— Моя ты девочка! — одобрительно отозвалась Айрис.

— Вкладывала деньги в акции, в сектор наукоемких технологий.

— Нет! Только не это! — опешила Айрис.

Мириам кивнула.

— Но не в интернет-компании.

— Правда?

— Большинство считает, что акции всего сектора передовых технологий упали. Но обвал биотехнологической отрасли произошел в девяносто седьмом и с тех пор положение постоянно улучшается. Прошлогодняя заваруха никак на нем не отразилась. Ведь в новых лекарствах люди нуждаются куда больше, чем в аляповатых веб-сайтах, продающих всякие цацки, верно? Через год я планировала погасить свой жилищный кредит. Сейчас, видимо, на это понадобится чуть больше времени… Однако неприятности меня ждут лишь в том случае, если я буду оставаться безработной больше года.

— Что ж, по крайней мере ты нашла применение своему медицинскому образованию. — У Айрис явно отлегло от сердца. — Значит в деньгах не нуждаешься.

— В ближайшее время — нет, — машинально уточнила Мириам. — Где-то через полгодика спросишь еще раз. Короче, поскольку я здесь, могу я что-нибудь для тебя сделать?

— Разве что нальешь чего-нибудь покрепче, — прокудахтала Айрис себе под нос. — Слушай, я выздоравливаю. Болезнь как пришла, так и ушла — через пару недель опять смогу ходить. — Она указала на стоявшую у кресла алюминиевую ходильную раму. — У меня полно свободного времени и благодаря Мардж я дважды в день не скучаю. Даже, знаешь ли, копаюсь в пыльных углах, понемногу приводя в порядок архивы.

— О, неплохо. Что-нибудь откопала?

— Груды свалявшейся пыли.

Чуть погодя она продолжила:

— В общем, давно собиралась отдать тебе кое-какое барахло.

— Барахло. — Какую-ту минуту Мириам не могла сосредоточиться на происходящем. Слишком многое требовалось уладить. Она лишилась работы и вот пожалуйста — в тот же самый день матери захотелось обсудить домашнюю распродажу. — Прости, мне сегодня трудно сосредоточиться.

— Трудно ей… — хмыкнула Айрис. — Да ты как микроскоп, девушка! Другой на твоем месте ходил бы как из-за угла мешком прибитый. Понимаю, с моей стороны это не очень тактично, но я тут поразмыслила и решила, что сейчас самое время отдать тебе это барахло. Во-первых, потому что ты повзрослела, а во-вторых, потому что оно принадлежит тебе… Может на что сгодится. Покопаешься в нем.