Мишель Демют - Вдаль, к звездам (2030)

- У нас есть шансы, если взорвется второй генератор? - спросил Гарно.

Хотя заранее знал ответ. Взгляд Арнхейма подтвердил худшие из его предположений.

Он закрыл за собой дверь рубки и побрел домой.

Элизабет сидела на кровати и плакала. Гарно остановился, не зная что сказать. Потом легко коснулся ее волос.

- Перестань. Малыш может испугаться...

Она покачала головой и показала на дверь гипнориума.

- Ты права, - сказал он. - Я сам хотел попросить тебя об этом...

Он поднял с пола игрушку, и шары тут же закружились в танце.

- А ты? Может, и ты...

- Я достаточно взрослая, чтобы быть рядом с тобой. Ну, а поплакать... думаю, мы выберемся. А как по-твоему? Ты ведь тоже так думаешь, Поль?

Существо росло и развивалось, а потому познало страх. Этот страх заставлял его удлинять и разветвлять сеть щупалец в космосе. Отростки рвались к голубому солнцу, а до него было далеко. Плотные пучки щупалец поднялись с родной планеты. Богатой Среды, и устремились к соседним. Другие щупальца, хотя их было мало, ринулись к звездам.

Одно из щупалец обнаружило источник энергии, который передвигался в пустом пространстве на относительно близком расстоянии. Мозг щупальца проанализировал ситуацию, сделал выводы и предупредил главный мозг.

Обнаруженный источник был не слишком богат энергией, но из-за близости становился желанной и необходимой добычей. Существо выделило добавочную порцию энергии щупальцу, чтобы ускорить его рост в направлении подвижного источника.

И стало ждать.

- Когда меня поставили в известность об аварии, - в темноте голос Гарно звучал глухо, - я испугался за самого себя. Я испугался, что впервые придется стать самим собой. Я отчаянно испугался всплеска психических расстройств, поскольку все эти мужчины и женщины бросились бы за утешением ко мне... А успокаивать людей, одержимых тем же страхом, что и ты сам, было бы невыносимо...

- Ты вовсе не трус, - сказала Элизабет. - В таком страхе нет ничего позорного. Столь опасные ситуации возникают редко, и никто не вправе требовать от людей быть суперменами...

- Женщины никогда к этому не стремились, - хохотнул Гарно.

Они замолчали, каждым своим нервом ощущая тревожную тьму корабельной ночи, пытаясь уловить басовитый гул фотонных двигателей и перестук инструментов в руках техников, готовых вскрыть и обезвредить "бомбу".

Когда Гарно встал, Элизабет шагнула следом - она поняла, куда сейчас направится муж. Приоткрыв дверь гипнориума, они с порога смотрели на спящего сына.

Анабиозная камера походила на кокон из хрома и стекла, увитый разноцветными трубками.

- Я знаю, он видит сны.

Гарно отступил на шаг.

- Не думаю, что смог бы заснуть...

- Хочешь пойти туда?

Он понял, что она хотела спросить.

- Ты не в состоянии просто сидеть и ждать, - усмехнулась Элизабет, закрывая дверь гипнориума. - Твое мученичество психолога не состоялось, и ты подыскиваешь себе другую роль. Я ведь права. Что ж ты молчишь? Жалеешь, что твое искусство не понадобилось? Ты ведь не можешь об этом не думать.

Он устало улыбнулся.

- Я потерял смысл... и боюсь стать бесполезным, как Шнейдер. Сколько веков пройдет, пока люди разберутся, какие именно таланты нужны для покорения звезд...

По бесчисленным галереям он направился в кормовую часть корабля, где упрямые фотонные двигатели отбрасывали назад безумный поток света.

Гарно назвал свое имя перед небольшим контрольным экраном и, когда дверь распахнулась, вошел в круглый тамбур, где на стенах висели защитные скафандры.

- Приветствую тебя, в ад сошедший, - послышался голос Кустова. Натягивай эту штуковину и давай к нам. Пришел спасать наши души?

- Вам этого не требуется, - покачал головой Гарно, снимая со стены белый скафандр. - Просто хочу немного побыть в первых рядах.

Вторая дверь скользнула вбок. Два красных огонька сменились белыми, и он очутился посреди сверкающего металла и огня, где люди казались лишними. Хромом блестели машины, огонь полыхал в сердце двигателя. От генератора и батарей змеями тянулись кабели. Гарно каждой клеткой тела воспринимал чудовищный напор энергии, рождавший свирепый поток света.

Гарно приветственно махнул Кустову, углядев его массивную фигуру; за маской шлема едва угадывалась напряженная улыбка. Кустов подхватил его под руку и увлек влево, к мостику. Они поднялись на несколько ступенек и оказались перед трехметровым квадратным экраном тусклого серо-свинцового стекла.

- Смотри, - сказал Кустов.

Он нажал клавишу в нижнем правом углу, и Гарно зажмурился от нестерпимого золотистого пламени, ударившего в глаза. Черно-фиолетовое пространство по обе стороны светового луча казалось совсем непроглядным. Растянувшийся на миллиарды километров след терялся среди множества звезд и изумрудных газовых туманностей. Он постепенно таял и исчезал в такой невообразимой дали, что мозг отказывался воспринимать ее в мерках обычного пространства и времени.

- Вдаль, к звездам... - обронил Кустов. - Это про нас.

В его голосе звучали ирония и печаль, и Гарно вдруг окончательно осознал весь трагизм их положения. Оно было куда серьезней, чем считали Арнхейм и навигаторы. Гарно испытующе посмотрел на инженера.

- У вас может не получиться?

- Дело случая. Компьютер папаши Арнхейма взвесил и выдал нам наши шансы. Но, боюсь, у нас ничего не выйдет... - Кустов бросил взгляд на массивный хронометр - он получил его в подарок от любимой женщины двадцать лет назад. - Часа через два, если только нас не осенит какая-нибудь гениальная идея, взорвется второй генератор.

- Арнхейм упоминал только об одном генераторе. Он даже попросил меня составить план эвакуации, чтобы...

- Боюсь, я неверно его информировал, - спокойно заметил Кустов. Видишь ли, мне кажется, колонистам вовсе не обязательно знать о скорой гибели. А мнение Арнхейма тебе известно...

- А мое мнение ты знаешь?

- Весьма смутно, - глаза Кустова вдруг налились усталостью. - Но я не стану рисковать, даже если ошибся.

- То есть?..

Наступила тишина. Кустов погасил экран и отвернулся.

- Сожалею, Гарно, но тебе придется остаться с нами...

Инженер шагнул вниз по лестнице. Гарно бросился вслед и схватил его за плечо.

- Кустов, ты что, спятил? Ты не должен был ничего мне говорить...

- У тебя есть глаза и отличная интуиция. Десять минут здесь, несколько фраз, и ты узнал бы все.

- А Арнхейм? А остальные?

- Они сюда не попадут, как бы им этого ни хотелось. А впрочем, какая разница... - Кустов кивнул на циферблат. - У нас слишком мало времени.

Гарно потерянно молчал. В его голове проносились сотни бессвязных фраз. Он злился на Кустова и одновременно восхищался им.