Кшиштоф Борунь - Грань бессмертия

Я решил играть в открытую.

- Мне не нравится, что вы со мной не откровенны. Скажите, конфликт между вами и сыном, а именно об этом идет речь, не связан каким-то образом с Хозе Браго?

Хозяин некоторое время молчал, раздумывая над ответом. Наконец, потянувшись за бутылкой, ответил:

- До некоторой степени. Только до некоторой степени! Марио был привязан к отцу. Кроме того, мальчишке импонирует, что он - сын известного писателя. Жена придерживается несколько иного мнения... Особенно это касается некоторых черт характера... покойного...

- Понимаю. А мальчик навещает профессора Боннара?

Мне показалось, что хозяин вздрогнул.

- Нет. Пожалуй, нет... Правда, он несколько раз бывал в институте у отца, еще до его смерти...

- Я сегодня был у Боннара по вашему делу. Он посоветовал мне узнать мнение вашего приемного сына, - сказал я внешне безразличным тоном.

Опять наступило долгое молчание. Я не намерен был сообщать подробности моего визита в институт, а тем более рассказывать об оказанном мне приеме. Хозяин же не спешил продолжать разговор.

- Не знаю, что имел в виду профессор Боннар, - сказал он наконец. - Но разве это может иметь какое-нибудь значение? Марио несовершеннолетний... Это мальчик трудный... Впрочем, я могу заверить вас, что конфликт между моей женой и ее сыном никак не связан с наследством.

- Почему вы не сказали мне сразу, что ваша жена поехала за сыном?

- Вы не спрашивали. К тому же мы считаем, что семейные неурядицы не имеют никакого отношения к делу.

- Я придерживаюсь иного мнения, - холодно возразил я.

- Сеньор, - начал хозяин, пытаясь улыбнуться. - Не подумайте, будто мы хотели что-либо от вас утаить. Это недоразумение! Что же касается Боннара, то после эксгумации мы посмотрим, какую мину он состроит...

- Альберди не дает согласия на эксгумацию.

Де Лима был удивлен, а возможно, только изобразил удивление.

- Пусть вас это не тревожит. Он согласится. У меня есть знакомства в курии.

- Быть может, достаточно будет, если сеньора Долорес побеседует с братом?

- Боюсь, это приведет к прямо противоположным результатам.

- Да... с Альберди нелегко договориться. Откровенно говоря, он вызывает у меня противоречивые чувства. А что о нем думаете вы?

Де Лима налил коньяк в рюмки и только после этого ответил:

- Я не знаю его. Вернее, знаю только со слов жены и Марио. Я никогда с ним не говорил. Видите ли, когда Долорес разошлась с Браго и вышла за меня, церковь не признала нашего брака. Мы обвенчались лишь после смерти Хозе... Альберди считал, что сестра не должна была уходить от пьяницы, тиранившего ее.

- Альберди дружил с Хозе Браго?

Де Лима пожал плечами.

- Это трудно назвать дружбой. Кажется, они все время спорили. Браго был атеистом. Тем но менее - а это проливает свет на образ мышления моего шурина - Браго уже после развода с Долорес месяцами жил у Альберди. Больше того, Альберди добился, чтобы Хозе похоронили на церковном кладбище, правда у самой стены, но и это, как ни говорите, место священное.

- Может быть, ему удалось "обратить" Браго?

- Скорее наоборот, - засмеялся хозяин.

- Не думаете ли вы, что Альберди - неверующий?

- Я не это имел в виду. Видите ли... - де Лима понизил голос. - Браго был коммунистом...

- Первый раз слышу, - удивленно заметил я.

- Быть может, в коммунистической партии он не состоял, но со слов жены я понял, что он, безусловно, симпатизировал коммунистам. Теперь об этом не пишут, но все было именно так. Впрочем, если вчитаться в его книги, то это чувствуется... Так вот, Альберди поддался его влиянию и без нужды совал нос куда не следует.

- Вы считаете, что Альберди симпатизирует коммунистам?

- Не думаю. Правда, в свое время он был сторонником Дартеса. Впрочем, после пожара он успокоился.

- После какого пожара?

- Вы ведь видели, он живет в домике садовника. Приходский дом был ближе к церкви. Вероятно, остались стены.

- Хорошо, что библиотека уцелела, - заметил я мимоходом.

- Он перешел в эту хибару раньше! Под влиянием Браго. Кажется, тот несколько лет убеждал священника отдать приходский дом под школу. Альберди не очень торопился, оттягивал. Однако после смерти Браго решился. Ну и паства его "отблагодарила"... Во время ремонта кто-то поджег дом... - он замолчал и задумался. - А может быть, все-таки еще коньяку? - вспомнил он об обязанностях хозяина.

- Благодарю. Меня интересует, почему Браго лечился в институте Барта? Вы ничего об этом не знаете?

- Это очень просто. Когда Марио было три года, Долорес вместе с ним и мужем проводила лето в Пунто де Виста. Тогда они случайно познакомились с Боннаром. Не то у Альберди, не то у да Сильвы. В те времена, еще при Дартесе, Боннар иногда бывал и у да Сильвы, управляющего тамошними плантациями.

- Сейчас они не очень-то симпатизируют друг другу.

- Это не имеет ничего общего с личным антагонизмом... Да Сильва порядочный человек, джентльмен до мозга костей. Чего нельзя сказать о Боннаре...

- Вы хорошо знаете его? - спросил я, разделяя в душе мнение хозяина.

- Да. Мы познакомились у да Сильвы. Конфликт имеет глубокие корни, вернулся он к теме, - я бы сказал, материального характера. Да Сильва был акционером санатория, в котором сейчас размещается институт.

- Он не получил возмещения?

- Не в этом дело. Ведь институт могли бы перевести куда-либо в другое место... Барту захотелось уничтожить такую отличную лечебницу... Сейчас, если б не влияние Боннара, все можно было бы изменить.

- Понимаю. Итак, вы говорите, что в то время, несколько лет назад, Боннар подружился с Браго?

- Во всяком случае, тогда они познакомились. Позже, живя у Альберди, Браго часто бывал в институте. А когда заболел, им занялся Боннар. Ведь у Браго и гроша ломаного в кармане не было.

- Есть ли смысл, в свете того что вы мне рассказали, добиваться эксгумации?

- Непременно! Правда, теперь вам не придется предъявлять Боннару обвинение. Мое открытие облегчает дело, не так ли? Обстановка совершенно изменилась. Это уже не обвинение в убийстве, а лишь попытка убедиться, не сбежал ли случайно покойник из могилы, - деланно рассмеялся он.

Я немного подумал.

- Каково ваше истинное мнение? - начал я, глядя внимательно в лицо де Лимы. - Ваша жена говорила, что из достоверных уст знает, будто на Браго проводились недозволенные эксперименты. Эти две версии противоречат друг другу.

- Не знаю. У меня действительно нет на этот счет никакого мнения. Быть может, здесь есть противоречие, а может, и нет. Посмотрим. Посмотрим после эксгумации!

- Я посоветуюсь со следователем, - сказал я, вставая.

- Разумеется, вы никому не станете говорить о наших первоначальных подозрениях? - говорил хозяин, провожая меня к двери. - Дело ясное. Нам важно знать истину. Хотя бы в интересах истории литературы. Чтобы не случилось, как с Шекспиром... Во всяком случае, газетам будет о чем писать.