Артем Колчанов - Дороги

Уже ночью закончилась операция над маленьким пациентом. Когда я вошел в операционную, он уже сидел на столе, приведенный в чувство Рэем. Он уже ничем не напоминал тот высохший скелет, которым был еще утром. Правда худоба у него никуда не делась, но это уже не было заботой медицины. Он смотрел на меня безбоязненным взглядом непривычно светлых для латянина глаз. Эти глаза выдавали в нем происхождение с северного архипелага. Мальчишка даже улыбнулся, но ничего не спросил, вместо него спросил я:

– Как тебя зовут, малыш?

– Вэтом.

– А полностью?

– Вэтиг Лотэч.

– Ходить можешь, Вэт?

– Не знаю.

Идти он не смог, обновленное тело еще не до конца подчинялось ему. Тогда я взял его на руки и отнес в душ, где мне же и пришлось его мыть, так как сам он это сделать был не в состоянии. Потом я одел его в предложенную Рэем одежду, состоящую только из трусиков и майки. Мальчишка шевелился уже гораздо лучше, но Рэй все же посоветовал отправить его спать. Тогда я отнес его в каюту и уложил в кровать.

– Спи, малыш. А утром, когда проснешься, мы отправим тебя домой.

– К маме?

– К маме, Вэт, к маме.

Но он держал меня за руку и не отпускал. И я пробыл с ним до тех пор, пока он не уснул окончательно. Правда, много времени на это не потребовалось.

В медотсеке тем временем без моего участия появился новый пациент. Мальчишка лет девяти, почти такой же высохший, каким был Вэт утром. Еще через час я отправил спать Дара. Гил же от предложения отдохнуть отказался.

Потом Рэй попросил заменить обучаемых, направив в тренажер четверых людей из монтажников, которых, как он сказал, продержит в тренажере до утра. Сделав это, я и сам отправился отдыхать.

Утром же я поднял мальчишек, устроил им всем утреннюю разминку, после чего загнал в душ, а после душа в столовую. В это время на "Игле" снова появился Рив, который сказал, что я могу быть свободным и доставить излеченных по домам, что я и хотел сделать. Я усадил мальчишек в кабину дисколета и тут же вылетел. И только после этого спросил:

– Кто первый?

– Я, - тут же сказал Вэт, и никто не возразил в ответ на это.

– Хорошо, пусть будешь ты. Но ты знаешь, где живешь?

– Конечно. Северный архипелаг, остров Эйзв, поселок Титу, это недалеко от Эйзита.

– Понятно.

Дисколет, набирая высоту и скорость, направился на северо-запад, в сторону Северного архипелага. И не прошло и получаса, как мы уже были над островом Эйзв, самым крупным в архипелаге, над городом Эйзит, столицей этого самого архипелага. Но с высоты в сотню километров был прекрасно виден весь архипелаг.

– Давай, показывай, где тут твой поселок.

Мальчишка нисколько не растерялся и на экране, где было изображение острова, сразу же указал на одно из пятнышек. И как только он это сделал, я направил машину вниз, входя в пике. На острове было еще раннее утро, и никто не видел дисколета, когда мы зависли над поселком.

– Показывай, где твой дом.

– Вон он, с синей крышей.

Легко скользнув вниз, дисколет опустился рядом с этим домом. Я вывел Вэта из кабины и повел к дому. Он же, словно чего-то боясь, держал меня за руку даже тогда, когда я постучал в дверь. Дверь открыла невысокая и нестарая еще женщина, но полностью седая и выглядевшая измученной.

– Мама? - как-то немного недоверчиво спросил мальчишка, а в следующую секунду он уже повис у нее на шее, что-то быстро шепча ей в ухо.

Я же только улыбнулся и сказал:

– Счастливо вам.

Вернувшись в кабину, я тут же поднял дисколет в воздух. Уже сверху я видел, что Вэт и его мать машут мне руками. Когда же дисколет поднялся повыше, я сказал:

– Сейчас очередь Дара. Потому что Ор из Гэзда, а в Гэзд я направлюсь напоследок.

Мы летели на юго-запад, в сторону Большого Северного материка. Дар Жил в довольно большом городе Лотел почти в самом центре материка. В городе была еще ночь, когда мы туда спустились.

Дар быстро выскользнул из кабины и протянул мне руку, я протянул в ответ свою. Он ее довольно крепко пожал и сказал:

– Спасибо за все, Виктор. И до свидания, провожать меня не надо.

Я хлопнул его по плечу и сказал:

– Счастливо тебе.

Он еще раз кивнул и пошел вперед, держа в руке "флейту", подаренную ему Рэем. И только когда он скрылся в подъезде многоэтажного дома, я послал дисколет вверх и на восток. А когда Лотел остался позади, Ор сказал:

– Я почему-то всегда думал о музыкантах хуже.

– Мы не всегда бываем правы в своих предубеждениях. Я тоже думал хуже, пока не познакомился со своим внуком Солом, он тоже музыкант.

Мальчишка кивнул и после короткой паузы спросил у меня:

– А где сейчас Рель? С "Птицами"?

– Нет, они его исключили из группы.

– Реля? За что?

– За трусость, насколько мне известно.

– За трусость? Только не за это. Рель никогда не был трусом и вряд ли он мог бы им стать. Скорее наоборот.

Он рассказал несколько эпизодов, в которых Рель проявлял настоящую, по его мнению, смелость, когда другие боялись. Тогда я рассказал ему об тех обстоятельствах, при которых Рель был исключен из группы. И о том, что он, чтобы доказать что-то в первую очередь самому себе, отправился один в Пустыню Черных Камней, где нашел меня, но себе похоже так ничего и не доказал.

– Ну и что он намерен делать? - спросил после этого Ор.

– Не знаю, что он намерен делать. Я же намерен отправить его обратно к товарищам, сам он на такое вряд ли решится… Он во многом, как мне кажется, похож на меня, но я эти свои недостатки уже давно сумел преодолеть… Для этого я и лечу сегодня в Гэзд, а то потом опять не будет времени, и может оказаться уже поздно.

Немного помолчав, мальчишка сказал.

– Я бы очень хотел тоже отправиться к "Птицам".

– Тебя наверно дома очень ждут.

– Наверно, - сказал он.

Остаток пути мы не разговаривали. И только когда мы уже оказались над Гэздом, Ор направил меня к району двухэтажных домов в паре километров от дома Рива. Как только мы сели, дисколет буквально облепила ребятня дошкольного возраста.

– Меня тоже можно не провожать, - сказал Ор и добавил, улыбнувшись, - но я еще не прощаюсь.

– Отгони лучше этих любопытных подальше.

Когда он выбрался из кабины, ребятня почти что хором сказала:

– Ор, Ор вернулся.

А потом кто-то звонким голосом добавил:

– На инопланетнике.

Ор подхватил на руки девчушку лет пяти и, повернувшись ко мне, сказал:

– Это Тас, моя сестренка.

Потом он довольно быстро отогнал ребятню от дисколета, давая мне возможность взлететь. Что я и сделал, коротким подскоком переправляя тяжелую машину к дому Рива.