Чарльз Ингрид - Вызов принят

— А-а-а-а-а-а-а! — закричал маленький подлый человечек и сник в лапах милосского медведя.

Крок бросил то, что осталось от министра, на пол, зажал лапой рану и посмотрел на императора:

— Ваше Величество, заговорщик мертв. Кажется, я успел вовремя?

Элибер задыхалась. Она слышала все, что говорил ей Джек, но его слова плохо доходили до её сознания. Она боролась с Баластером из последних сил. Ей вспомнилось, как когда-то Калин подобрал ее, одинокую и замерзшую, на колесном, и взял на Лазертаун — там, на этой мертвой Луне находился в то время проданный в рабство Джек Шторм. Когда-то Его Святейшество зажег в её душе теплый свет. А теперь… Теперь ей нужна была победа. А еще она думала о том, что Джек любит ее. Те страшные дни, когда Шторм не узнавал Элибер и не мог вспомнить, кто она такая, уже миновали, а значит, она не одинока. Она посмотрела в голубые глаза Шторма и на последнем дыхании сказала:

— Я люблю тебя!

Джек не отрывал от нее своего синего, цвета летнего дождя, взгляда. Он смотрел на нее с нежностью и любовью, и Элнбер подхватила волна удивительного, чистого, ни с чем не сравнимого счастья. Из глаз Джека исходил свет, он наполнял её и не оставлял места никакой тьме. От этого света тень Вандовера Баластера пошатнулась и исчезла.

Глава 32

— Если ат-фарелы могут разорвать человека на части, а потом собрать его в единое целое, резонно предположить, что с маленькой плотью своего собрата они могут сделать то же самое, — Калин улыбнулся и показал на стоящего рядом с ним Боуги в старом бронекостюме Шторма. — Что касается Боуги, так он вел себя как настоящий герой — ведь ему пришлось защищать и нас, и самого себя. — Его Святейшество улыбнулся.

Джек вздохнул и посмотрел на Элибер. Ат-фарелы разодели её в невиданные пестрые шелка и украсили тяжелыми драгоценными бусами. Какой-то невиданный космический цветок напоминала она сейчас.

— Мне бы хотелось, чтобы вы вернулись с нами. — Элибер обеспокоенно смотрела на Святого. Калин слегка наклонил голову:

— Нет, — грустно отетил он. — Свою уокерскую мантию я отдаю Роулинзу. Он способный человек и справится с новыми обязанностями гораздо лучше меня. Я рассказал ему о том, что с таким трудом узнал на этом пути.

Роулинз втянул голову в плечи и покраснел.

— Разве дело в Роулинзе! — Джек все еще не терял надежды уговорить Святого Калина. — И разве мало дел в человеческих мирах! Кто, кроме вас, может нам помочь поладить с Пеписом?

Калин вздохнул:

— Друг мой, нет такого человека, который смог бы заменить меня здесь! Этого не сможет сделать даже Боуги! Да и потом, дела складываются не так уж и плохо — траки в замешательстве. Ат-фарелы уже могут нас слышать, а это очень и очень многое. Когда-то в человеческом языке было такое звонкое слово победа! Подумайте сами — Пепис освободил свой трон, Крок — регент на Милосе, мои уокеры ожидают Роулинза. Все сработано отлично! Единственное, о чем я сожалею… — Калин поднес к губам палец, — так это о том, что не смогу присутствовать на вашей официальной свадьбе.

Элибер засмеялась:

— А что же вам мешает?

— Ты предлагаешь сыграть свадьбу здесь и сейчас? — Калин огляделся. Небо Кэрона было ярким и ясным. Военные корабли громоздились над ними, как гигантские птичьи гнезда, и Элибер, стоящая среди суровых воинов, напоминала пеструю райскую птицу.

— Мы ведь среди друзей, а это самое лучшее, что может быть в жизни! — сказала она счастливым голосом. Джек засмеялся:

— Теперь я представляю себе, что чувствовал Пепис, когда над ним стоял Крок и требовал назначить его регентом на Милос! Продолжайте, Калин, не останавливайтесь на достигнутом! А мы с Элибер в ближайшее время прилетим сюда и поселимся на Кэроне. Кажется, сейчас для этого самое подходящее время!