Чарльз Ингрид - Вызов принят

Его друзья долго смотрели на маленькую худую фигурку в белых одеждах, потом рыцарь в темно-синем бронекостюме медленно снял свой шлем и потрясенно произнес:

— Боже мой, это же Святой Калин! Уокер заплакал. Роулинз! Роулинз узнал его! А он-то не надеялся, что это может произойти!

Элибер бросилась к Его Святейшеству, обняла его и тут же отошла в сторону — она не могла понять, что такое застилает ей глаза — слезы? А может быть, туман Кэрона? Святой Калии был абсолютно непохож на того человека, о котором она помнила и думала. В этой искаженной и высохшей фигуре, которая могла бы быть разве что карикатурой на человека, она искала прежнего, любимого и хорошо знакомого Калина. Только голос Его Святейшества оставался прежним… А остальное… Элибер даже не поняла, как Роулинз узнал его.

Динаро шагал по вспаханной и засеянной травой земле Кэрона, не обращая никакого внимания на то, что его ботинки давят слабые и с таким трудом выращенные зародыши новой жизни.

— Осторожнее, сын мой! — обратился к нему Святой Калин — Сейчас к вам прислушиваются.

Джек держал свою руку на талии Святого — он понимал, что тот с трудом держится на ногах.

— Прислушиваются? — с интересом переспросил Шторм.

— Да. — Калин вздохнул. — Вы должны понять, что любая попытка с их стороны пойти на контакт — это уже чудо. Для ат-фарелов мы паразиты, червяки, заполнившие собою вселенную. Всему, существующему на свете, гораздо лучше без нас.

Шторм кивнул:

— Ах вот в чем дело… Конечно, это полностью объясняет их воинственность! Калин посмотрел на него:

— Они называют это охотой, Джек!

Динаро прервал разговор. Он исподлобья посмотрел на Калина и его друзей и кивнул в сторону ат-фарельского корабля:

— Скажите этим ящерам, что мы пришли за вами.

Калин резко повернулся к Динаро и, если бы Джек вовремя не поддержал его, обязательно упал бы на землю. Его лицо оскалилось от внутренней боли:

— Ноги… Ноги не хотят меня держать, — объяснил он. — Динаро, вы сами не знаете, чего вы просите. Подумайте, а могу ли я жить среди вас? Ведь я уже не человек, а что-то вроде кузнечика… ходячий скелет… Видите ли, моя боль отсчитывает мои дни… — он с улыбкой посмотрел на Элибер. — И все же ваши старания не пошли прахом. Я говорю, и ат-фарелы слушают меня.

— Когда мы шли на посадку, они применили гравитационные лучи. Именно поэтому биосфера Кэрона не пострадала. Это вы попросили ат-фарелов не убивать планету? — спросил Роулинз.

— Я попросил, а они прислушались. Это была наша общая удача, — мягко сказал Калин.

Динаро плюнул и подбросил в воздух свой шлем:

— Ваше Святейшество, но у вас есть обязательства перед людьми!

— Я помню о своей предыдущей жизни. — Голос Калина задрожал.

— Мне необходимо привезти вас на Мальтен. — Динаро посмотрел на Калина. Тот порозовел:

— Я должен оставить после себя преемника, не так ли? — осторожно спросил Святой. Динаро вспыхнул:

— Улицы Мальтена залиты кровью. Уокеры восстали. Мы теряем лучших людей и лучшее оружие!

Элибер вздрогнула. Калин внимательно посмотрел на Динаро.

— Об этом — потом. Сейчас мы должны уладить другие дела. Ат-фарелы слышат нас, и у них может истощиться терпение. Боуги! — он повернулся к перламутровому бронекостюму. Боуги вышел вперед.

— Боуги, скорее всего, это твои родственники. Они не могут слышать твой голос напрямую, но через меня они тебя слышат.

Боуги ничего не ответил. Джек взял на плечо свой старый бронекостюм, а Калин, посмотрев в лицевое стекло шлема, мягко произнес:

— Я знаю путь…

Калин взял Боуги за руку и притянул к себе. Тот громко заревел. Его захлестнул поток чувств и мыслей. С помощью Калина он вступил в контакт с ат-фарелами, которые наблюдали за ним из затененных отсеков военного корабля.

Боуги охватило возбуждение. Свирепый воинственный дух ат-фарелов очень походил на его собственный, но когда он говорил, они не слышали его слов. Только при посредничестве Калина Боуги мог вступить в контакт с ними. Да, их плоть когда-то была его плотью… А то, чем он отличается от них, было приобретено им из-за общения с Джеком. Сам Боуги мог слушать ат-фарелов, но они никогда не стали бы слушать его без посредничества Святого Калина. Он был ат-фарел и не ат-фарел одновременно… Боуги опечалился и отодвинулся в сторону — он не мог вернуться к своим соотечественникам.

Джек осторожно дотронулся рукой до холодной поверхности бронекостюма.

“Я — ат-фарел, — произнес Боуги. — Но вместе с тем я им не являюсь”. Лицо Калина посерело от напряжения. Он устало кивнул. И вдруг к Его Святейшеству подбежал Динаро, схватил его за талию и оторвал от земли, а стоящего рядом Шторма ударил ботинком и отбросил в сторону. Калин крикнул:

— Не надо, Динаро! Ат-фарелы!..

Динаро прыгнул. Его попыталась схватить Элибер, но у нее не хватило сноровки и сил.

Калин ухватился за бронированный рукав. Земля ускользала из-под ног:

— Динаро, ты не ведаешь, что творишь! Динаро рыкнул:

— Пока вы в моих руках, ат-фарелы не причинят мне вреда! Вы нужны мне, Калин, для того, чтобы сделать заявление в присутствии свидетелей!

И тут между ними оказался Боуги. Он поднял руки вверх и сказал:

“Нет!”

Они стали сражаться — человек и чужак, неизвестный и таинственный ат-фарел. Динаро нанес сокрушительный удар ногой. Боуги развернулся и поймал его ботинок, потом — поднял бронеперчатку и выстрелил — осторожно и метко — так, чтобы не задеть Святого Калина. Динаро бросил Калина в сторону. Он даже не посмотрел, как худенькая фигурка, одетая в белую одежду, ковыляет в сторону от него. Потом поднял лазерную перчатку, включил её на полную мощность и опалил огненным дождем шею и грудь Боуги. Боуги зашатался, но устоял на ногах, потом выпрямился и прыгнул на Динаро. Тот вырвался.

Роулинз помог Шторму встать. Джек дышал тяжело и шумно. Он с трудом подошел к Калину и Элибер и обнял их, пытаясь хоть как-то защитить.

Роулинз видел то же самое, что и Шторм. Динаро собирался выпустить маленькую ракету. Похоже, его совершенно не волновало то, что осколки ракеты могут поранить его самого — сейчас его главной навязчивой идеей был белый бронекостюм.

Динаро выстрелил. Ракета попала прямо в белый бронекостюм. Он пошатнулся, а потом взорвался и стал разваливаться, разбрасывая вокруг себя белые снопы искр и капли расплавленного металла. Боуги! Там же был Боуги!

Роулинз надел шлем. Динаро, покончивший с Боуги, стал приближаться к остальным. Он поднял перчатку, и над Калином, Элибер и Джеком пронесся огненный смерч. Край накидки, в которую кутался Его Святейшество, тотчас же загорелся. Роулинз прыгнул, ударил Динаро по ребрам и, не дав ему отдышаться, сорвал с пего шлем. Динаро взвыл от бешенства. Но кричал он недолго: Роулинз захватил своими перчатками его шею, и позвонки треснули. Динаро упал. Роулинз сел на землю и сиял шлем. Он был усталым и измученным.