Ноэми Норд - Боги должны уйти

Но Драчливый Бобрик остался рядом со мной.

- Иди на праздник.

- Нет, госпожа. Мой праздник - рядом с тобой.

Мы продолжили нашу вчерашнюю работу. И не зря.

Под одним из барельефов, замаскированном тенью сталактитов, обнаружился тайных вход в помещение, о котором никто не подозревал. Сильный сквозняк отклонил пламя факела, и я, заметив сильную тягу, различила в стене полуразрушенную кладку из крупных тесаных камней. Камни слегка выдавались вперед из ровного строя, и я, разорвав занавес пыли, ударила по вогнутой середине. Свежая кладка легко поддалась, качнулась и с шумом обрушилась вниз в беспросветную темноту.

Что там, в глубине?

Нет, не холодом дышали глубины, а живым уютным теплом, словно кто-то аккуратно поддерживал огонь в очаге.

Я прислушалась. Глухая тишина... Темнота ... И вдруг, словно быстрые шаги прошелестели по мокрому камню... еще... и мелодичные голоса, похожие на звучание флейты ...

Свет не смог измерить глубину подземелья, факел выскользнул из рук и полетел вниз. Сырость воздуха и быстрый полет остудили пламя. Стало темно. Со стен падали звонкие капли.

Я знала множество легенд о богах, отступивших под землю под натиском горящего неба. Боги ушли в таинственные глубины, забрав с собой все свои тайны.

Когда дым вулканов отравил небо, сквозняки, пущенные сквозь тончайшие серебряные трубочки, спасли нежные легкие богов.

Другая половина богов поднялась высоко в горы, где легкий прозрачный воздух напоминал небо юной Земли.

Верхние обзавелись крыльями, и часто поднимались к солнечным лучам, где в мудрых потоках светила наслаждались покоем и тишиной. Рабы под их руководством застроили землю чудесными замками и дворцами.

Боги глубин ради выживания усовершенствовали тела объемными легкими и хвостами драконов, научившись легко передвигаться по извилистым подземным рекам.

Так боги разделились на верхних и нижних.

Никто не знает, из-за чего началась война.

Силы неба и земли схлестнулись насмерть. С тех пор высокогорные замки и пирамиды лежат в руинах, а в подземных реках не плодится ни одна живая тварь.

По преданию мир устроен, как вселенское дерево. Тринадцать небесных сфер держится на ветвях, а девять пластами, один над другим, вросли корнями в землю.

Мировое Дерево, как восьмиугольный кристалл подпирается с четырех сторон черным западом, красным югом, белым севером и зеленым востоком. Все вместе они восьмиугольный кристалл. Алмазные грани, пронизанные силами соков дерева, прочны и нерушимы.

Пока боги небес и глубин воевали друг с другом, грани непримиримых стихий стерлись и почти исчезли. Первое небо освободилось для людей.

Люди подробно изучили каждую тропку в лесах и горах. Но под землей до сих пор таится скрытый мир. Незримые духи ада затаились внутри.

- Гляди, Бобрик, возможно, мы нашли вход на Нижнее небо. Никому не рассказывай. Восстанови кладку. Забудь о празднике. А вечером принеси сюда связку факелов. И лиановый канат.

Я помчалась наверх.

-42-

- Где ты запропастилась? - закричала Маленькая Лилия, когда я с посиневшим от холода носом, вылезла наверх. - Бежим! Представление начинается. Посмотри, что творится в небе.

Она потащила меня сквозь ликующую толпу. Все смотрели вверх.

В небе на ветру дергался надутый гигантский каучуковый ягуар с алыми украшениями под спиралевидным хвостом, а рядом с ним извивалась и кланялась миру обольстительная женская фигура с улитками кос над ушами. Тончайшую талию богини подчеркивали крутые бедра и вздутые тыквообразные сосцы. Внизу несколько рабов, стоящих на откосе пирамиды, дергали фигуры за прочные нити, и те оживали, раскланиваясь на все четыре стороны и кувыркаясь в горячем потоке воздуха. Всякий раз, когда ветер швырял воздушную деву в объятия ягуара, толпа заливалась пронзительным свистом.

В такие минуты влюбленные пары должны загадывать любовные желания. Потому что продолжительность соития наверху - благословение сладострастия внизу.

- Бежим на арену! - тянула за руку Маленькая Лилия, продираясь сквозь толпу.

Знать собралась в беломраморной ложе.

Длинноголовый сидел на троне в окружении верной стражи. Рядом скучал Саблезуб и два старших жреца. Обнаженные рабыни махали над троном опахалами, связанными из роскошных перьев неизвестных птиц.

Мы вошли под полог. Нас заметили. Саблезуб сморщил нос и презрительно отвернулся. Длинноголовый щелкнул пальцами, приказывая жрецам облачить принцесс подобающим образом. Слуги бросились к нам с накидками из пятнистой парчи, одели, взгромоздив на макушки ярко раскрашенные тумбаговые маски ягуаров с узенькими прорезями для глаз.

Верховный жрец поднял руку, воины, женщины и слуги тоже нахлобучили маски на лица и представление началось.

Пронзительно запищали флейты, загрохотали барабаны, зазвенели колокольчики и бубны, воины добавили шума стуком топоров, а женщины гремели трещотками из деревянных палочек.

Зрители хором скандировали: "Уй-ох! Уй-ох! Уй-ох!"

Внизу на арене вокруг золотой клетки, укрытой паутиной ажурной ткани, стояли на четвереньках, царапая когтями землю, двенадцать длинноногих фау-бинго. Одна из них, глядя на ложу Длинноголового, махнула рукой и, озорно крутанув задницей, отстегала себя по бокам полосатым хвостом.

- Это наша Сладкая Пчелка! - помахала рукой Маленькая Лилия.

Уханье танцоров ускорилось, барабан застучал быстрее, трещотки завизжали, толпа застонала: "Уй-ох! Уй-ох! Начинай!"

Сбоку разверзлась ниша, и на арену выскочили ряженые юноши-ягуары, мускулистые самцы, сильные и стройные. Они медленно приближались к самкам пружинистым шагом, игриво размахивая вшитыми хвостами.

Подскакав вплотную к фау-бинго, они обнюхали подруг, и, обойдя на четвереньках по кругу, начали любовный танец ягуаров. Терлись боками и, дрожа ягодицами, предъявляли избранницам набрякшие от желания достоинства.

Бой барабанов перешел в мелкую дробь. Юноши, обхватив подруг со спины, принялись описывать ладонями круги вокруг отягчённых жемчужинами сосков, пупков и бедер. Круги опускались все ниже, все страстнее, достигая то истомленных лон, то крутых ягодиц.

Зрители застонали. Сладострастие охватило толпу.

- Давай, давай!

- Не промажь!

- Покажи ей! Вставь!

Наконец, страстные юноши-ягуары, вдохновленные дрожащими бедрами подруг, запрыгнули на них и всадили по горлышко.

Толпа завизжала, повторяя движения самцов.

Женщины, воины, жрецы и рабы слились в одно целое, и дикие стоны огласили вселенную.

Ряженые ягуары совокуплялись под восторженный гул, свист, дробь барабанов, визг женщин и рычание мужчин. Мир захлестнула волна первозданной животной страсти.