Джон Пил - Времяточец: Бытие

— Не за что, — ответил Доктор. — Ты сделал всё, что мог.

Снова повернувшись к Иштар, он спросил:

— И что дальше?

— А дальше — неизбежное, — ответила она. — Я победила. Но некоторых игроков всё ещё не хватает. Поэтому я буду щедрой, Доктор. Пойдём, поговорим наедине? Приятно будет для разнообразия поговорить с кем-то, чей ум почти равен моему, — она с презрением посмотрела на людей. — Их ничтожно маленькие мозги меня едва прокармливают, но твой… О, это будет пиршество, которое я запомню надолго.

— Скорее всего, от меня у тебя будет несварение, — быстро сказал Доктор. — Мой ум очень захламлённый и беспорядочный. С ним лучше не связываться.

Иштар довольно засмеялась:

— О, а ты весёлый! Мне это очень понравится. Так скажи мне, из какой ты расы? С какой ты планеты?

Увидев, что он колеблется, она снова провела рукой по его щеке.

— Ну же, малыш. Я всё равно всё скоро узнаю — либо ты сам скажешь, либо я пообедаю. А пока ты меня развлекаешь, я могу сдерживать свой аппетит.

Он неохотно сказал ей:

— Галлифрей.

— Галлифрей? — переспросила она, и все её металлические сухожилия напряглись. — Галлифрей, говоришь? — её лицо опустилось до уровня его лица. — Так ты повелитель времени?

Когда он медленно кивнул, она запрокинула голову и с нескрываемой радостью захохотала.

— Наконец-то! Я знала, что когда-нибудь найду кого-нибудь из вас! Я знала, что вы не миф. И я знала, что найду вас, сколько бы времени это не заняло.

— Или что мы тебя найдём, — поправил её он. — Это вмешательство в развитие человеческой расы недопустимо, Иштар. Прекрати его.

— А иначе что? — презрительно сказала она. — Доктор, ты проживёшь ровно столько, сколько я тебе разрешу. Не пытайся меня запугивать. А что касается моего вмешательства в жизнь людей… Посмотри на них! — она обвела рукой комнату. — Мелкая мразь. Жалкие ничтожества по сравнению с такими существами, как ты и я, Доктор!

Он посмотрел на неё с грустью.

— В этом наши мнения расходятся, — ответил он. — Да, живут они недолго, и да, на этой стадии эволюции они ещё не многого достигли. Но они создали эту цивилизацию с нуля. И не забывай: я повелитель времени. Я знаю, что уже сейчас у них есть потенциал к величию, и я не позволю тебе его уничтожить, поработив их ради удовлетворения своих извращённых желаний.

— Осторожнее, Доктор, — предупредила его Иштар. — Мне нужен только твой мозг, твой язык мне ни к чему. Будешь меня раздражать — я его вырву. Без анестезии… которая на тебя всё равно не действует.

— Обход дыхательных путей, — улыбнулся он. — Полезная штука, когда ходишь в гости к таким, как ты.

— И этот, и все остальные твои секреты скоро станут моими, Доктор, — она снова улыбнулась. — Такие, как манипуляция временем, способность жить вечно. С твоей невольной помощью, Доктор, я стану бессмертной и буду царить в ткани времени.

— Никем ты не станешь, — сказал он ей. — Я не могу позволить тебе вмешиваться сильнее, чем ты уже вмешалась. Всё кончено.

Иштар снова провела рукой по его лицу.

— Надеюсь, твоему мозгу не вредит вся эта глупость, которую ты постоянно несёшь, — сказала она ему. — Иначе я очень расстроюсь. Я бы очень хотела, впервые пробуя вкус повелителя времени, чтобы он был чистым и максимально вкусным.

— Я застряну в твоём горле, как куриная кость, — пообещал Доктор. — Если у тебя вообще будет шанс попробовать меня.

В душе он не был настолько уверен, как пытался говорить… И он видел, что она это понимает. Он не хотел сдаваться, отчаявшись. Пока есть жизнь — есть надежда, — напомнил он себе. Но единственная надежда, которая у него была — что появится Эйс с рюкзаком нитро-9, а он отправил Эйс куда-то в горы искать то, не знаю что.

Внимание Доктора вновь переключилось на комнату — ещё один человек ворвался вовнутрь и резко затормозил. Он был пьян и тяжело дышал после того, как бежал изо всех ног.

— Царь Агга, — сказала Иштар, наслаждаясь происходящим. — Как мило, что ты к нам зашёл.

Не обращая на неё внимания, царь подбежал к Нинани. Он вырубил солдата, который держал его дочь, и попытался поднять её на руки. Вместо этого он почувствовал сильный удар — другой солдат ударил его по спине древком копья. Корчась от боли, Агга рухнул на холодный пол. Вскрикнув, Нинани бросилась на его распростёртое тело, чтобы защитить.

— Как трогательно, — ухмыльнулась Иштар. — Вся семейка собралась вместе. Жаль, что придётся это прекратить.

Она послала своим рабам-стражам мысленный приказ. Один из них грубо оторвал Нинани от её отца. Он не обращал внимания на её крики и удары. Второй страж поднял шатающегося царя на ноги. Иштар подползла к нему, почти касаясь его лица своим.

— Я же говорила тебе, Агга, что будет, если ты не будешь держать свою глупую дочь в узде. Надо было поверить мне, и сильнее стараться.

Она обернулась и поползла к девушке.

— Иштар, не делай этого, — крикнул Доктор. — Прекрати всё это немедленно.

— Нет, Доктор, — ответила женщина-змея. Он почувствовал, что его схватили за руки ещё двое управляемых стражей. — Ты не можешь указывать, что мне делать, а что нет. Никто не может. Дело зашло слишком далеко, чтобы твоих силёнок хватило всё исправить. Молчи, и смотри, что случается с теми, кто ставит мне палки в колёса.

Она потянулась к Нинани. Принцесса дрожала от страха и от сильной хватки стражей. Контролируемый раб насильно опустил её на колени перед богиней. Иштар протянула ладони и взяла ими красивое, перепуганное личико Нинани.

— Моли о пощаде, — сказала она. — Кто знает… Может быть, если ты меня повеселишь, я буду щедрой.

— Я принцесса Киша, — сказала Нинани, изо всех сил стараясь не упасть от страха в обморок. — Я не стану позорить ни себя, ни отца, моля о чём-то таких, как ты.

Затем, собрав всю влагу, которая была у неё во рту, она плюнула в металлическое лицо Иштар.

Иштар скривила лицо и подтащила Нинани ближе к себе. Эн-Гула в ужасе закричала:

— Нет! Пощади её! Возьми вместо неё меня!

— Что? — Иштар с любопытством обернулась на молодую жрицу. — Какая щедрость! Это так неожиданно, — она весело взглянула на Доктора: — Ты прав, повелитель времени. У этой расы большой потенциал… в отношении дурацкой морали, которой ты отдался.

Отвернувшись от них, она взяла в руки дрожащую голову Нинани.

— Обычно, малышка, я пользуюсь анестезией. Но ты меня рассердила, поэтому я не буду избавлять тебя от мучений. Мы прочувствуем твою боль вместе.

Зашипев, из её правой ладони вылез зонд. Нинани с ужасом смотрела на его металлическое остриё.