Лиланд Модезитт - Экодипломат (Экодипломат - 1)

Время от времени, без всякого видимого принципа, в коридор вливались проходы помельче. Немногочисленные местные жители спешили по своим делам, не глядя на Натаниэля с Сильвией.

Пол тут был жестче, чем обычно, и звук шагов разносился более гулким эхом.

- Это один из старых жилых секторов. Здесь в основном селятся те, кому не нравится в башнях. Построен сразу после Мятежа.

Сильвия свернула в боковой коридор, завела Натаниэля за небольшой изгиб, и они очутились в тупике. Впрочем, понял это эколитарий не сразу.

На первый взгляд ему показалось, будто он очутился в садике, каким-то образом втиснутом в лабиринты кроличьих нор. Потом он разглядел под невысокими деревьями столики, укрытые балдахинами и залитые мягким светом. Почти все они были заняты.

Сильвия повела его по усыпанной гравием дорожке мимо живой изгороди и отыскала столик на двоих, стоящий поодаль.

- Изумлен, поражен, восхищен, едва языка не лишился, - пробормотал Натаниэль. - Но все же не лишился.

- Надеюсь, - засмеялась Сильвия.

- Как скажете, любезная леди. Я весь ваш.

Так оно и было, потому что весь вечер Сильвия вела себя настолько легко и беззаботно, что Натаниэль и думать забыл о том, что она - хорошо обученный агент разведки.

- Сядем?

Он сел. Сильвия заняла место напротив, взяла красную салфетку и уложила у себя на коленях.

- Позвольте, любезный посланник, я обойдусь без обиняков. - Она посмотрела на эколитария, и тот увидел, что вся ее игривость куда-то испарилась, а глаза сделались холодны, как серый лед. - Первое: я понимаю, с какой безвыходной ситуацией вы столкнулись. Второе: вы вели себя как истинный джентльмен, будучи при этом полным ублюдком. Третье: вы просили меня доверять вам, я вас послушалась, в результате погибло множество людей. Это было необходимо, однако мне не понравилось. Четвертое: я помогла вам, но не хочу это обсуждать. Пятое: ничего не могу поделать с тем, что вы мне нравитесь. Шестое: я угощаю.

Эколитарию почти удалось сохранить бесстрастное выражение на лице, несмотря на тугой комок, угнездившийся где-то в глубине желудка.

Сильвия улыбнулась. Холодность тона пропала, будто ее выключили при помощи рубильника.

- Этот садик сажали вручную, стебелек за стебельком. Владелец сам все сделал. Уникальное явление для "Норам микроникс", а может - и для всей Терры. Еда тоже не уступает обстановке.

- Пожалуй, во всей галактике другого такого места не найдешь, промолвил Натаниэль. - Никогда не видел таких цветов, деревьев, тропинок. Да еще все под крышей.

Из-за кустов появилась черноволосая черноглазая девушка. Она молча взглянула на Сильвию, та кивнула. Официантка исчезла и вскоре вернулась с хрупкими хрустальными бокалами, наполненными золотистой жидкостью.

- Сперва понюхайте, - предупредила Сильвия.

Натаниэль понюхал. Дать определение запаху напитка он не смог, но его тепло заставляло подумать о летнем вечере и расслабить усталые руки и ноги.

Сильвия сделала небольшой глоток. Спустя несколько секунд эколитарий последовал ее примеру. Вкус оказался крепче, чем можно было предположить, хотя жидкость ничуть не горчила.

- Вы все заранее подготовили, да?

- Абсолютно все. Воспоминания - самое важное, что вы увезете с собой на Аккорд. Я хочу, чтобы вы не забыли этот ужин.

- И Империю? - поддразнил ее Натаниэль.

- Империя - это люди. Кажется, это вы сами говорили. А звезды у нас общие.

- Как же вы с такими интересами сумели перейти от занятий балетом к дипломатической карьере и работе на сенатора? - спросил эколитарий, подразумевая еще: "И как вы попали в разведку?"

- Это долгая история, она не подходит для сегодняшнего вечера. Скажем просто, что я не люблю подолгу заниматься одним и тем же, если не считать балета, а путь в балет мне был закрыт по уже обсуждавшимся причинам. Вот я и меняюсь по мере сил. Может, когда-нибудь эмигрирую... только назад уже нельзя будет вернуться. Это не так просто.

Вновь появилась официантка с двумя порциями салата. Натаниэль коснулся кромки своей тарелочки.

- Настоящий фарфор, - заметила танцовщица, она же - разведчица.

Свет в садике притушили, небольшой фонарь, стоявший у них на столике, сам собой зажегся.

Натаниэль допил спиртное. Сильвия свой бокал давно осушила и теперь ела зелень. Эколитарий последовал ее примеру. Салат оказался так же хорош по-своему, конечно, - как и напиток.

- Лорд Уэйлер.

Он поднял голову.

- Что вы думаете об Империи? Честно, искренне?

- Вы хотите, чтобы вам ответил дипломат? Или эколитарий?

Она молча смотрела на него.

- Трудно переложить ощущения в слова, к тому же на чужом языке. Но я попробую.

- Не спешите. Я подожду.

- Империя бывает разной, очень разной! Она велика, вечно давит на Аккорд. Иные боятся ее, потому что она такая большая. Иные желают, чтобы она исчезла. Иные хотели бы ее уничтожить.

- А вы?

- Боюсь, Империя мертва в своем сердце. Хотя никто, кроме, может быть, самого императора и еще немногих, этого не сознает.

Он пожевал.

- Мечты и надежды - это тени будущего. И искусство - тоже. В Зале скульптуры было совсем мало людей. Вы видели танцовщицу. Я глазел на человека, вырывавшегося за пределы земной сферы. Но где остальные мечтатели? Дворец императора не взмывает к небесам, он прячется под землю.

- А как же развитие, новые системы, исследования, победы в битвах?

- Все это идет не из сердца Империи. Молодые жители внешних систем сражаются и истекают кровью. Как и Аккорд, однажды они захотят видеть свои собственные сны. Я надеюсь, что Империя достаточно мудра, чтобы понять, когда это время настанет. Но сомневаюсь.

Сильвия вздрогнула, хотя было тепло.

- Вы рисуете мрачную картину, и спорить с вашими словами трудно. Наверно, поэтому... - Она осеклась: к столику опять приблизилась официантка, которой нужно было унести опустевшую посуду.

Натаниэлю было интересно, к чему она клонит, однако Сильвия задала очередной вопрос, так и не закончив фразу.

- Почему вы взялись за эту работу?

- По заданию Палаты Уполномоченных.

- Вы были обязаны подчиниться? - Она говорила сухо, в уголке рта появилась маленькая морщинка.

В полумраке Натаниэль не мог понять, маскирует ли она легкомыслие, скептицизм или полное недоверие. Легкий ветерок донес до его обоняния аромат апельсиновых цветов. Наконец он произнес:

- Нет. Но долг, ответственность...

- На Аккорде все так серьезно относятся к подобным вещам?

Натаниэль засмеялся: как не засмеяться, когда она так важничает?

- А здесь все относятся к ним так же серьезно, как вы? - ответил он, надеясь, что и Сильвия улыбнется. Так и получилось.