Роберт Янг - «Если», 1996 № 08

— Ты утверждаешь, что можешь научить меня, как это все провернуть, — медленно проговорил Разер.

— У меня есть данные нейдара. Я могу различить на нем здание Штаба. Большей частью это ГРУМ, который обнесли глиняной оболочкой. — На экране нейдара отражались контуры ГРУМа — корма была расколота пополам, задняя часть почти полностью отсутствовала. Внешней части шлюза также не было: похоже, сорвало и ее. — По-видимому, Библиотекой во Флоте называют отсек управления. Я проведу тебя. Мы выберем время сеанса связи. Ничего страшного, если кто-нибудь заметит нас. Он все равно не поверит своим глазам. А после этого вы можете отправиться на «Бревноносце» домой.

Карлот взглянула на Разера:

— Я вовсе не обязана выполнять такие указания.

— Конец связи, — сказал Кенди.

Рыжеволосая девушка перехватила Буса, как раз когда он возвращался с Рынка. Со стороны ее полет выглядел презабавно: ноги работали куда быстрее, чем у обычной женщины, а удары крыльев выходили короче. Она бы никогда не догнала его, не толкай Бус перед собой несколько мешков с покупками.

Но несмотря на это она даже не запыхалась и подарила ему очаровательную улыбку.

— Бус Сержент, ты помнишь меня?

— Босан Сектри Мерфи. Мы встречались, когда «Гиросокол» прилетал к нам на бревно с таможенным досмотром. Как поживаете, Босан?

— Все хорошо. Разера признали годным к обучению во Флоте. Я хотела бы сама сообщить ему об этом.

Разера вряд ли обрадует такая новость.

— Он должен быть дома.

— Я слетаю туда. Давай помогу.

Они медленно двинулись вперед. Позади них вспухала, ворочалась с боку на бок Тьма, Солнце постепенно подползало к Вою, по небу плыли длинные цепочки облаков, приплывших с запада и несущих очередной дождь. Чтобы не молчать, Бус решил рассказать ей о том, чем они занимались сегодня:

— Мы закончили починку «Бревноносца» и сразу после завтрака облетели весь Рынок…

— Да, вы не спешили. Я видела вас.

— Клэйв направился за оставшимися семенами, а я прикупил немного одежды и пару зубных щеток. Не хочу, чтобы моя команда выглядела, как племя дикарей.

— Мои начальники, должно быть, ломают сейчас себе головы, откуда у тебя столько денег.

— Все не так-то просто. Флот не упустит своего — он еще потянет время, чтобы заплатить за мой металл поменьше. Но у меня уже есть несколько заказов на древесину, а моя команда отправляется во Тьму, на охоту.

— Это ваш дом? — спросила Сектри.

— Да, но…

Бус пригласил ее пройти в дом. Пока он облетал комнаты, служащая Флота ждала в Общинных. Никого. Не видно и семян, значит, Клэйв тоже еще не вернулся.

— Они, наверное, уже улетели, — обратился Бус к Сектри. — Я оставался здесь торговать древесиной.

— А Разер собирался лететь с ними?

— Он колебался, но, наверное, в конце концов тоже решил лететь во Тьму.

— Нас это не устраивает. — сердито сказала Мерфи. — И сколько они собираются отсутствовать?

— Им не нужно обыскивать всю Тьму в поисках таких ценных продуктов, как «бахрома» или «черный мозг». Главная цель этого рейса — грязь, значит…

— Тридцать — сорок дней. Передай Разеру, что мы весьма недовольны его поведением. Бус, мне пора идти.

Бус притаился у двери, поджидая, пока Мерфи отлетит подальше.

— Джеффер! — чуть спустя прошептал он.

Тишина.

Ну да, они же и шлем с собой взяли. Он выглянул: Сектри уже превратилась в небольшое пятнышко, лавирующее между джунглями. Он открыл потайное отделение в двери.

Проклятый костюм исчез.

В течение какого-то волшебного мига он не испытывал ничего, кроме облегчения. Но что-то затевалось, и Бусу это «что-то» очень не нравилось.

Карлот раскалила угли. Нос ракеты был нацелен прямо на Тьму.

«Бревноносец» падал внутрь Сгустка. Они словно погружались в какое-то гигантское штормовое облако… В воздухе запахло сыростью, гнилью и плесенью.

Закрепив на носовых балках пару тросов, они начали плести сеть. Рэйм Уилби, их проводник, некоторое время молча наблюдал за командой, потом нахмурился и сказал, чтобы они делали ячейки поменьше.

— Грязь должна держаться в ней, пока судно идет своим ходом.

Когда они закончили, носовая часть «Бревноносца» превратилась в центр огромной паутины. Они спали по очереди. За каких-то пять-шесть дней небо словно разбухло и потемнело. Затем Вой и Солнце скрылись, и уже стало невозможно определять смену дней. Глаза Разера постепенно привыкли к полутьме. Проявились цвета — оттенки голубого, зеленого, оранжевого. За ними россыпью света блистало сумрачное небо — при прохождении Воя оно становилось настолько голубым, что на него невозможно было смотреть.

— Кажется, мы залетели достаточно далеко, — сказал Клэйв. — Теперь с Рынка нас никто не увидит.

Разер кивнул.

— Но остается еще Рэйм.

— Его легко обмануть.

Клэйв провел на стене полоску клея и прикрепил к ней шлем. Тот взирал на них со стоическим спокойствием.

— Попытайся нарисовать круг, не отрывая руки, — произнес шлем.

— Так делали раньше?

— Первый рисунок, наверное, наносился по какому-нибудь трафарету, но они быстро приходят в негодность. А эмблемы на костюмах надо то и дело возобновлять. Вот почему в обязанности младшего Хранителя входит уход за опознавательными знаками на скафандре. Это, конечно, только мои догадки, но оригинальные эмблемы выглядели на рисунках Кенди нечетко.

Клэйв заострил кисточку, словно карандаш, и одним движением нарисовал ровный кружок. Получилось не так уж и плохо.

— Поднеси поближе, — донеслось из шлема. — Слишком узкая линия, и круг немного маловат. Еще раз пройдись по нему кисточкой и внешний обод сделай чуть потолще. Разер, когда будешь улетать, свою одежду захвати с собой. Не хотелось, чтобы она потом оказалась вся в грязи… А теперь, Клэйв, пятнышко посредине. Хорошо. Да, оно и должно быть таким крошечным. Дай-ка я еще раз взгляну…

— Серебряный Человек, старый Рэйм кое-что нашел для тебя.

— Что? — Клэйв взвился на месте. — Карлот, никогда больше не делай так.

— Разер, возьми. Это «бахрома», которую собрал проводник. Если получится, привези ее обратно. Она стоит хороших денег.

Разер принял у нее из рук мешок.

— А зачем мне она?

— Если ты попадешь в беду, просто вытряхни ее из мешка. Все вокруг тебя тут же начнут грезить прекрасными видениями и радоваться жизни, а ты тем временем успеешь удрать. Только сам не надышись.

— Спасибо. Я готов.

Глава двадцатая БИБЛИОТЕКА