Мария Симонова - Снайперы

— Брось, Савелич, не трави душу, — уронил Анатолий, в то время как Кэт даже позабыла глотать столь желанную, пускай и теплую, с неприятным железистым привкусом воду.

— Контакта?.. Простите, я не ошибаюсь — вы имеете в виду контакт с?

— Да, да, вы не ошиблись — с иной цивилизацией! Это с нашей легкой руки их нарекли хассами, и наши двое пилотов погибли первыми, получив задание преодолеть этот их проклятый барьер! А потом… — У старика перехватило дыхание, и за него договорил Анатолий:

— Поскольку информацию засекретили, нам запретили вылет с этой планеты, — тем, кто открыл хассов, и даже тем, кто потом строил миссию.

— Запретили?! — возмутилась хозяйка. — Да нас попросту выбросили! Вычеркнули из списка живых, даже отказав в жизнеобеспечении, доставив сюда подыхать! Тридцать лет! — Она схватилась за голову и обернулась к Кэт. — Посмотри на меня! Я же была как ты, двадцатилетней девчонкой! А теперь я старуха!

— Света, не надо, — поморщился Анатолий и продолжил: — Раз вы теперь находитесь среди нас, то имеете право все это знать. А сейчас расскажите нам, что все-таки произошло в миссии.

Кэт сама толком не знала, что же, собственно, произошло в миссии. Прокашлявшись и поняв, что голос к ней более или менее вернулся, она ответила кратко:

— Ее взорвали, и на ее месте теперь большая воронка.

— А как же вам удалось уцелеть?

— Этого я не могу объяснить. Там как раз в это время шли переговоры с этими, ну, как вы их назвали…

— С хассами, — подсказал Анатолий. — Так вы утверждаете, что взрыв произошел во время переговоров? Вы уверены?

— …Дело в том, что я на них присутствовала, — немного поколебавшись, сказала Кэт.

— В качестве кого, если не секрет?

— Меня привели туда как пленницу. — Она поостереглась признаваться в том, что играла роль инопланетной принцессы, и тем паче в том, что ее признали за таковую сами хассы! Не хватало еще, чтобы ее тут сочли за сумасшедшую. — Я не могу сказать точно, что произошло…

— Постарайтесь просто рассказать подробнее.

— Ну… Хассов было двое — блондин и брюнет.

— Они! Те же самые!!! — вскричал старик. — Ты помнишь, Толя?

— Помню, — кивнул Анатолий. — Продолжайте, Катерина. О чем шла речь?

— Это я не очень поняла. Хассов спрашивали об их системе власти — кажется, им это не понравилось. Потом меня резко отбросило, я потеряла сознание. Очнулась уже в пустыне и увидела, что в небо поднимается сверкающий шар. А под ним на месте миссии только дым клубится.

— Что произошло с другими людьми? Их тоже раскидало по пустыне?

— Не знаю, может быть… Но я никого не нашла.

— Вы обнаружили там тела, останки?

— Нет. Совсем ничего.

Анатолий пронизывающе глядел на Кэт:

— Что же получается? Вы прилетели с Земли, прямо из Москвы, и участвовали в переговорах с хассами. Вы единственная, кто каким-то чудом уцелел после взрыва. Но утверждаете, что ничего не знаете и не ведаете. Сдается мне, что вы морочите нам головы.

— Нет-нет! — вклинился старик Савелич. — Это очень даже может быть! Они же по сей день не угомонились — не могут примириться со своей изоляцией, все измысливают какие-то эксперименты! Вполне возможно, что девушку привезли сюда просто в качестве подопытного кролика!

— Ну хорошо, примем пока эту версию, — согласился Анатолий. Но Кэт видела, что он ей все равно не доверяет. — А что с кораблем? Он действительно так серьезно пострадал? — По глазам было видно, что хозяин рассчитывает как раз на обратное.

— Да, очень серьезно, — сказала Кэт. — Он расплавился. На космодроме теперь большая железная лужа.

Анатолий с Савеличем мрачно переглянулись.

— Надо немедленно собрать отряд, пойти туда и все проверить! — Хозяин решительно поднялся, но жена тут же охладила его пыл:

— Ты что, с ума сошел? Солнце уже почти село! Не пущу! Сам пропадешь и людей угробишь!

Как ни странно, хозяина ее аргументы убедили.

— Да, верно. Придется ждать до утра, — согласился он, садясь, и набулькал себе из кувшина какой-то мутной жидкости.

— Можно узнать, сколько у вас длится ночь? — поинтересовалась Кэт, вспомнив о том, насколько бесконечным был вечер.

— Около пяти с половиной земных суток, — горько сообщил Савелич, подставляя Анатолию и свою кружку.

Кэт искренне возмутила их заторможенность:

— Но мы не можем столько ждать! За это время обязательно прилетит корабль, и я хочу его встретить! Меня должны отсюда забрать, ведь это ошибка, вы понимаете?

— Видите ли, дитя мое, — произнес старик, опустив взгляд в свою кружку и поправляя очки. — В первую очередь вы должны смириться с мыслью, что вам отсюда уже не улететь…

— Этого не может быть. Вы просто не понимаете… — Кэт попросту не желала принимать его слова за истину, даже слышать их не желала.

Тем временем Анатолий выпил и объявил:

— Надо собирать совет. Иван Савелич, тебе пока поручаю Катерину — отведешь ее к себе, потом я за вами пришлю.

Савелич отгородился кружкой, запрокидывая голову все выше, видно было только, как елозит вверх-вниз кадык на тощей шее. Наконец он грохнул ее на стол и поднялся со словами:

— Ну что ж, барышня, пойдемте в мою, так сказать, обитель.

Кэт скрепя сердце встала с лавки и последовала за ним — ну ладно, совет — это уже хорошо, может быть, они хоть там придумают что-то дельное.

Обитель Савелича находилась через дом, и пока они шли по унылой пустынной улице, уже погружающейся в сумерки, Кэт говорила:

— Даже если ваш совет ничего не решит, мне надо будет вернуться на космодром. Я все равно туда пойду, хоть ночью. Я должна встретить корабль. Я не могу тут остаться. Не могу!

— Я словно слышу себя тридцать лет назад, — с грустью отозвался Савелич. — Понимаю, что все мои слова бесполезны. Вы не поверите в невозможность возвращения домой, пока сами в этом не убедитесь. Но послушайте, ночью в пустыню нельзя выходить, в одиночестве это и днем небезопасно. Не сочтите, что я хочу вас напугать, но вам, Катя, очень повезло, что вы смогли добраться сюда невредимой.

— А я бы и не добралась. Я ведь даже не знала расположения вашего поселка, — призналась она.

— Но, позвольте… Как же тогда вы оказались здесь?

— По-моему, чудом. Но вы, наверное, сможете мне объяснить. Меня сюда подвезли — что-то такое бесплотное, едва уловимое, с пятнистой тенью… — Они уже сворачивали на дорожку, ведущую к порогу его дома, тут старик внезапно остановился. Глаза его не мигая глядели на спутницу из-под треснувших очков — большие и удивленные разбитые глаза.

— Вы знаете, что это было? — спросила Кэт.

— Слег… — вымолвил Иван Савелич и растерянно заморгал. Кэт его реакция заинтриговала — впрочем, она нашла ей вполне резонное объяснение.