Стаснислав Коронько - Механизм "Ноль"

— Опасность была, если бы мы стояли ближе десяти метров или в кого-нибудь угодил острый, достаточно крупный осколок. Ну а так броня способна выдержать такой взрыв.

— Откуда знаешь?

— Мы в части как-то проводили испытание на списанном танке. Броню тоже ставили под взрыв и смотрели на результаты. Так и получили приблизительные данные.

— Приблизительные?! — в ужасе воскликнул Ен.

— Ну да, — смущенно пробормотал Генрих.

— А как ты его вообще подорвал?

— Ну-у, — протянул Генрих, — если суметь вывести реактор за пиковый режим нагрузки, то происходит детонация гелия-4.

— И примерно когда? — предчувствуя ответ, с содроганием спросил Ен.

Генрих промолчал с секунду и быстро выпалил:

— Примерно через тридцать секунд. Более точных данных нет. Никто не знает, как может повести себя реактор.

Ен сглотнул, и под подкладкой брони его кожа покрылась холодным потом.

— Вы что совсем больные?! — закричал он. — Кто вам позволял так рисковать?!

Ответ он получил от Ильи.

— А ты хотел сдохнуть здесь и оставить нас одних на полпути к фронту?! — заорал тот. — Даже если бы мы дошли, как бы мы переходили через линию обороны?!

От такого напора Ен даже немного растерялся.

— Ну… это…

— Что это? — дрожащим голосом, переспросил Илья. — Последний из нас бывал на фронте больше трех лет назад, а на войне нашим единственным занятием было бегать в лобовую на противника. Мы вообще не знаем, как точно была устроена линия блокады и как она выглядит сейчас. Без тебя мы обречены, и ты должен это понимать!

Илья умолк, и только его тяжелое дыхание нарушало мертвую тишину, воцарившуюся после такой эмоциональной речи.

Ен пожевал губы и, пристыженный словами Ильи, произнес:

— Ладно, извини. Я немного погорячился.

— Принято, — сказал Илья. — Я понимаю, что с самого начала все пошло наперекосяк, и ты хочешь для всех только лучшего, но больше не пытайся решать наши общие проблемы в одиночку. Мы ведь тоже на что-то способны.

Прозвучало все это немного пафосно, поэтому неудивительно, что Лука поспешил влезть со своей репликой и бодро, словно не он только что страдал от головной боли, заявить:

— Ага, способны. Будем оказывать тебе психологическую поддержку и насколько это возможно замедлим тебе продвижение вперед.

Странно, но на этот раз Ен почувствовал к Луке благодарность за то, что тот избавил его от необходимости как-то отвечать Илье. Наверное, этому был также рад и Илья, ибо он начал энергично отчитывать своего бывшего сослуживца за его последнюю реплику и, несмотря на присутствие ребёнка, особо усердно наседал на него с нелицеприятными эпитетами, подбирая для него наиболее оскорбительные.

— Ладно, хватит, — успокоил Илью Ен. — Найдите лучше Тэма и Аниту, и идите ко мне. Нужно решать, что делать с этим Климом.

Точки на карте поползли к центру, подобрали по дороге двух недостающих человек и притащили их к Ену. Один из «Ирбисов», то ли Тэма, то ли Аниты, подергивал руками и ногами, но к разговору пока не подключался. Впрочем, в участии этих двоих в судьбе Клима не было никакой надобности, поэтому до их состояния Ену пока не было никакого дела.

Кто-то попробовал было подойти к Климу поближе, но Ен быстро одернул его:

— Куда? Все встают позади меня, и никто не пытается подойти к нему. Он может быть в сознании.

"Ирбис" замер на полушаге и, начав обходить Клима по большой окружности, голосом Луки иронично спросил:

— Он так страшен?

— Ты даже не успеешь ничего понять, — пообещал ему Ен.

— Серьезный какой дядька.

— Он не дядька. Лет двадцать, не больше, — предположил Ен.

— Как же ты, такой опытный офицер, умудрился проиграть какому-то сопляку?

Про себя проклиная словоохотливость Луки, Ен тем не менее ответил:

— Этот парень, между прочим, уже старше меня по званию. Да и маскхалат делал его трудной мишенью.

Лука расхохотался и наглым тоном, растягивая слова, спросил:

— Промазал что ли?

— Попал, по-касательной, — признался Ен и по-привычке попросил Луку умолкнуть хоть не на долго.

Когда все подтянулись, Ен приказал им отключить динамики брони, перейти на радиосвязь и закрыть канал для доступа Клима, дабы их беседа осталась приватной. Затем, убедившись, что все исполнено в точности, он собрался с мыслями и кратко изложил ситуацию:

— Итак, вопрос: как поступить с этим товарищем? Как я понимаю, он приехал за нами не один и где-то за горами остался его транспорт с группой поддержки на борту. Сколько их, сколько они будут там стоять и когда отправятся на его поиски — этого я не знаю, однако отпускать его к ним нельзя. Поэтому есть всего два варианта — убить его или взять с собой, а потом где-нибудь отпустить.

— А что думаешь ты, Ен? — осторожно спросил Илья.

— Естественно, первое. Он слишком опасен, чтобы тащить его с собой.

Илья задумался, а затем вынес свой вердикт:

— Тогда пусть будет так.

— Эй-эй! — воскликнул Марат. — Вы что это хотите сделать?! Нельзя никого убивать! Я не позволю!

— Марат, — сердитым голосом одернул его брат, — этот человек наш враг, и причем опасный. Нас бы он не пощадил.

— Но Ена-то он пощадил!

— Он сделал это только затем, чтобы я помог ему вынудить вас сдаться, — сказал Ен.

Убедить этим мальчика ему не удалось.

— Ну и что, — не унимался тот, — даже если это так, он не хотел убивать нас. Он всего лишь выполнял приказ.

— Да, Ен, — неожиданно встал на сторону Марата Тэм. Он слышал всего лишь пару последних предложений, но быстро ухватил суть разговора. — Убивать его было бы неразумно. Он может владеть кое-какой информацией. Она может нам пригодиться.

— И вы туда же, — мрачно произнес Ен. — Вы не понимаете, что без оружия я не смогу его контролировать. Он обязательно найдет момент для нападения, и если я окажусь вне игры, то со всеми вами он разберется за секунды. Ведь вы все слышали, а кое-кто и видел мою схватку с Безопасностью. Будет то же самое, но еще быстрее. Тогда я не бил на поражение, а его ничто от этого не удержит.

Напоминание о бое в переулке подействовало на многих как и требовалось: раздались голоса в поддержку решения Ена, и даже Марат не посмел больше возражать. Его недовольство выразилось мрачным бурчанием, но этим всё и ограничилось.

— Нет, Ен, — продолжил упорствовать Тэм и выдвинул неожиданную идею. — Я смогу обезвредить его.

— Да ну! — воскликнул Лука и заржал в припадке неудержимого хохота, сквозь который с трудом выдавил из себя несколько слов. — Б-бывший у-у-учитель против д-действующего с-спецназовца! А-ха!