Инна Зинченко - Превратности судьбы и недоразумения

С временем творилось что-то неладное: оно то тянулось, как резина, то делало резкий скачок назад, возвращая меня в недалёкое прошлое. Это было похоже на заевшую пластинку. Меня затошнило от всего этого, захотелось сбросить мягкие оковы оцепенения, встать и уйти, но я не могла.

— Слушай меня внимательно, — голос старухи звучал настолько чётко, словно в мире не было никаких других звуков, — сейчас ты должна пройти Путь мёртвых! Они подскажут тебе, твоё имя и ответят на вопросы, если сочтут нужным.

При других обстоятельствах, я бы с ней поспорила, но в тот момент не могла. Безразличие и покой — вот, что владело мной безраздельно. Ни страха, ни сомнения.

— Сейчас ты выйдешь из своего тела и отправишься в город мёртвых. Ты пройдёшь по спирали и окажешься в храме…

Я хотела сказать ей, что это невозможно, но мой язык словно прирос к нёбу.

— …Ты найдёшь шестиугольный зал, сядешь в центре и возложишь руки на светящиеся отпечатки человеческих ладоней. А дальше, моя девочка, я не знаю, что с тобой будет. У всех это происходит по-разному. Мало кому удаётся пройти Путь мёртвых. Но, если ты его пройдёшь, то мёртвые ответят на твои вопросы и дадут тебе новое имя. Запомни его!

В какой-то момент мне захотелось уйти, но проснувшийся скарр помешал мне. Сквозь покой и безразличие пробился, наконец-то, страх. Я попыталась крикнуть, но безрезультатно. Что они со мной делают? Я не хочу! Что происходит с теми, кто не проходит этот чёртов Путь? Скарр успокаивал меня. Как мог. И в самом деле, чего я боюсь? Скарр не даст меня в обиду.

— Я выбрала тебя потому, что вижу — ты сможешь это сделать. Многие пытались, а всё зря. Смотри.

Она подошла к стене и на что-то там нажала. Стена отодвинулась, и передо мной предстало страшное зрелище!

Небольшая комната была набита людьми. Они валялись на полу в разных позах, и, казалось, спали. Но, присмотревшись к ним повнимательней, я поняла, что это не сон. Все эти люди, если и не были мертвы, то и живыми их назвать было трудно. Вполне возможно, что некоторые из них уже давно умерли, потому, что смрад ударил в нос такой, что я поморщилась. Но кое-кто выглядел вполне прилично, даже едва заметное дыхание угадывалось.

— Это те, кто не прошёл Путь. — Торжественно объяснила старуха. — Многие уже мертвы, остальные тоже умрут — это лишь дело времени. Они не смогли вернуться. Я хочу, чтобы ты знала, что тебя ждёт, если ты не сможешь пройти Путь.

Мне хотелось зарычать на неё, разорвать в клочья это дряхлое, грязное тело…

— Я верю, что ты сможешь! — Продолжила она. — Давно, очень давно это никому не удавалось. Я была последней, кто смог сделать это! Но мне тогда было всего пять лет! Нам нужно знать, что делать. С каждым днём появляется всё больше и больше одержимых. Людей жгут почти ежедневно. Скоро никого не останется. Надо понять, что происходит, но только мёртвые могут ответить на этот вопрос.

Всё ясно! Они решили принести в жертву меня! Ну-ну, — проснулось моё привычное упрямство, — посмотрим, что у вас получится. Я, между прочим, и не из таких передряг выпутывалась! Вы, ребятки, не были на Колыбели!

Голова закружилась ещё сильней, всё смешалось, в ушах загудело…

Глава 20

На что это похоже? А Бог его знает на что! Меня закрутило, завертело, на какое-то мгновенья все чувства отключились. И вот я снова здесь — в городе мёртвых, перед странной спиральной дорогой. "Ну, зачем, — думаю, — ведь всё равно не смогу пройти?". Наваждение какое-то! Я иду и не встречаю никакого сопротивления. Я такая лёгкая, прозрачная!.. Ах, ну да, у меня ведь совершенно нет никакого тела! "Эй, гело, — думаю, — этого вы не предусмотрели!". Мне весело. Сейчас я, всё-таки доберусь до этого таинственного здания! Мне плевать на то, какое они мне имя дадут, меня и моё собственное вполне устраивает, но безумно интересно, что же там такое.

Вот уже и круглая, как яйцо, стена. И, конечно же, никаких дверей. Вот, извращенцы, зачем нужно всё так усложнять? Но мне-то сейчас двери и не нужны! Пытаюсь улыбнуться — нечем, улыбка плавает где-то в глубине моего сознания. Икко постаралась на славу! Когда я обычно выхожу из своего тела, всё происходит иначе, не так легко и красиво. Хотя, возможно, эта лёгкость у меня оттого, что я знаю — ничего плохого со мной сейчас произойти не может. Кипары не покусают — кусать некого.

Сквозь стену я прошла легко, словно её не было. И сразу в глазах зарябило от ярких цветов. Какой шизофреник так разукрасил пол и стены? Я остановилась в недоумении. Куда я попала? Разноцветные, мерцающие пятна самой причудливой формы перетекали одно в другое, меняли форму и цвет, казалось, что стены живые, они шевелились и дышали.

Я не знала, где находится этот шестиугольный зал, просто брела без какой-либо цели. Не знаю, кем был тот архитектор, который построил всё это, но с головой у него точно не всё было в порядке. Здесь не было ни одной ровной линии, сплошь, спирали и загогулины! Как в этом здании вообще можно сориентироваться?

Но яркие пятна, точно вели меня куда-то. Безошибочно я находила нужное направление и в итоге оказалась там, где положено — в странном шестиугольном зале, ослепительно белом и сияющем. Мне это напомнило Мастерскую на Колыбели. Всё настолько белое, что казалось, не существует никаких границ! Не хватало только Мастеров. Я осмотрелась в надежде, что они вот-вот появятся. Нет, здесь не было никого живого и очень давно.

— Гело, гело, где же вы? — Спросила я тихо. А хоть бы и громко — всё равно никто меня не услышит.

Что-то подсказывало мне — нет здесь никого, давно уже нет. Пока я бродила по залу, что-то неуловимо изменилось. Понять, что именно я не могла.

— Блин! — Выругалась я. — Что здесь происходит?! Кто здесь?

Вот идиотка! Никого тут нет. Но что же я такое почувствовала? Смотрю внимательно по сторонам, а сторон, как будто и нет никаких. И тут я обнаружила это! В центре зала над полом светились отпечатки человеческих ладоней! Ну, не совсем человеческих — четырёхпалые. Я даже присвистнула от удивления!

— Ничего себе делишки! Ведь ничего не было. — Пробормотала я себе под нос и направилась к центру зала. Стены стали, как будто, сжиматься вокруг меня, странное ощущение.

— Бред какой-то! — Мне стало страшно. Вспомнились неподвижные тела в домишке Икко. Как бы со мной не произошло то же самое! Мурашки пробежали по спине, хотя не было сейчас ни спины, ни мурашек, а вот страх остался.

— Помни, Санька, тебя здесь нет! — Успокаивала я себя, как могла, но легче не становилось.

Вскоре вокруг меня почти не осталось пространства, меня зажало в узкую, длинную, белую трубу. Я подумала, что, если протянуть руку, то можно дотронуться до стены, вот она — совсем рядом! Не смогла удержаться. Ничего! Глюк такой у них. Пространство не сжималось, всё осталось на своих местах. Я села на пол. Теперь сияющие четырёхпалые ладошки были у меня на уровне груди.