Джеймс Уайт - Межзвездная неотложка

– А кто, елки-палки, думает иначе? – сердито вмешалась Мэрчисон. – И кто, между прочим, руководит операцией? Приликла, она меня там слышит или нет? Надери ей уши!

Ча Трат могла бы ответить на оба вопроса, но не стала. Она понимала, что и слова, и тон, какими они были сказаны, – не те, что соответствуют существу ее ранга. Она слишком много взяла на себя и говорила чересчур авторитетно. Но времени на объяснения или притворное самоуничижение не оставалось. В лучшем случае патофизиолог Мэрчисон верит и продолжает верить, что Ча Трат – сильно переоценивающий себя техник из эксплуатационного отдела с недолгим опытом медсестры-практикантки и манией величия. Но Приликла велел:

– Объясни.

Ча Трат быстро пересказала подробности клинической картины на настоящий момент – она значительно усугубилась после стресса, связанного с соединением, пагубного даже для здорового гоглесканца. Когда она говорила о том, что у Коун не хватит сил выдержать серьезное хирургическое вмешательство – предстояло осуществить кесарево сечение, а не банальное расширение родового отверстия, – она говорила с непоколебимой уверенностью. Ведь ее точку зрения поддерживала сама пациентка-целительница. Но Ча Трат об этом промолчала, сказала лишь, что скорее всего ее заключение подтверждается эмоциональным излучением Коун.

– Подтверждается, – согласился Приликла. Соммарадванка быстро продолжила:

– Физиологический тип ФОКТ – немногие из форм жизни, способные удерживаться в вертикальном положении, хотя могут принимать и лежачее. Поскольку их предки вышли из океана, их тела и внутренние органы расположены соответственно воздействию вертикально направленных гравитационных сил, точно так же, как у худлариан, тралтанов и ренитян. Я припоминаю случай беременности у тралтанки несколько лет назад – там была очень похожая ситуация и тогда потребовалось...

– А вот этого ты от Креск-Сара узнать не могла, – вмешалась Мэрчисон. – Сестрам-практиканткам не рассказывают о случаях, близких к провалу, по крайней мере на первом году обучения.

– Мне нравилось читать о разных случаях из практики помимо программы, – отговорилась Ча Трат, – и я продолжаю это делать, когда надоедают технические руководства.

Ее эмоциональное излучение должно было сказать эмпату, что она солгала, но о чем именно – он мог только догадаться.

– Опиши свой план, – только и сказал Приликла.

– Прежде чем я сделаю это, – торопливо проговорила Ча Трат, – пожалуйста, снимите с носилок колпак и переместите гравитационные решетки так, чтобы они работали по бокам в противоположных направлениях. Подготовьте крепежные ремни по размерам тела и весу пациентки, учитывая возможность колебания гравитации на три <G>. Уведите зонд в коридор, чтобы я смогла, встав на него, взобраться на крышу. Поспешите, пожалуйста. Сейчас я вынесу пациентку, а по пути все объясню...

Подхватив пребывавшую в полуобморочном состоянии Коун двумя срединными руками, а передними продолжая сжимать ее шерсть, Ча Трат кое-как выбралась на крышу и вернулась той же дорогой, какой пришла. Приликла взволнованно летел над ней. Найдрад язвительно причитала, жалуясь, что носилки теперь никогда не исправить. Мэрчисон уговаривала ее не огорчаться и напоминала, что с ними все-таки летит техник или кто-то в этом роде.

Ча Трат не отпускала шерсть Коун, а Найдрад ловко обхватила тельце гоглесканки ремнями. Мэрчисон подсоединила системы подачи кислорода ко всем дыхательным отверстиям. Голова Ча Трат по-прежнему касалась головы Коун, серебристые стебельки замыкали телепатический контакт. Соммарадванка убедилась, что гоглесканке хорошо виден экран сканера (самой ей об этом и думать было нечего), собралась с духом и дала знак начинать.

Найдрад задействовала гравитационную решетку, размещенную выше головы пациентки, и Ча Трат почувствовала, как ее голову и верхние конечности утягивает вбок. Удержать равновесие было трудно, поскольку на нижнюю часть туловища и ноги действие искусственной силы притяжения не распространялось. А Коун лежала на носилках вверх ногами и подвергалась воздействию двойной, потом тройной силы притяжения.

– Сердцебиение неровное, – спокойно сообщил Приликла. – В верхней части туловища повысилось давление, дыхание затруднено, отмечается незначительное смещение органов грудной клетки, но плод не сместился.

– Повысить тягу до четырех <G>? – спросила Найдрад, глянув на Приликлу. За него ответила Ча Трат.

– Нет, – сказала она. – Оставьте два <G>, но быстро меняйте этот показатель на нормальный, чередуя их. Нужно как бы раскачать плод.

Теперь ее начало швырять из стороны в сторону так, словно это делали мягкие невидимые лапы какого-то гигантского зверя. Пациентка те же самые страдания переживала в вертикальной плоскости. Ча Трат ухитрялась крепко сжимать шерсть Коун, но ее стало здорово подташнивать, и она вспомнила, как в детстве ее укачивало в транспорте.

– Друг Ча Трат, с тобой все в порядке? – спросил Приликла. – Хочешь, мы прекратим процедуру?

– Мы можем себе это позволить?

– Нет, – ответил эмпат и вдруг воскликнул:

– Плод движется! Он...

– Оставить два <G> и ничего не менять, – поспешно проговорила Ча Трат, и Коун фактически встала на голову.

– ...теперь давит на кости верхнего таза. Пуповина более не сдавлена, давление на кровеносные сосуды и нервные сплетения в области таза уменьшилось. Мышцы начали быстро непроизвольно сокращаться...

– Этого достаточно для изгнания плода? – прервала его Ча Трат.

– Нет, – ответил эмпат. – Схватки слишком слабы. В любом случае плод находится не в оптимальном положении.

Соммарадванка произнесла ругательство – явно не соммарадванское – и спросила:

– Не могли бы мы переместить и перефокусировать гравитационные решетки так, чтобы они передвинули плод в нужное положение для...

– Мне потребуется время, чтобы... – начала было Найдрад.

– Нет у нас времени, – оборвал ее Приликла. – Я удивляюсь тому, что друг Коун еще жива.

Все шло еще хуже, чем в пришедшем на память случае родов у тралтанки. И невозможно было успокоить себя тем, что теперь перед ней – незнакомое существо, и что такой операционной техники в принципе не существует. Сознание Коун больше не посылало Ча Трат никаких впечатлений и не принимало их, так что соммарадванка даже не могла сказать гоглесканке последнего «прости».

– Не ругай себя, друг Ча, – сказал цинрусскиец, которого начала бить сильнейшая дрожь. – Ты взялась за выполнение непосильной задачи. Твое эмоциональное излучение волнует меня. Помни, ведь ты даже не член медицинской бригады, у тебя нет власти, и ответственность лежит не на тебе... О чем ты сейчас подумала?