Владимир Бабула - Сигналы Вселенной

— Кто же уполномочил нас, Лейф, выполнять роль следственных органов?

— Мы идем на это ради общего дела, — защищался Северсон.

— Все же я сомневаюсь в правильности нашего поведения, — колебалась Алена.

— Как же вы в таком случае узнаете, виновен Ватсон или нет?

— Хорошо, тогда сделаем это. И пожелаем себе от чистого сердца, чтобы подозрения оказались необоснованными. Я уже давно наблюдаю за Ватсоном и заметила, что он очень трудолюбивый человек. В то время, как все ученые сидят после дежурства в клубе и развлекаются, Ватсон упорно работает в обсерватории. Как я заметила, чаще всего он хлопочет возле радиотелескопа, — видимо, ищет новые радиозвезды.

— Или ловит какие-нибудь особые передачи с Земли…

— загадочно добавил Северсон.

— Кто же их посылает?.. Однако, Лейф, у вас богатая фантазия!

— Может, какой-то сообщник… — ответил Северсон и тут же спохватился: еще слово — и он выдаст Дитриксона и его «Братство сильной руки».

Час спустя, когда Ватсон заступил на дежурство, наши детективы проникли в его каюту. У Алены учащенно билось сердце; она все не могла избавиться от отвратительного ощущения, что ведет себя подло.

Уже в первое мгновение в каюте были обнаружены подозрительные предметы.

— Видите, я был прав! — воскликнул Северсон, поднимая металлическую коробку с экранами и многочисленными кнопками. — Что это за странный аппарат?!

— Тс-с-с!.. Не кричите так, нас могут здесь поймать! — Алена подошла ближе. — Гм… Это — мощный приемник с предварительным усилением… Зачем Ватсон принес его из лаборатории?.. Действительно, тут что-то не так.

В ящиках настенного шкафа Северсон обнаружил еще целый ряд предметов, которые наводили на тревожные размышления: несколько кассет с фонограммами, звукозаписывающий аппарат и толстый блокнот, исписанный непонятными словами.

— Вот послушайте, Алена, что здесь написано: «вехагете», «есвеелес», «охаогехаим»… «есвеелн», «геха», «веха-гете»… Ну, что вы на это скажете?

— А взгляните-ка на эти значки, — Алена протянула ему тетрадь в плотной обложке. — Это нотные знаки… Ля-си-ля-соль…

— Если это ноты, Ватсон лишен всякого музыкального слуха. Здесь нет никакой мелодии. Скорее всего — это просто шифр!

— Лейф, Лейф! Мне кажется, что на вас слишком повлияла романтика приключенческих повестей! — шутливо сказала ему Алена. — Через минуту вам все покажется загадочным. Однако на эти аппараты и блокнот стоит обратить внимание. Положите все на свои места, и лучше пойдем. Посоветоваться можем и в другом месте.

В клубе было весело. Навратил рассказывал занимательные истории Моравской Словакии — рассказы, которые передаются от деда к отцу, и от отца к сыну: о том, как Францек Пагач обманул святого Антоничека, как Ежка Несвадба чистил окна топором или как на меже, из-за которой двое крестьян судились до тех пор, пока не потеряли свою землю, каждую ночь появлялся призрак.

— Идите к нам! — смеясь, позвал Шайнер.

— Оставьте их, — хитро улыбнулся Навратил. — Вероятно, они хотят сказать друг другу что-то более важное, чем моя болтовня. Да и большинство историй они уже знают, это мои старые сотрудники, я их всегда угощаю чем-то подобным.

Алена вспыхнула.

— Пойдемте к ним! — прошептала она.

— Одну минутку! — попросил Северсон. — Только договоримся, как быть дальше.

— Следовало бы обо всем рассказать Навратилу.

— Рановато. Возможно, натолкнемся на более важные вещи. Я придумал, как проследить за Ватсоном во время работы.

— Как?

— С помощью служебного видеофона. Не знаю, как это устроить, но должно получиться.

— Ладно, ладно, а теперь — тише, на нас смотрят.

Затея с видеофоном была еще авантюрнее, чем осмотр каюты, но теперь Алена не возражала. Результаты обыска действительно оправдывали более активное вмешательство.

Осуществление плана заняло много времени: на центральной станции требовалось осуществить кое-какие изменения, позволявшие в любое время выключить индикаторную лампочку в аппарате, которым Ватсон пользовался реже всего.

Пробраться на центральную станцию незамеченными было сложно — она располагалась возле атомной электростанции, где ни Северсон, ни Алена не дежурили. Случай выдался только через несколько дней, да и то совершенно неожиданно. Северсон снова вел передачу для Земли. Алена была свободна и пришла в студию, чтобы помочь приятелю.

В репортаже, как обычно, были кадры с отдельных рабочих мест. Перед началом передачи Северсон по видеофону попросил всех членов экипажа приготовиться. Однако служебный аппарат Ватсона не работал.

— Вызывайте пока других, а я схожу на центральную станцию, посмотрю, нет ли там каких-нибудь поломок… — Алена многозначительно подмигнула Северсону и убежала.

— Все в порядке! — улыбнулась она, вернувшись через минуту. — Можем начинать передачу… и прием! — добавила она шепотом.

Оба еле дождались момента, когда можно будет начать эксперимент.

Алена прикрыла «глазок» иконоскопа плотной бумагой и набрала номер кабинета Ватсона.

Затаив дыхание, они следили за экраном. На нем появилась обсерватория. Ватсон сидел спиной к аппарату, через который за ним следили.

— Удалось! — прошептала Алена. — Сигнальный огонек не светится.

Вдруг Ватсон обернулся. Обвел взглядом обсерваторию и снова погрузился в работу.

— Как же я испугался! — с облегчением сказал Северсон.

— Не бойтесь, все в порядке. Как я заметила, по этому аппарату Ватсон почти никогда не разговаривает. Главным образом пользуется тем, что на столе.

Картина на экране не менялась.

— Сегодня, наверное, не увидим ничего особенного, лучше выключим… — предложила Алена минут через десять. — Ватсон слишком добросовестный работник и не станет пренебрегать дежурством возле исследовательского астрорадиолокатора и астрогравиметра.

Северсон уже коснулся рычажка, когда Ватсон вдруг вскочил и отчаянно замахал руками. Быстро повернул красный рубильник, который включал связь одновременно со всеми каютами:

— Внимание, внимание, опасность!.. Внимание, внимание, опасность в двадцати пяти минутах полета перед нами!.. Летим к большой туманности. Немедленно отклоняйте «Луч» вправо, в направлении созвездия Девы!

Алена страшно побледнела:

— Держитесь!

Едва она сказала это, как пол задрожал у них под ногами. Оба сильно ударились о стену, и их тела погрузились в защитные подушки.

Через несколько минут реакторы двигателей заработали на полную мощность.