Род Серлинг - Полуночное солнце (Сборник с иллюстрациями)

Норма посмотрела на ступеньки, ведущие на последний этаж.

— Вы заперли дверь на чердак? — прошептала она, чувствуя, как ужас надвигается на нее.

— Да, — поспешно ответила миссис Бронсон, потом закрыла себе рот рукой. — Нет, — поправила она себя и бешено покачала головой. — Я не знаю. Я не помню. Я думала, что закрыла.

Дверь над ними распахнулась, и Норма больше не прислушивалась. Она взяла соседку за руку и втащила ее к себе в комнату, захлопнула и закрыла дверь. Обе женщины едва дышали, услышав, что кто-то спускается вниз. Шаги остановились за дверью.

Миссис Бронсон повернулась к Норме. Она открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но девушка зажала ей рот и глазами приказала молчать.

В коридоре послышалось какое-то движение, кто-то приблизился к двери.

— Эй, — раздался мужской голос. — Кто там? Там кто-нибудь есть?

Норма почувствовала, как все ее мышцы сжались. Ни одна из женщин не раскрыла рот.

— Выходите, — сказал голос. — Я знаю, что вы там. Выходите и проявите гостеприимство.

В голосе слышалось нетерпение.

— Открывайте, я не могу торчать здесь весь день. Или вы выйдете, или я войду!

Норма, все еще держа руку у рта хозяйки, отчаянно оглядела комнату. Увидев на столике револьвер копа, она подошла и взяла его.

Она подошла к двери и прижала оружие к замочной скважине. Она взвела курок и повернулась лицом к двери.

— Вы слышали? — спросила она громко. — Это револьвер. А теперь убирайтесь отсюда. Идите вниз и выйдите через входную дверь. Оставьте нас.

За дверью послышалось тяжелое дыхание. Человек за дверью обдумывал сказанное.

— О'кей, дорогая, — наконец произнес он. — Я никогда не спорю с леди, у которой есть револьвер.

Затем послышались шаркающие шаги на лестнице, ведущей вниз, и Норма быстро подошла к окну и, вытянув шею, наблюдала за входной дверью внизу. Она ждала, но из дома никто не вышел.

— Мне кажется, он не спускался, — начала она говорить и, услышав звук ключей, быстро повернулась и увидела, что миссис Бронсон открывает дверь.

— Миссис Бронсон! — крикнула она. — Подож…

Дверь распахнулась, за дверью стоял мужчина — громадный, грузный гигант в разорванной нижней рубашке. Его лицо и тело были грязными. Миссис Бронсон завизжала и попыталась бежать мимо него. Он схватил ее за руку и швырнул в сторону.

Норма подняла револьвер, вцепившись в него, пытаясь нащупать курок. Мужчина бросился на нее, выбил револьвер и ударил ее по лицу. Боль от удара оглушила девушку. Мужчина пнул револьвер в угол, подошел к нему и поставил на него ногу. Он стоял так, тяжело дыша, глядя то на одну, то на другую женщину.

— Ненормальные бабы! Слишком жарко, чтобы играть в игры.

Черт возьми, слишком жарко!

Он наклонился, поднял оружие и осмотрел комнату. Увидев холодильник, он подошел к нему. В нем осталась одна бутылка с водой, и он с облегчением улыбнулся, взяв ее. Он закинул голову назад и пил, а вода стекала с уголков его рта и капала на пол перед ним. Когда он все выпил, он бросил бутылку в угол, где она разбилась с невообразимо громким звуком.

Он медленно шел через комнату, все еще держа револьвер, и увидел картины, которые внимательно рассматривал. Он взглянул на Норму и показал на одну из картин.

— Ты рисовала? — спросил он.

Та кивнула, не отваживаясь говорить.

— Ты хорошо рисуешь, — сказал мужчина. — Ты действительно здорово рисуешь. Моя жена тоже рисовала.

От миссис Бронсон исходил ужас.

— Пожалуйста, — стонала она, — пожалуйста, оставьте нас. Мы не сделали ничего плохого. Пожалуйста…

Мужчина уставился на нее, словно голос ее долетал издалека.

Он повернулся, снова посмотрел на картины, потом — на револьвер, точно впервые его увидел. Очень медленно он опустил его, пока револьвер не начал свободно висеть на его пальце, а потом бросил на пол. Его рот перекосился, а глаза сузились. Он подошел к тахте и сел на нее.

— Моя жена, — начал он, — моя жена рожала. Она лежала в больнице. И тогда случилось это. — Он показал в окно. — Она была… она была такая слабая, как маленький ребенок.

Он вытянул руки, словно желая подобрать нужные слова.

— Она не вынесла этой жары. Они пытались держать ее в прохладе… но она не могла переносить жару. Ребенок прожил чуть больше часа, и тогда… и тогда она тоже умерла.

Его голова опустилась, потом он снова посмотрел на них, в его глазах стояли слезы.

— Я не… я не взломщик. Я порядочный человек. Клянусь вам, я порядочный человек. Все это просто… ну, эта жара. Эта ужасная жара. И весь день с самого утра я ходил по улицам, пытаясь найти воду.

Его глаза молили о понимании, и, невзирая на пыль и пот, его лицо неожиданно стало молодым и испуганным.

— Я не хотел вас обидеть, честно. Я бы не причинил вам вреда. Вы не поверите! — Он засмеялся. — Я вас испугался. Я так же боялся вас, как вы меня.

Он поднялся с тахты и пошел через комнату, наступив на бутылочные осколки. Он посмотрел на них.

— Я… я прошу прощения за это, — сказал он. — Я просто чокнулся. Мне очень хотелось пить.

Он пошел к двери мимо миссис Бронсон. Он протянул ей руку.

Это был жест мольбы.

— Пожалуйста… пожалуйста, извините. Вы. ведь простите меня?

Он подошел к двери и облокотился о косяк, по лицу струился пот.

— Почему это не кончается? — сказал он низким голосом, почти неразборчиво. — Почему мы просто… почему мы не можем просто сгореть?

Он повернулся к ним.

— Как мне хочется, чтобы все кончилось. Больше нам ничего не остается, кроме как пережить конец.

Он вышел.

Когда Норма услышала, как хлопнула входная дверь, она подошла к миссис Бронсон, помогла ей подняться и обхватила ее голову руками, поглаживая ее, как мать.

— У меня есть сюрприз для вас, — сказала она. — Миссис Бронсон, слышите, у меня для вас сюрприз.

Она прошла через всю комнату и вытащила из общей кучи какую-то картину. Она развернула ее и держала впереди себя. Это был изготовленный на скорую руку вид на водопад, явный набросок, сделанный с отчаянием.

Миссис Бронсон долго смотрела на картину и медленно улыбнулась.

— Это замечательно, Норма. Я видела подобные водопады. Один такой находится около Итаки, в штате Нью-Йорк. Это самый высокий водопад в той части страны, мне нравится его звучание.

Она подошла к рисунку и прикоснулась к нему.

— Это чистая вода, льющаяся со скал, это чудесная чистая вода.

Вдруг она замолчала и взглянула на девушку. Ее глаза были широко раскрыты.

— Ты слышала его? — спросила она.

Норма уставилась на нее.