Кристофер Сташефф - «Если», 1996 № 01

— Добро пожаловать в Надсокор! — произнес Уриш, почесывая промежность. — Я так полагаю, ты вернулся, чтобы извиниться?

Элрик поежился. Исходивший от гулей холод пробирал до костей. Похоже, он умирает…

— Я пришел забрать то, что принадлежит мне. Мое кольцо.

— А! Кольцо Королей, верно? Помню, помню, мне что-то о нем говорили.

— Ты приказал украсть его у меня.

— Не стану отрицать. — Уриш осклабился. — Однако я, признаться, не ожидал, что Белый Волк из Имррира так легко попадется в ловушку.

— Oн ни за что бы в нее не попался, если бы тебе не помогал этот колдун-самоучка!

— Выходит, Тебе не нравятся мои гули? — поинтересовался Телеб К’аарна, которого явно задели последние слова принца.

Элрик судорожно сглотнул. Тело покинули остатки тепла, и он безвольно повис на руках отвратительных созданий. Должно быть, чародей готовил западню не день и не два, ибо так просто гулей в человеческий мир не вызовешь…

— Я умираю, — пробормотал Элрик. — Ну и ладно, наплевать…

— Не радуйся раньше времени, Элрик Мелнибонэйский, — торжественно произнес Уриш. — Я еще не вынес приговор! Слушай! Ты обвиняешься в том, что нарушил законы Надсокора и посягнул на священную королевскую сокровищницу.

Элрик смутно различил шарканье ног. Похоже, в залу начали стекаться нищие. Где Хмурник? Удалось ли ему сбежать?

— Поднимите голову этого пса! — велел своим жутким прислужникам Телеб К’аарна. — Сейчас Уриш, король всех нищих, объявит свое решение!

Ледяные пальцы схватили Элрика за подбородок и дернули вверх. Уриш поднялся, стиснул в четырехпалой руке мясницкий нож и уставил его в потолок.

— Элрик Мелнибонэйский, ты совершил множество преступлений против Подлейшего из подлых — против меня, короля Уриша, правителя Надсокора. Ты оскорбил друга короля Уриша, отъявленного злодея Телеба К’аарну, — чародей поджал губы, но промолчал, — и, кроме того, вернулся в наш город с недобрыми намерениями. Именем этого ножа, символа моего достоинства и власти, я приговариваю тебя к смерти от руки Пламенного Бога!

Набившиеся в залу нищие зааплодировали. Элрик вспомнил надсокорскую легенду: когда в городе началась эпидемия, жители Надсокора обратились за помощью к Хаосу. Они умоляли избавить их от напасти — если понадобится, огнем. И Хаос сыграл с ними злую шутку — послал в Надсокор Пламенного Бога, который спалил город дотла.

Тогда горожане воззвали к Порядку. Лорд Донблас победил Пламенного Бога и заточил его в Надсокоре, а уцелевшие жители, решив, что хватит с них Владык Вышних Миров, поспешно бежали куда глядят глаза.

— Отведите его в лабиринт, — распорядился Уриш.

Телеб К’аарна что-то сказал королю — что именно, Элрик не расслышал, он различил только ответ Уриша:

— Меч? Ты думаешь, он устоит против Владыки Хаоса? И потом, кто знает, что может случиться, если мы попробуем вынуть из ножен Черный Клинок.

Телеб К’аарна мрачно кивнул, показывая, что согласен с Уришем и громко произнес:

— Исчадия преисподней, отпустите пленника! Вы получили свою награду, а теперь убирайтесь!

Элрик рухнул на пол, но в следующую секунду его подхватили нищие.

Принц почувствовал, что его куда-то волокут, а перед тем как потерять сознание, услышал смех колдуна из Пэн-Тэнга и короля нищих.

Глава 4

Пламенный Бог

— До чего ж холодный, паразит! — воскликнул один из нищих.

Это было первое, что услышал Элрик, придя в себя. Терзавший тело лютый холод отступил — тащившие принца попрошайки, сами того не желая, поделились с ним своим теплом.

— Сюда.

Элрик заставил себя открыть глаза и обнаружил, что висит на руках нищих вниз головой. Впереди виднелся зев пещеры, на фоне которого мерцало нечто вроде шкуры диковинного животного из иного измерения.

Нищие раскачали Элрика и швырнули в сторону пещеры. Он врезался в мерцающую шкуру, которая мгновенно прильнула к его телу, словно собираясь проглотить. Принц попытался высвободиться, но ему не хватило сил.

Неожиданно он рухнул на пол пещеры и понял, что очутился в том самом лабиринте, о котором говорил Уриш.

— Боги, — пробормотал принц, — даже в снегах Лормира было теплее.

Дрожа с головы до ног, Элрир медленно поднялся и, опираясь на меч, подковылял к стене пещеры и прижался к ней спиной. Странно, от стены будто исходило тепло… Наверное, он просто-напросто слишком сильно замерз, поэтому даже камни сейчас кажутся ему теплыми…

Какая разница? Главное — можно согреться. Элрик прижался к стене всем телом.

Некоторое время спустя он ощутил, что к нему начали возвращаться силы, и облегченно вздохнул. Сделал еще один вдох, закашлялся и сообразил, что действие принятого перед тем как войти в Надсокор снадобья заканчивается. Вытер тыльной стороной ладони рот, сплюнул…

Элрик вернулся ко входу в пещеру, где по-прежнему мерцала таинственная завеса. Приложил руку, затем надавил плечом. Завеса оказалась на удивление упругой — этакая переливчатая мембрана. Должно быть, вход в пещеру запечатали Владыки Порядка после того как. заключили в ней своего врага, Принца Хаоса.

— Клянусь Эриохом, я еще покажу этому стервецу Уришу! — пробормотал Элрик, срывая с себя лохмотья, и положил ладонь на рукоять Буреэова. Клинок замурлыкал, точно кошка. Элрик обнажил меч, и тот завел свою песню, передавая хозяину силу. Принц зашипел, как от боли, поднял Бурезов над головой и широко размахнулся. — Я прорублю завесу и напущу Пламенного Бога на Надсокор! Давай, Бурезов! Да пожрет пламя этот гнусный город!

Клинок вонзился в мембрану, яростно взвыл — и застрял. Элрику пришлось приложить все силы, чтобы его извлечь.

— Если на пещеру наложено заклятие Порядка, — тяжело дыша, произнес принц, начиная размышлять вслух, — то мой клинок тут бессилен. Что ж, коли вернуться не получается, пойдем вперед. — Сжимая в руке меч, он повернулся и двинулся вдоль по коридору. Поворот, другой, третий; светящаяся мембрана исчезла из виду. Элрик протянул было руку к поясной сумке, в которой хранил трут и кресало, но обнаружил, что сумки нет — по всей вероятности, ее срезали нищие. Тогда он решил возвратиться ко входу, но понял, что не найдет в темноте дороги.

— Интересно, здесь только один выход? Может, если поискать, найдется и другой?

С этими словами принц направился дальше. Некоторое время спустя он заметил, что в пещере становится все жарче. Захотелось пить.

Коридор в очередной раз повернул — и Элрик увидел впереди свет.