Кристофер Сташефф - «Если», 1996 № 01

Бурезов запел громче. То было нечто среднее между причитанием и боевым кличем. Алые глаза Элрика полыхали огнем.

Крики, проклятия, вопли женщин, стоны раненых, лязг металла, шарканье ног, булькающие звуки, с какими клинки погружались в плоть… Элрик сражался, стиснув Бурезов обеими руками. Хмурника он почти сразу потерял из виду; оставалось только молиться, чтобы элуэрец уцелел в стычке. Шлюхи, как ни странно, и не думали убегать — стояли, прижавшись к стене таверны.

Бандиты потеряли троих или четверых, остальные начали потихоньку отступать. Они знали, что за меч в руках у Элрика и что он делает с теми, кого поражает; видели лица своих товарищей, в одно мгновение лишившихся души. А сила Элрика все возрастала и черное сияние вокруг клинка становилось все ярче. Принц засмеялся.

Его смех разнесся над Старым Хролмаром, и те, кто не спал, заткнули уши, чтобы не слышать этого демонического хохота.

— Ну, что же вы? Мой меч еще не насытился!

Один из бандитов выставил свой кинжал, рассчитывая отразить удар. Элрик с размаха опустил клинок. Бурезов рассек кинжал надвое, расколол череп, прошел через грудину — короче, разрубил бандита пополам и, жадно урча, высосал из него остаток жизненной силы. Уцелевшие бросились бежать.

Элрик отвернулся, вложил меч в ножны и начал оглядываться в поисках Хмурника.

Неожиданно ему в шею вонзилось что-то острое. К горлу подкатила тошнота. Кто-то схватил его за руку и потянул за собой. Хмурник? Нет, кажется, какая-то женщина. Что ей нужно?'

Колени Элрика подломились, и он рухнул на мостовую. Попытался позвать на помощь, но язык не слушался. Женщина по-прежнему тянула за руку, словно хотела увести в безопасное место. Но принц не мог даже пошевелиться. Все поплыло у него перед глазами…

Небо над хролмарскими шпилями стало розовым, и Элрик сообразил, что с тех пор как он сражался с бандитами, прошло несколько часов.

Над ним склонился Хмурник. Лицо приятеля выражало тревогу.

— Хмурник?

— Слава элуэрским богам! Я думал, ты умер от яда!

Элрик сел. В голоде быстро прояснялось.

— На меня напали со спины. Кто…

— Знаешь, — Хмурник смущенно потупился, — мне кажется, что те две девчонки были вовсе не шлюхами.

Элрику вспомнилось, как его тянули за руку. Он пошевелил пальцами.

— Хмурник, у меня украли Акториос! Пропало Кольцо Королей!

Принц имел в виду перстень, доставшийся ему по наследству от многих поколений предков — символ могущества Мелнибонэ, источник колдовской силы.

— Воровки, — пробормотал Хмурник. — Они с самого начала замыслили нас ограбить.

— Пораскинь мозгами. Они украли только перстень. А кошелек, в котором было немного золота, не тронули.

Элрик встал, и тут Хмурник ткнул пальцем в сторону таверны, у стены которой лежала одна из девушек.

— Я припоминаю, что она подвернулась под горячую руку кому-то из бандитов. Похоже, пролежала здесь всю ночь. Ба, да она бормочет твое имя! Боюсь, ты прав, их подослали. Какой же я дурак!

Элрик подошел к девушке, опустился на колени и осторожно погладил ее по щеке. Она открыла глаза, уставилась на него затуманенным взором и прошептала:

— Элрик…

— Кто вас послал? — спросил принц. — Кто приказал ограбить меня?

— Уриш… — Голос девушки напоминал шелест листвы. — Он велел украсть кольцо… и доставить в Надсокор…

Хмурник, присевший на корточки рядом с Элриком, поднес к губам умирающей фляжку с вином. Она попыталась пригубить, но у нее ничего не вышло. Вино тоненькой струйкой сбежало по подбородку на грудь, в которой зияла рана…

— Ты из надсокорских нищих? — поинтересовался Хмурник.

Девушка едва заметно кивнула.

— Уриш — мой давний враг, — проговорил Элрик. — Однажды я похитил принадлежавший ему свиток с заклинаниями, и он затаил на меня злобу. Может быть, он приказал украсть кольцо, чтобы расквитаться со мной. — Принц вновь повернулся к девушке. — Твоя подружка вернулась в Надсокор?

Та снова кивнула, потом ее глаза подернулись поволокой, и она перестала дышать.

Элрик выпрямился и, хмуря брови, потер палец, на котором носил перстень.

— Теперь вы в расчете, — заметил Хмурник. — Оставишь кольцо ему?

Элрик покачал головой.

— Из Джадмара через неделю отправляется караван, — сообщил Хмурник, прочистив горло. — Ведет его Ракхир из Танелорна. Предлагаю сегодня же сесть на корабль, идущий в Джадмар, присоединиться к Ракхиру и в приятной компании отправиться в Танелорн. Нам повезло, что именно Ракхир…

— Забудь, — перебил Элрик. — В настоящее время меня интересует не Танелорн, а Кольцо Королей. Этот перстень достался мне от предков. Кроме того, он не раз выручал нас. Мы поскачем в Надсокор. Если не удастся перехватить воровку по пути, придется проникнуть в город.

— Не говори глупостей, Элрик! Уриш не упустит такой возможности…

— Его трудности. Я скачу в Надсокор.

Хмурник нагнулся и принялся снимать с мертвой девушки ее украшения.

— У нас на счету каждая монета, — объяснил он, — а ведь нам надо купить коней и припасы.

Глава 3

Гули

Издалека Надсокор казался на фоне заката вовсе не городом, а кладбищем, на котором, вдобавок, царил жуткий беспорядок. Полуразрушенные башни, покосившиеся дома, зияющие дырами стены…

Поднявшись на вершину холма, Элрик и Хмурник осадили быстрых шазарианскнх коней (на покупку которых ушли последние деньги). Витавшая над городом вонь ощущалась уже и на таком расстоянии. Путники поспешили зажать носы.

— Дождемся ночи, — сказал принц. — Мне не очень то хочется появляться в Надсокоре при свете дня.

— Элрик, я не уверен, что доживу до ночи. Эта вонь меня прикончит.

Принц улыбнулся, пошарил в висевшей на поясе сумке, достал две таблетки и протянул одну приятелю. Хмурник с подозрением уставился на Элрика.

— Это что такое?

— Снадобье, которым я пользовался, когда судьба впервые привела меня в Надсокор. Оно полностью Лишает человека обоняния — правда, и вкуса тоже…

— Знаешь, в мои планы не входило отведать яства Города Нищих, — с усмешкой заметил Хмурник, — поэтому ничего страшного. — Он проглотил таблетку, и Элрик последовал его примеру.

Вонь почти сразу стала слабее. А некоторое время спустя, разгрызая черствый хлеб, которым они питались на протяжении последних дней, Хмурник сообщил:

— Я ничего не чувствую. Твое снадобье действует.

Элрик кивнул и, нахмурившись, поглядел на город. Хмурник обнажил мечи и принялся точить лезвия оселком, который постоянно носил с собой, одновременно наблюдая за Элриком н стараясь, по-видимому, прочесть мысли приятеля.