(Алексрома) Ромаданов - Оживи покойника

- Чем могу?.. - вышел дед на освещенную дорогу.

- Отпирай ворота, не то пиджак для посмертного ордена продырявлю, я псих! - взмахнул Федор пистолетом.

- Не... нет... нет ключей, - пролепетал дед, заикаясь.

- Как нет?!

- Позвонили, сказали в пруд выбросить, честное пенсионерское! - затрясся дед.

- Веди через будку!

При помощи деда Федор перетащил каталку через две ступеньки и вышел сквозь будку за территорию больницы, на дорогу, обставленную с правой стороны жилыми пятиэтажками. Не теряя времени, он начал расстегивать ремни на Ване, но тут же заметил несколько мчащихся по дороге к больнице черных "Волг" с потушенными фарами. Бежать было бесполезно... Тогда Федор вытянул вверх руку с пистолетом и высадил в ночное небо всю обойму. В окнах ближайших домов отдернулись занавески... "Рай отменяется!" - крикнул Федор из последних сил и отключился.

* ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ *

1. Тайна Белой звезды

13 декабря 1985 года. Возвращаясь с работы домой, Федор уже вставил ключ в замочную скважину, когда вдруг вспомнил, что не зашел в булочную у метро. По инерции он повернул ключ на один оборот и замер, прикидывая, как ему лучше поступить: вернуться и купить свежего хлеба или обойтись черствым, лишний раз не утруждая уставших от стояния в метро ног. После непродолжительной внутренней борьбы голод капитулировал перед ленью...

Поужинав продуктами, заготовленными специально для него родителями перед их отъездом в подмосковный пансионат, Федор побросал грязную посуду в раковину, залил ее горячей водой, чтобы отмокала, и отправился с кухни в гостиную смотреть телевизор. Он включил свой цветной "Рубин" и принялся было искать на журнальном столике "Комсомольскую правду" с программой на неделю, но тут по ушам ему ударил громкий шум помех. Он крутанул тумблер переключателя каналов - по всем программам заливались трелью на белом поле электронные цикады. "Должно быть, опять лампа перегорела, - вздохнул Федор, выключая телевизор. - Ладно, лягу спать пораньше. И так напахался за неделю, а завтра еще черная суббота".

Федор разделся, выключил свет и лег в постель. Ему не спалось, что-то мешало спать. Он открыл глаза и увидел, что комната залита серебристо-белым светом. Что бы это значило? Федор встал и подошел к окну - в лицо ему ударил слепящий ветер Белой звезды... То есть, это был, конечно, свет, но он подобно ветру овевал лицо и путался в волосах. И в этом свете Федор вспомнил все то, чего с ним не было в будущем: заманчивую адскую рекламу по телевизору, путешествие в Хелл-Сити, встречу с земляками, поход на Барабашкин, службу в спецназе, жизнь в горах, возвращение на Землю, дни, проведенные с Маринкой, розыски Вани Веревкина и, наконец, его похищение из больницы.

Вот только про Белую звезду он почти ничего не вспомнил... Разве что приснилось однажды странное существо, передавшее приказ с Белой звезды насчет устранения Царя, но мало ли что приснится, тем более в будущем, которого на самом деле не было. И тут он заметил протянувшуюся от Белой звезды к окну серебряную нить. Оставляя в воздухе светящийся след, нить описала окружность метрового диаметра... Неведомая сила затянула Федора в образовавшийся черный тоннель, и он полетел по нему навстречу белому свету.

2. Встреча на белом свете (от автора)

Давно я готовился к этой встрече - еще бы, первая в истории мировой литературы встреча автора с героем своего произведения! - но вот теперь не знаю даже, с чего начать разговор. Да и сама встреча - только на бумаге... (а теперь вот и в компьютер, ха-ха). А как же иначе, если я соткан из материи, а Федор - из моего воображения? Эх, тяжело все это! Что же сказать ему? Поздороваться, что ли, для начала?

- Здравствуй, Федор. Как долетел?

- Здравствуй, Саша. Хорошо.

- Ты знаешь мое имя? - спрашиваю я.

- Только что узнал благодаря своим экстрасенсорным способностям, - усмехается Федор. - А теперь тебя, кажется, зовут еще и Алексромой. Скажи, зачем тебе все это понадобилось?

- Что "это"?

- Отправлять меня в Хелл-Сити, водить за нос по Барабашкину, подрывать на гранате, лишать памяти, превращать в монстра, забрасывать в прошлое и разбивать там голову?

- Ну... Я ведь не только "водил за нос, подрывал и лишал", одним словом, делал тебе не только пакости, но и что-то приятное: потчевал деликатесами, поил дорогими винами, подкармливал во время всеобщего голода... И потом, я здорово помогал тебе в ущерб достоверности.

- Помогал? - удивляется Федор.

- Конечно, - невозмутимо отвечаю я. - Кто подсунул тебе в маринкином доме фотографию ее подруги, которая навела тебя на след? Кто подложил листок с ваниным адресом под сейф? Кто открыл окно в палате Кузьмы Кузьмича? Кто тебя сотворил, наконец, если у тебя даже папы с мамой нет, одно о них упоминание?

- Тогда скажи, зачем ты меня "сотворил"? - ловит меня на слове Федор.

- Этого я и сам не знаю, - признаюсь я. - Надо мной ведь тоже есть своя звезда, но она мне ничего не объясняет, как я тебе...

- С этого и надо было начинать, - заявляет Федор. - Теперь я вижу, что с тобой говорить бесполезно, придется дойти до твоей звезды и там во всем разобраться.

- Как это ты дойдешь?! - удивляюсь я.

- Очень просто. Книга окончена, теперь я тебе не подчиняюсь и волен идти куда захочу, не так ли?

- Ты куда? - кричу я ему вслед.

- На свободу, - уходит Федор.

3. Падение Белой звезды

- Да-а-а, - чешу я в затылке, оставшись наедине с самим собой, - выдал я экспромтик! Похоже, теперь мы поменяемся ролями, и этот некогда послушный персонаж будет писать сценарий моей дальнейшей жизни, а потом еще и переписывать его задним числом после моей смерти. Остается одно: отправиться за ним, пока книга еще не совсем закончена, и попробовать договориться. Можно, конечно, вернуться назад и исправить уже написанное, но... рука не поднимается. Нет, только вперед!

Как же мне за ним отправиться? Похоже, нет другого выхода, кроме как устроить падение Белой звезды, чтобы опуститься на ней в придуманный мною мир (хотя, по правде говоря, придуманного в нем мало).

Итак, падение Белой звезды... Я быстро опускаюсь, наблюдая стоящих внизу людей с поднятыми лицами, озаренными ярким светом падающей звезды. Они не видят меня в ее слепящем свете, но зато я хорошо, как на четкой и контрастной фотографии, вижу их всех: Горячина, Сыткину, Зарудного, Малишина, Сонечку-Мармеладку, Шуряка, Павло, Томку-Котомку, Таню, Царя, Горячина-майора. Маринку, Бонифация, Ваню Веревкина и, конечно же, Федора. Белая звезда достигает поверхности, на которой они стоят, и разливается по ней ярко-белым туманом. Я стою в этом непроницаемом световом тумане и ничего вокруг себя не вижу. Нет, так не годится, сейчас мы это исправим... Туман концентрируется в искрящиеся облака, которые легко отрываются от земли и плавно поднимаются вверх. Прямо-таки северное сияние, только бесцветное...