Сергей Сазонов - Эликсир Любви

- Я не буду платить штраф, - неожиданно заявила Соня.

- Тогда покиньте вагон! - наконец-то настал звездный час для Худой. Теперь она могла в полной мере отомстить строптивой пассажирке.

- И выходить я не буду. - Также спокойно ответила Соня.

- Милицию вызвать? - Выложила основной козырь ревизорша.

- Хоть кого. У меня есть билет на багаж.

В руке Сони появился бумажный квадратик, который она издали, показала ревизорам. Алексей оторопел: он-то думал, что придется платить штраф, да еще и униженно извиняться.

- А, что ж вы мне голову морочите целый час, дамочка, - задохнулась от возмущения худая ревизорша.

- Да, почему изгаляетесь? - Вставила ее напарница.

- Вы думаете, мне одной противно видеть перед собой царьков в форме. Спросите любого, от Вас всех тошнит.

- Это кто царьки?

- А кто пять минут назад мешал с грязью женщину с ребенком? Ради чего? Настроение плохое? Нам, пассажирам, нет никакого дела до Ваших проблем с климаксом. Если Вы срываете свою злость на людях, Вам не место в сфере работы с людьми. Я не поленюсь сообщить о Вашей грубости руководству. Свидетелей у меня целый вагон.

Сидящие в округе зааплодировали девушке. Под улюлюканье проводили ревизоров из вагона. Худая напоследок обернулась на Соню со злым прищуром. Соня в ответ показала ей записную книжку, куда занесла фамилию ревизорши.

- Слушай, я поражен, - Повернулся к девушке Алексей, - Ты так держалась!

- Меня этому учили на курсах. Помнишь, я рассказывала тебе? - Улыбнулась Соня, - В том-то вся беда: сталкиваясь с такого рода хабалками, человек чаще терпит поражение, потому, что с трудом может совладать с собой. Не у каждого хватает выдержки поставить хама на место, не нагрубив в ответ.

До конца пути ничего больше занятного не произошло. К половине четвертого народ в вагоне засуетился. Еще не показался пригород, а по своим, местным признаком, пассажиры знали, что подъезжают. Особо нетерпеливые потянулись к выходу. В вагонном окне мелькнули частные домики за голой посадкой, затем шоссе с закрытым шлагбаумом. Поезд на повороте сбавил ход и неожиданно сразу подкатил к платформе с небольшим вокзалом. Тут уж поднялись все и заспешили на выход.

- Приехали, - Сказала Соня.

Алексей снял сумку с верхней полки. Она оказалась достаточно тяжелой.

- Что в ней? - Не удержался от любопытства он.

- Продукты и гостинцы маме. Давай помогу.

- Справлюсь, - Алексей хотелось выглядеть героем.

- Тогда я возьму твой портфель. Пойду вперед, поищу такси и носильщика. Без него нам не обойтись.

Относительно носильщика Соня оказалась права. Алексей бодро вынес сумки из вагона, уже с меньшим энтузиазмом потащил их по платформе. Тяжелая ноша быстренько сбила молодецкий запал. Пока он добрался до выхода с платформы, пришлось несколько раз останавливаться и переводить дух. Там его встретили Соня и разбитной таксист, который, желая покрасоваться перед девушкой, перехватил одну из сумок у Алексея. Разгруженный наполовину, но уже подуставший, Скворцов еле поспевал за водителем. Слава богу, машина его стояла не так далеко, и пытка сумками для Алексея вскоре закончилась. Они погрузились в такси и поехали.

Из окна автомобиля Алексей мало что разглядел. Улицы как улицы, с типовой застройкой разных времен. Обычный городок, где многоэтажками называют хрущевки в пять этажей. Никакой речки Алексей не заметил, из чего заключил, что возник городок по прихоти коммунаров, как довесок к крупному промышленному предприятию.

Минут за десять добрались до Сониного дома. Дом оказался обычной пятиэтажкой, стоящий в стороне от центральной улицы. Таксист подвез их прямо к подъезду. Выгрузились они под любопытными взглядами трех старушек, что топтались неподалеку. Дворовые моралистки подтянулись поближе, разглядеть: "Кто приехал? Что привез?" Соня приветливо поздоровалась с бабульками. Те, узнав девушку, заулыбались и тут же переключили внимание на Алексея. Более достойного повода для пересудов у них давно не было. Скворцова "дворовые прокуроры" мало беспокоили - здешние сплетни до его тещи никак дойти не могли. Не обращая внимания на их прицельные взгляды, он подхватил поклажу и пошел вслед за Соней.

Подтащив сумки к ее квартире, Алексей невинно спросил:

- А гостиницы в вашем городе имеются?

- Имеются, - лукаво ответила Соня, открывая дверь, - Целых две.

Алексей втащил осточертевшие сумки в прихожую.

- Мам?! - прокричала Соня в квартиру.

Ответом была тишина. Алексей потоптался на месте. Соня скинула дубленку и обернулась к нему:

- Чего стоишь? Раздевайся.

Скворцова не было нужды приглашать дважды. Раздеваясь, он не обнаружил по прихожей следов другого мужчины. Кошачьего запаха тоже не чувствовалось. Он был абсолютно убежден, что кошки - спутники одиноких людей. По всем приметам выходило, что мама проживала одна. Соня рассказывала, что в ее судьбе отец присутствовал только биологически. "Хотелось, чтобы у мамы-одиночки бзики оказались безобидными" - подумал Алексей. Он прошел в комнату, огляделся. Обстановка в квартире осуществляла стандартный набор-мечту законопослушного гражданина: мебельная стеночка, ковер и телевизор, да еще диван с креслом. Повсюду порядок, словно их приезда ожидали. Чистота такая, что надумай Скворцов заглянуть на шкаф, то и там не обнаружил бы пыли. "Вот он, "пунктик" мамочки, - умозаключил он, - не из самых ужасных. Остается надеяться, что к гостю то не будут предъявляться гипертрофированные требования".