Александр Арбеков - Призрак и леший

— Обойдёшься! Не умрёшь! — гневно воскликнула женщина и затопала ножками. — И вообще, я требую немедленных, полных и ясных объяснений с твоей стороны!

— Ох, подожди маленько, дай оклематься старому и немощному человеку.

Я во время этого диалога с трудом встал с пола, подковылял к поверженному врагу, болезненно постанывая, наклонился над ним и с удовлетворением увидел, что из всех выпущенных мною пуль две всё-таки попали Майклу в грудь, а одна в ногу. В связи с тем, что в области груди отсутствовали какие-либо следы крови, я пришёл к закономерному выводу о том, что противник подстраховался и тоже надел бронежилет.

Так, ранение в ногу сквозное. Прекрасно. Почему же он так долго не приходит в сознание? Ах, да… У меня пистолет крупнокалиберный, удары от его пуль намного чувствительнее, чем от пуль маленького, почти дамского пистолета противника. Так, медлить нельзя! Я порылся во внутреннем кармане костюма Майкла, с удовлетворением обнаружил там ещё одни наручники, надел их на руки врага, отбросил его пистолет подальше в сторону, немного отошёл от предполагаемого сотрудника ЦРУ, снова лёг на спину и стал задумчиво смотреть в потолок.

— Барбара!

— Да, слушаю.

— Чего ты ждёшь? Быстро перевяжи ногу этому злодею.

— Сейчас.

— Ох, ах, ух… — продолжал гнусавить Леший.

— Призрак, ты как себя чувствуешь? — чуть позже заботливо спросила неслышно подошедшая Барбара и нежно погладила меня по щеке. — Ты уж извини меня за то, что я на тебя накричала. Нервы, нервы… О, как было тихо, уютно и спокойно в этом доме раньше. Здесь я каждый раз набиралась сил и жизненной энергии на очень долгое время. Ну а что творится сейчас? К чему и зачем всё это безумие?! Почему всё так изменилось?

— Война в разгаре, вот что, — раздражённо проворчал Леший, неловко наливая самогон в рюмку.

— Барбара, ну а где же твой поцелуй, в очередной раз заслуженный героем? — улыбнулся я.

— Получай его, мой милый, — Барбара крепко и страстно припала к моим губам.

— Так, я готов совершить сейчас же ещё какой-нибудь подвиг! — едва не задохнувшись, произнёс я.

— Призрак, как бы мне снять эти чёртовые наручники? — раздался раздражённый голос Лешего.

— А вон ключик на столе лежит, — ответил я, нехотя поднимаясь с пола и подходя к абсолютно неподвижному Майклу. — Что-то наш приятель не подаёт признаков жизни, странно.

Как только я снова наклонился над мужчиной, он вдруг резко перевернулся на живот, помогая себе скованными руками, а потом, несмотря на ранение левой ноги, резво вскочил, прыгнул на меня и, целясь в пах, нанёс молниеносный и мощный удар правой не раненной ногой. Ничего себе! Я, инстинктивно и мгновенно присев, успел жёстко блокировать удар скрещенными руками, а затем изо всех сил врезался головой в солнечное сплетение противника. Раздался громкий утробный звук, Майкл согнулся, беспомощно хватая ртом воздух. Я нанёс ему два резких боковых удара руками, после чего мужчина рухнул на пол и застыл на нём почти бездыханно.

— Браво, браво! — раздался торжествующий голос Лешего, который заканчивал аккуратно наливать себе самогон. — Вот видишь, былые навыки в тебе возродились, так держать, молодец!

— Всё, с меня довольно! — рявкнул я, подходя к столу, и вырывая из рук Лешего рюмку.

— Да что же ты расплёскиваешь этот нектар, — возмутился старик. — Последняя порция, однако.

— Последняя, значит последняя, — буркнул я и выпил самогон, потом соорудил большой бутерброд и жадно впился в него зубами.

— Ну и гад же ты!

— Выполните одну мою просьбу, уважаемый аксакал.

— Какую? — насторожился Леший.

— Пожалуйста, наденьте вон тому опасному и продуманному типу ваши бывшие наручники на ноги, дабы чувствовали мы себя впредь в полной безопасности, — усмехнулся я. — И посадите его на диван. Допрос сейчас чинить будем по всей строгости военного времени. Барбара, смени ему повязку. Это надо же, будучи хромым и раненым в ногу, вытворяет такие кульбиты! Поразительно, вот это парень! Молодец!

— Да, довольно шустрым оказался наш злодей.

— И так, что мы будем делать дальше? — мрачно произнёс я. — Вам не кажется, друзья мои, что слишком много пленных у нас накопилось? Куда же их всех девать? Данную проблему следует решать как можно быстрее и кардинально.

— Ты прав, — почесал голову старик. — По поводу Агента, Лейтенанта и Шерифа я не особенно беспокоюсь. Есть у меня в отношении них одна идея.

— Ну-ка, ну-ка!

— Допросим двоих оставшихся оборотней. Чистосердечные показания их, как это уже сделано в отношении Шерифа, будут зафиксированы. К ним мы приложим видеозаписи, снятые ранее, полностью изобличающие этих типов. Отпустим сволочей на волю, предварительно объяснив им, что в случае, если с нами или с нашим имуществом что-либо произойдёт, то соответствующие материалы сразу же попадут в руки руководства ФБР, ЦРУ и в прессу. И получим от оборотней заверения, что в случае крайней необходимости мы вправе ждать от них любой помощи и всяческого содействия.

— Всё это хорошо. Но как они выйдут из дома? Всё вокруг просматривается и охраняется.

— Я найду способ вывести их наружу незаметно, не волнуйся, этот вопрос я решу, — усмехнулся старик.

— Ну, а как они объяснят своё внезапное исчезновение и то, почему так долго не выходили на связь? — спросила Барбара.

— Ха, ха! Да пусть объясняют, как хотят, это совсем не наши проблемы, а их, — сказал я. — Один из возможных вариантов оправдания — внезапное похищение наших героев какими-то неизвестными злодеями в масках, последующие допросы с применением пыток.

— А кто из нас оборотней пытать будет? На телах должны остаться соответствующие следы, — кашлянул старик.

— Да пусть сами себя поколотят, так, щадящее. А есть ещё один вариант. Можно обойтись без побоев. Дадим мы нашим Янусам Двуликим сыворотку правды, чтобы потом её эксперты в крови героев обнаружили. Это будет свидетельствовать о каком-то зловещем заговоре со стороны тайных, могучих и крайне враждебных сил.

— А что произойдёт потом, ну после их внезапного похищения и допросов? — поинтересовалась Барбара. — Почему и каким образом эта троица останется в живых?

— Что, что… — задумался я. — Чудом освободятся наши мужественные служители закона из лап террористов. Ну, сбегут, или произойдёт что-то в этом роде. Придумают какую-нибудь более-менее убедительную версию, никуда они не денутся.

— А вот меня на сегодняшний момент очень сильно напрягает ситуация с так называемым сотрудником ЦРУ, — тяжело вздохнул Леший. — Ну, допросим мы его, это понятно. А что потом? Вокруг дома кишмя кишат правоохранители, сопровождавший его лейтенант скоро о нём вспомнит, по рации начнёт вызывать или припрётся в дом. Ума не приложу, что делать с этим живчиком! Ведь в трубу он не вылетит, не испарится, не исчезнет просто так. Если его просто отпустить, то он нас наверняка выдаст, а потом продолжит преследовать.