Филип Дик - Глаз в небе

— Может, и важно! В чем дело?

Марша посмотрела на мужа:

— Я не боюсь — пусть уж все знают. Если Чарли так хочется поднять всю муть со дна.

— Называйте как угодно. Пусть даже и «муть». Все равно надо обсудить, — упрямо гнул свое Макфиф. — От этого зависят наши жизни.

— Маршу обвинили, что она якобы коммунистка. — Голос Джека дрогнул.

— Донос обнародовал Макфиф. Разумеется, абсурд полный.

Лоуз поскреб подбородок, пожевал губами, раздумывая.

— Вещь довольно серьезная. Нет особого желания очутиться в очередном кошмаре.

— А ты и не очутишься, — заверил его Гамильтон.

Гримаса исказила темнокожее лицо Лоуза, будто ему только что врезали под дых.

— Однажды ты уже подставил меня, Джек.

— Я сожалею.

— Не стоит. Наверное, ты был прав. Я недолго бы наслаждался ароматами мыловарни. Но… — Он пожал плечами. — Но в принципе ты редкостная сволочь. Прежде чем мы выберемся… — Он оборвал себя:

— Ладно, хватит о прошлом. Надо думать о том, где мы сейчас. Нас тут явно не клубникой собираются кормить.

— Погоди, осталась одна вещь…

— Что еще?

— Спасибо, что вытащил меня.

Лоуз кисло улыбнулся:

— Все в порядке. Вид у тебя был неважный, когда ты там сидел на ступеньке. Я в любом случае спустился бы, даже если б точно знал, что меня ожидает. С той мерзостью внизу одному не справиться.

Марша поднялась и направилась в кухню, бросив на ходу:

— Я поставлю кофе. Кто-нибудь хочет есть?

— Я здорово проголодался, — сразу отозвался Лоуз. — Мчался сюда прямо из Сан-Хосе, когда исчезла мыловарня.

— Что осталось на ее месте? — не без сарказма спросил Джек, когда все побрели на кухню вслед за Маршей.

— Что-то непонятное. Похожее на инструментальный завод. Щипцы, пинцеты, все звякает и блестит, как в хирургическом кабинете. Я прихватил пару штук посмотреть на досуге, но так ничего и не понял.

— Несуществующие изделия?

— По крайней мере, несуществующие в подлинном мире. Вероятно, мисс Рейсс видела нечто подобное издали, но не смогла толком разглядеть.

— Орудия пыток, — предположил Джек.

— Очень может быть. Я бежал оттуда, как кот с наскипидаренной задницей. Пока не догадался сесть в автобус.

В это время, встав на невысокую стремянку, Марша открывала кухонный шкафчик над раковиной.

— Что скажете насчет консервированных персиков?

— Чудесно! — ухмыльнулся Лоуз. — Все что пожелаете.

Когда Марша: сунула руку в шкафчик, оттуда вывалилась банка и острым ребром ударила ей по ноге. Задохнувшись от боли, Марша соскочила со стремянки. Загремела вторая банка, на миг задержалась на краю шкафчика и упала… Выгнувшись в сторону, Марша едва увернулась от импровизированного снаряда.

— Закрой шкаф! — закричал Джек, бросаясь на помощь. В каком-то невероятном прыжке он умудрился одним махом захлопнуть обе дверцы. Стало слышно глухое биение металлических банок о деревянные створки; и стук этот прекратился не сразу.

— Случайность, — бездумно высказалась миссис Притчет.

— Если рассуждать рационально, — спокойно проговорил Лоуз, — то подобное может случиться с кем угодно.

— Вы забыли — это не рациональный мир, — напомнил Артур Сильвестр.

— Это фантазм мисс Рейсс.

— Да, — согласился Джек, с трудом сдерживая охватившую его панику. — Случись с ней такое, она не сочла бы это случайностью.

— Получается, все вышло преднамеренно? — жалобно спросила Марша, потирая место ушиба. — Чтобы банка персиков… Джек поднял банку и поднес ее к механической открывалке, встроенной в стену.

— Нам надо быть начеку. Теперь от самых безобидных предметов следует ожидать пакости. Вещи будто мстят нам.

Едва сунув в рот большой аппетитный персик, Лоуз с перекошенной физиономией отпрянул от тарелки:

— По-по-нятно.

Джек осторожно попробовал свою порцию… Вместо обычного мягкого вкуса консервированных фруктов язык обожгла какая-то дрянь, отдающая металлом. Джека замутило, на глаза навернулись слезы. Он выскочил из-за стола к раковине и подставил губы под струю холодной воды.

— Кислота!..

— От-рава. — Лоуз сидел с открытым ртом, как ворона, проглотившая шуруп. — З-з-значит, тут еще и ядами все пропитано. Понятно…

— Может, стоит провести инвентаризацию, — вымученно предложила миссис Притчет. — Посмотреть, как теперь себя ведут вещи.

— Это идея, — согласилась Марша. — Тогда можно не опасаться веселых сюрпризов.

Она с трудом надела туфлю на ушибленную ногу и, хромая, подошла к мужу:

— Железки и деревяшки зажили собственной жизнью. И у них одно желание — вредить…

Компания отправилась обратно в гостиную. Там их поджидал еще подарок — погас свет.

— Вот, — сказал тихо Гамильтон, — очередная случайность. Перегорели лампочки. Может, кто-нибудь хочет пойти заменить? Отважных не оказалось.

— Пусть остается так, — решил Джек. — Не стоит возиться. Завтра днем я этим займусь.

— А если опять перегорят? — спросила Марша.

— Хороший вопрос, — признал Джек. — Только ответ на него найти будет трудно. Наверно, придется срочно разыскивать свечи. Или полностью автономные источники света вроде батареек и зажигалок.

— Бедная сумасшедшая, — пробормотала Марша. — Подумать только, всякий раз, когда в доме гаснет свет, она сидит впотьмах и ожидает прихода чудовищ. А в голове крутится: «Заговор… заговор… заговор…»

— Примерно как мы сейчас, — уныло заметил Макфиф.

— Но это и есть заговор, — проворчал отдышавшийся Лоуз. — Мир свихнувшейся дуры. Здесь, когда гаснет свет… В полутемной гостиной, как удар бича, хлестнул по нервам телефонный звонок.

— Ага, это нам для полного комплекта! — оскалился Джек. — Что, по-вашему, она воображает в таких случаях? Лучше бы нам знать заранее: что значит для параноика телефонный звонок?

— Это зависит от личности параноика, — ответила Марша.

— Очевидно, что в данном случае звонок должен завлечь ее в неосвещенную комнату. Поэтому мы остаемся на месте. Они стали ждать. Вскоре телефон умолк. Компания облегченно вздохнула.

— Может, остаться здесь? — Лоуз сделал круг по кухне и вернулся к столу. — Это нам не повредит: тут хорошо, уютно… ' — Да, уютная и неприступная цитадель, — мрачно пошутил Джек.

Марша попыталась поставить вторую банку персиков в холодильник, но агрегат не желал открываться. Женщина растерянно дергала ручку, придерживая банку возле груди, пока Джек не подошел и не попросил жену прекратить делать глупости.

— Я просто нервничаю, — вяло отозвалась Марша. — Тут что-то заело, это бывает.