Андрей Аливердиев - Всем оставаться на своих местах

— А, кстати, где они сейчас? — спросила Марина, выводя меня из омута дум и воспоминаний. И действительно, как-то весьма вовремя они оставили нас наедине.

— Появятся в самую неподходящую минуту, — ответил я, возведя глаза к небу.

И, несмотря на то, что, зная характер своих друзей, я ни на секунду не сомневался, что именно так и произойдет, наступление этой самой неподходящей минуты я откладывать не стал.

***

С Мариной мне повезло исключительно. Буквально на днях у нее произошел разрыв с бывшим бойфрендом, а я был вполне в ее вкусе, и попался на пути как нельзя кстати. Думаю, к этому приложили руку и мои опекуны. То есть не к разрыву с бойфрендом, конечно, а к тому именно какую машину мне выпало остановить, так это — вне всякого сомнения. Во всяком случае, то, что краля сия была чертовски похожа на Кристину (мою последнюю земную, так сказать, подружку: мне всегда особенно нравились нордические женщины), так это Яша, полетевший тогда выбирать машину, не узреть не мог.

Как это не странно, появились мои друзья только к утру в изрядно потрепанном виде и шкодливым блеском в глазах.

— А ты еще спрашивал, чем это они занимаются, если нам мешать не пришли! — вырвалась у новой Марины, лишь только сладкая парочка коснулась ее взора.

— И это хранитель с искусителем! Ай-ай-ай! А если бы меня убивали?

— Ну, это ты хватил. Это я что ли? — моя Марина почти обиделась.

— Вот-вот! — поддержал ее Яша. — А мы, между прочим, только под утро в постель завалились.

Марина влепила ему подзатыльник, хотя и без этого все было понятно.

— А практически всю ночь мы тебе «крышу» искали, — сказала она, недовольно надув губки.

— И деньги, — добавил Яша.

— И как, нашли?

— Будешь итальянцем аргентинского происхождения. Многие из них, как и ты не знают итальянского.

Я не знал, куда себя деть от злости.

— Ты погнал, братан. Итальянского они и в правду не знают, но вот чтобы аргентинец не знал испанского — в это таки никто не поверит, а вот проверить могут. Рожа у меня, уж больно ненадежная.

Это было правдой. Хотим мы этого или не хотим, то та жизнь, которой мы живем, накладывает на нас практически неизгладимый отпечаток. И американец всегда сильно отличается от немца, даже если они оба одеты в одинаковую одежду китайского производства. Мимика, движения — все другое, и если сезон охоты открыт, то чужой выкупается без проблем. Я же прожил в Аду десять лет. Так что на моей физиономии это было уже написано такими аршинными буквами, что спрятать сие не было никакой возможности.

— Ну, уж извини, кого нашли — того нашли, — «небесная» Марина фыркнула и развела руками.

Я взял итальянский паспорт.

— Ладно, — махнул рукой я. — Кем же это был этот несчастный Мигель Анхель или Микеле Анджело (вот ведь имя для вчерашнего демона!) Риччи? И как это он отправился туда, откуда до последнего времени обычно не возвращались?

Сидящая рядом Марина располагала к витиеватостям речи. Хотелось таки выглядеть еще более нетривиальным в этих воистину прекрасных голубых очах великолепной представительницы кавказской расы.

Яша с «ангельской» Мариной переглянулись.

— Вы, это, случаем, его не того?.. — мои глаза расшились.

Не хватало еще прямого криминала. Ведь непосредственное участие потусторонних сил в земных делах крайне жестко лимитировалось начальством, и уже легитимность нашей троицы Ангел-Демон-Подопечный балансировала на грани фола.

— За кого ты нас принимаешь! — гневный голос Марины звучал так, словно я обматерил святую святых.

— Что ты, Рихард, на это даже я со своим афганским опытом бы не решился, — срочно ответил Яша. — Это была какая-то внутричеловеческая разборка. Кажись, задолжал он кому-то, вот его по поезд и толкнули. Америка — весьма криминальная страна, если ты не знал. А мы просто документы прихватизироли. Ну и там немного фото его в соответствие с твоей персоной подвели.

— На счету у него, правда было всего ничего, — дополнила Марина. — Но эта проблема уже решена. Можешь считать кредит безразмерным.

— В приделах разумного, конечно, — на всякий случай дополнил Яша.

— В каких таких приделах? — не мог не уточнить я.

— Ста штук тебе хватит? Больше пока нельзя. Проблемы могут быть. Но за год несколько лимонов сделаем.

— Не хило! — отозвалась Марина. — А мне за доброту к подопечному помочь можете?

— Могут! — ответил я, не взирая на протесты «опекунов». — И помогут.

— Ладно, поможем, — резюмировал Яша. — Мы же, в конце концов, твои опекуны. Ты сам-то как, успокоился? Не такой уж плохой вариант этот итальянец. Не американец, так что акцент по боку. Ну а если проблемы возникнут, мы поможем. А там, глядишь, какой другой случай представится.

Я кивнул, и уже хотел было спросить своих опекунов «не пора ли им пора», но тут Марина задала весьма хороший вопрос:

— Вот я вижу вас обоих, но ведь и у меня есть свои хранитель с искусителем?.

— Однозначно есть, — ответил Яша. — Мы их даже видим. Нуднейшие типы, честное слово!

Я оных товарищей практически не видел (разве что легкие контуры вибраций), но готов быть поверить на слово. Большинство представителей этих отделений, особенно из перворожденных были весьма серыми личностями.

— Но ведь я их не вижу. Рихард, кажись, тоже, и вообще всяких штучек они не выделывают. — Не унималась Марина.

— Но ведь ты не проходила спец. демоническую подготовку? — спросила ее ангельская тезка.

— И твои хранитель с искусителем не были знакомы раньше и не питают друг к другу никаких теплых чувств. — Подхватил Яша.

— То есть?

— То есть, — резюмировала «ангельская» Марина, — для того, чтобы получилось, как получилось, необходимо было: первое, чтобы подопечный был знаком хотя бы с основами концентрации.

— Это только первое, но не достаточное условие, — продолжал Яша. Таких уже довольно много. Второе, и главное, чтобы хранитель с искусителем не противодействовали друг другу, а наоборот сотрудничали. Тогда для материализации им как раз не хватает лишь концентрации подопечного. То есть, нужна сила трех. А это уже ситуация исчезающе редкая. Так что тебе, Рихард, исключительно повезло!

— Я понял, — наконец подключился к разговору я. Таки приятно, когда роль задающего глупые вопросы дилетанта кто-то любезно взял на себя.

— Я тоже, — моя Марина переглянулась со мной. — А как насчет меня?

— То есть? — на этот раз переспросила ангельская тезка.

— То есть вы тут сейчас болтаете, а как же мои хранитель с искусителем. Наверное, строчат каждый в свое ведомство. И вам мало не покажется несмотря на эту самую силу трех.