Эллен Гуон - Да услышит нас Господь

– К каким именно? — поинтересовалась доктор Гарфинкл. Это было не простое любопытство.

– Уж не хотите ли вы овладеть новыми языками? — осведомилась Джонсон.

– Учиться надо всегда, мисс Джонсон, — сказала доктор Гарфинкл. — Всегда!

Повисла неловкая тишина. Я продолжила:

– Значит, так… Начинала я с «Альфы-плюс» — системы, используемой на современных кораблях для космической навигации. Созданный на ее основе искусственный интеллект очень мощный: даже тех, кто его программирует, он оставляет позади. Потом был «Паскаль-Композит»…

Две недели без неполадок в системе… Две недели ожидания катастрофы. Две недели обеденных перерывов в обществе доктора Гарфинкл.

Пообедав с ней в первый день, я как бы случайно оказалась рядом с ее кабинетом на следующий. Потом это вошло в привычку.

За обедом мы с ней говорили обо всем на свете. Вернее, сначала говорила она, я только слушала. Она рассказывала, как управляется с нашей древней системой, о своих прошлых проектах, о детях, внуках, новой колонии, планах на будущее.

Потом она стала задавать мне вопросы: о семье, учебе, жизни на станции. Я не могла не отвечать и стала разговаривать с ней о том, что не обсуждала уже много лет. О том, как родители хотели забрать меня с собой в колонию и как я отказалась. О годах учебы, о тренировке ума, в которой все равно чувствовался какой-то изъян. О жизни на станции, где всегда было скучновато. Все изменилось только две недели назад.

Правда, она все равно говорила куда больше меня. Однажды за ланчем, слушая, как она расписывает предстоящее путешествие, я не выдержала:

– Я буду скучать без вас!

– Неужели? — Она посмотрела на меня поверх своих древних очков.

– По словам Джонсон и Смитти, работа системы улучшается. Теперь желтые предупредительные лампочки загораются реже, чем в предыдущие месяцы, даже годы! Вы так хорошо поработали!

– Я научила систему смотреть в будущее, — сказала она, поправляя под платком седую прядь. — Думать о возможных неполадках и быть к ним готовой. Обновляя себя, она будет информировать вас об этом и сообщать об изменениях. Теперь прежняя ситуация, когда сочетание множества последовательных поправок разрушало систему, не повторится. — Она улыбнулась. — Понаблюдаю еще несколько дней, и работе конец.

– Не может быть! — воскликнула я. — Я думала, это займет гораздо больше времени, может быть, месяцы… — Я покачала головой. — Как же мне будет вас не хватать, доктор Гарфинкл! И не только потому, что вы достигли таких поразительных результатов, но и потому, что я наслаждалась беседами с вами. Обычно мне не очень-то везет на интересные встречи.

– А как же колонисты, которые проходят через вашу станцию? — удивилась доктор Гарфинкл. — Ведь их тут еженедельно бывает по несколько тысяч! Почему бы вам не найти подходящего собеседника?

– Это вряд ли, — пробормотала я, представляя безликую толпу. Мне никогда не хотелось с ними общаться. — Я только и делаю, что смотрю, как люди улетают, — сказала я тоскливо. Увидев мигание лампочки на пейджере, я включила голосовую связь. — Форрестер слушает.

– Босс! Джонсон на связи. На пультах началась какая-то свистопляска. Скорее сюда! Я вскочила.

– Простите, мне надо вернуться в Центр управления.

– Я с вами, — заявила доктор Гарфинкл, вставая. Мы поспешили по лабиринту коридоров в шумный Центр и остановились перед Креслом, где несла вахту Джонсон, таращившая глаза на мониторы. Я невольно покосилась на аварийную кнопку — ярко-красный пластмассовый кружок.

– Взгляни-ка, босс, — сказала мне Джонсон. — Система выкрутасничает с самого утра: поднимает давление в баке с углекислым газом рядом со шлюзом пятнадцатого сектора. Какая-то бессмыслица!

– Может быть, там происходит еще что-нибудь? Джонсон покачала головой.

– Ровно ничего. Разве что доклад транзитных пассажиров из пятнадцатого сектора о боли в ушах и медленном росте давления во всем секторе.

– Какое давление?

– Ненамного больше обычного. Я не обратила внимания: опасным повышением и не пахнет. — Она указала на экран, — Но этот бак — другое дело. Здесь явное нарушение обычных параметров. Опасности еще нет, но все равно очень странно. Похоже, компьютер снова ошибся… — Она оглянулась на доктора Гарфинкл, стоявшую рядом со мной, и осеклась.

– Держу пари, что дело не в этом. — Я немного поразмыслила — и по спине пробежал холодок. — Этот бак и шлюз расположены в непосредственной близости от цистерн с растворителем. Кто-нибудь занимался цистернами в последние дни?

– Харрис проверял, хорошо ли они изолированы, но не обнаружил никаких отклонений…

– Немедленно зови Харриса! Что находится позади цистерн?

– Учебные классы транзитников. По пятнадцать колонистов-дошкольников с воспитателями в каждом отсеке. Чуть погодя Харрис крикнул через комнату:

– Цистерны с растворителем в полном порядке. Это наверняка сбой компьютера.

– Ничего подобного, Харрис! Немедленно выслать туда человека в защитном скафандре! — На пульте опять замигал желтый сигнал. — Опасность сбоя в системе, сектор пятнадцать. Приготовиться к экстренной эвакуации из прилегающих помещений. Причина — угроза разгерметизации.

– Спокойнее, девочка, — прошептала доктор Гарфинкл. — Паника ничего не даст.

– Конечно, конечно… — Мои пальцы бегали по пульту. — Какое давление в баке с углекислым газом, Джонсон?

– Растет, но еще не достигло опасного предела.

– Хорошо. Давай выведем оттуда детей.

На пульте опять замигала лампочка: сначала оранжевым, потом ярко-красным светом. Только не это!

– Размыкание внешнего замка на шлюзе! — Я потянулась к аварийной кнопке. — Уступай Кресло, Джонсон!

Как только завыла сирена, Джонсон вскочила.

– Беру на себя второй пульт жизнеобеспечения! — доложила она, кидаясь к соседнему пульту. — Аварийная бригада приступила к работе!

Выдержит ли внутренний замок? Никто не успеет туда добраться, чтобы вручную закрыть шлюз и выкачать растворитель из замков. Значит, учителя не успеют увести детей из классов…

– Боже, Боже… — прошептал Харрис со своего места.

– Тсс! — Доктор Гарфинкл осталась невозмутима. — Не упоминайте имени Господа всуе! Вдруг Он слышит?

– Хотелось бы надеяться. Да услышит нас Господь!

Я выслала к месту аварийные бригады, включила сигнал тревоги и вызвала на мониторы показания датчиков давления и параметров атмосферы в отсеке. Я уже не дышала, ничего не могла предпринять, а только сверлила глазами пульт, ожидая развязки.

– Система накрылась, — прошептал Харрис. Я оглянулась и увидела, что он смотрит на доктора Гарфинкл. — Что вы натворили с системой?! Ведь стало еще хуже, чем было. Раньше, по крайней мере, никто не погибал.