Эллен Гуон - Да услышит нас Господь

– Доброе утро, мисс Форрестер, — приветливо сказала она.

– Все называют меня просто Форрестер, — ответила я. — «Мисс» добавлять необязательно.

– Почему же? — с улыбкой возразила она. — Немного официальности не повредит. — Она посмотрела на мониторы и ввела, коды на неведомом мне языке программирования.

– Как хотите. Ну, есть успехи? — Дисплеи заполнились непонятными значками.

– Трудная проблема, — сказала она. — Но я все равно заставлю системы повиноваться. Мне уже приходилось иметь дело с похожим случаем. Это было лет двадцать назад. Те программы тоже были составлены на языке «Си-Трипл» и превратились в полную абракадабру, потому что отказался подчиняться кодификатор.

– Двадцать лет! — Я недоверчиво покачала головой. — Я тогда еще ходила в детский сад.

– Да, давно. — Ее взгляд был ясен, спокоен, очень внимателен. — Кажется, я вам не очень по душе, мисс Форрестер.

Вопрос застал меня врасплох, и я не сразу нашлась с ответом.

– Я недостаточно знаю вас, чтобы относиться к вам хорошо или плохо, мэм, — выдавила я. — Очень надеюсь, что вы сумеете нам помочь. От этого зависят наши жизни. И ваша тоже.

– Вас беспокоит, что я не справлюсь, — сказала она. — Меня это тоже беспокоит. Если у меня ничего не выйдет, многим будет угрожать гибель. Понятно, что вы волнуетесь.

– Я бы солгала, если бы возразила, мэм. Она улыбнулась.

– Самый лучший ответ — честный. Вас беспокоит моя компетентность. Что ж, у вас есть на это право. Я уволилась из компании «РокетОпс» пятнадцать лет назад. Я уже не могла поспевать за современными технологиями, но была готова к такому исходу. Учтите, вам тоже нужно следить за собой, чтобы не превратиться в устаревшую мебель. — Она похлопала ладошкой один из мониторов. — Как вот это… Что ж, у меня внуки, планы переселения в новую колонию. С меня довольно и этого. Если я там понадоблюсь, то с удовольствием поработаю по специальности. В колониях на первых порах велик спрос на любые профессии. Но большую часть времени я собираюсь заниматься внуками. Такая у нас традиция: старые приглядывают за молодыми. Вы уже стали матерью, мисс Форрестер?

Я заморгала.

– У меня еще нет даже партнера, мэм! Я еще долго не планирую рожать. Может, вообще никогда.

– И напрасно! — Она еще раз обернулась к мониторам, что-то проверяя. — Моя дочь родилась в 2004 году, и мы с мужем решили, что я сумею продолжать образование и писать диссертацию. Я растила ребенка и одновременно участвовала в создании первого искусственного интеллекта на кристаллах. Это помогло мне по-новому взглянуть на компьютерное программирование, искусственный интеллект и детей.

– По-вашему, они похожи? Я имею в виду — компьютеры и дети.

– О, нет! — Ее смех приятно контрастировал с механическим гулом. — Совершенно разные! Компьютер предназначен для выполнения конкретных задач, а ребенок… Ребенок может стать кем угодно. Скажем, я только о том и думаю, как оградить своих детей и внуков от всего дурного, как сделать так, чтобы ребенок вырос приличным человеком…

– В наше время в колледжах ничему подобному не учат, — сказала я, качая головой. — Я два года изучала конструирование систем. Нас учат создавать системы, вернее, обучать системы самовоспроизводству.

Она бросила на меня странный взгляд.

– Вы милая девушка. Мой внучатый племянник Эфраим похож на вас: не отрывается от книг, все читает, учится. Ни на что другое у него не хватает времени.

– Он тоже программист? — полюбопытствовала я.

– Генетик, работает в технопарке. Шутит, что обеспечит себе будущее, создав сладких креветок, но вообще-то — хороший паренек. — Она покосилась на часы на стене и улыбнулась мне. — Кажется, пришло время ланча? Съедим вместе по сандвичу, мисс Форрестер?

Я ответила не сразу. Обычно я перекусываю на рабочем месте или с коллегами, иногда — с руководителем другой группы. Но с колонистами — никогда. Впрочем, старушка временно перестала быть колонисткой, превратившись в члена нашей группы.

– С удовольствием!

Спустя две недели я за завтраком рассказала Харрису о работе доктора Гарфинкл.

– Она возится с системой, но не знаю, будет ли от этого толк. Работает она, по крайней мере, упорно.

Стукнув о стол подносом, Джонсон уселась напротив нас.

– Ну, как дела? Мне все некогда заглянуть к доктору Гарфинкл и поинтересоваться ее работой.

– Она… В общем, это настоящая находка! — признала я. — С первого дня работает по две смены подряд. Хотелось бы мне, чтобы все вы выказывали столько же прилежания!

Джонсон расплылась в довольной улыбке. Харрис негодующе посмотрел на меня.

– По-твоему, мы недостаточно стараемся? Я в ужасе, босс! — Он в притворном страхе заслонил лицо руками.

– Не валяй дурака! — потребовала Джонсон. . Харрис перевел на нее взгляд.

– Ты еще не все знаешь. Форрестер говорит, что старуха обращается с компьютером, как с ребенком. Представляю, что за ребенок получится: дряхлый и в старческом маразме!

– Она не дряхлая, просто она другая, — возразила я.

– Ты хочешь сказать, со странностями?, — Он откусил рулет.

– Нет, именно другая. Может быть, нам как раз и требовалась такая, как она. Она иначе смотрит на вещи. У нее перспективный подход. Это совсем неплохо — больше думать о будущем.

– Сколько времени она развивала этот свой перспективный подход? Лет восемьдесят? — спросил Харрис.

– Благодаря ей я тоже стала размышлять. Я поняла, что ни в кого не верю, никуда не стремлюсь. А ведь мне еще нет двадцати пяти! Доктор Гарфинкл уже на девятом десятке, а у нее все равно есть цель. — Я отхлебнула кофе. — Надеюсь, наша система не совсем безнадежна. Мы не можем задерживать человека до бесконечности. Но при этом надо постараться исключить новые аварии.

– Да услышит вас Господь, девочка. — Я не заметила, как доктор Гарфинкл подошла к нам с подносом. — Можно присоединиться?

– Простите, мне пора на рабочее место, — пробормотал Харрис, вскочив. Джонсон проводила его негодующим взглядом.

– Прошу вас, — ответила я. Джонсон подвинулась, чтобы старушке было удобнее.

– Благодарю. — Доктор Гарфинкл поставила на стол поднос, села, попробовала апельсиновый сок. — Что ж, мисс Форрестер, хочется послушать, как в наши дни студентам преподают компьютерные технологии.

– В общем, — начала я, — у нас был обзор истории программирования, начиная с Беббиджа, а потом мы перешли к новым языкам для искусственного интеллекта.

– К каким именно? — поинтересовалась доктор Гарфинкл. Это было не простое любопытство.

– Уж не хотите ли вы овладеть новыми языками? — осведомилась Джонсон.

– Учиться надо всегда, мисс Джонсон, — сказала доктор Гарфинкл. — Всегда!