Леонид Панасенко - Без вас невозможно

— Займись делом, — напоминаю я.

Мы подходим к первым попавшимся Толстушкам, которые с упоением хрустят сочной зеленью, щекочем их антеннами. Бессловесные твари, не прерывая своего занятия, выдают нам по порции зеленого тягучего молока. Мы повторяем эту операцию несколько раз, и Си отходит в сторону — ей много не унести. Я же дою и дою послушных Толстушек, пока меня не останавливает Си:

— Ты не сможешь идти!

Мы покидаем пастбище и по знакомой тропинке спускаемся с Небесного Столпа.

Си за пределами города была всего несколько раз. Она засыпает меня вопросами, всему удивляется. Меня радуют ее любопытство и непосредственность. Я знаю, чем еще можно угостить ее здесь, и решительно сворачиваю с 22-й дороги в глубь леса. Си послушно идет за мной, оберегая свои прекрасные радужные крылья.

Здесь нет тропки и путь то и дело преграждают сухие поваленные стволы, хитросплетения веток, голубые и желтые деревья-цветы.

Наконец мы на заветной полянке.

— Что это?! — восклицает Си.

Перед нами невысокие деревья с широкими резными трилистниками. Вверху на плодоножках покачиваются огромные фиолетовые плоды. Они настолько душистые, что у меня начинает слегка кружиться голова.

— Это ягодные деревья. Я сейчас…

Быстро взбираюсь по стволу наверх, впиваюсь жвалами в плодоножку. Нет, так не осилить, надо подпилить.

Ягода раза в три больше Си, и я командую:

— Отойди в сторону. Еще ушибет.

Ягода падает точно на лист, который я заблаговременно положил под деревом. Си надкусывает ее, с наслаждением пьет сладкий сок.

Меня переполняет радость. Пусть рушится Свод, пусть молчат звезды, пусть по желанию толпы Мудрецы становятся изгоями. Я согласен… Лишь бы видеть любимое лицо, знать, что ты необходим, что ты надежда и опора… Спасибо тебе, Си!

Я тоже припадаю к ягоде, пью прохладный, слегка пенящийся сок, затем, поднатужившись, поднимаю душистую добычу. До Города, конечно, одному не донести, а до дороги — можно… Спрячем в лесу, прикроем листьями. Если не набредет кто из Кормильцев, будет нам потом как находка. Дело в том, что уходить из Города мы будем этой же дорогой. Запомни ее хорошенько, Си, — это дорога к нашему новому Городу. Будущему Городу Мудрецов, который мы вскоре построим.

— Ты еще обещал мне показать Звездный Корабль, — заявляет вдруг Си.

— Зачем? — Я в самом деле удивлен. — Ты же видела его.

— Издали… Тогда его охраняли Стражники.

Да, так оно и было. Не скажу, чтобы падение Звездного Корабля в окрестностях Города чересчур напугало или удивило моих соплеменников. Наше коллективное сознание уже миллионы лет назад пришло к гипотезе о множестве населенных миров и о возможности существования технологических цивилизаций. Больше того. В древних преданиях, которые сумели уцелеть в круговороте нашего бестолкового бытия, есть упоминания о том, что встречи с другими разумными существами были и раньше. Так что Звездный Корабль недолго занимал горожан. Тем более, что из него так никто и не вышел да и внутрь мы не смогли пробраться — не нашли вход.

— Хорошо, — сказал я и повел Си к восемнадцатой дороге.

Я сам давно не бывал возле Звездного Корабля, и меня поразило запустение, которое царило здесь. Сверкающий огромный цилиндр со всех сторон захлестнула молодая поросль, скрыла надпись, которую нам так и не удалось расшифровать. Только возле сопла двигателя, где вытекло немного горючего, лес расступался, не хотел расти. Камни почвы тут были маслянистые, скользкие. Не ушел и запах — резкий, неприятный, — хотя Звездный Корабль упал давно.

„Это и есть начало моего поражения, — сказал я мысленно Си. Она буквально тащила меня за собой, разглядывая сквозь ветки деревьев металлическую громаду, разноцветные знаки и символы на борту корабля. — Мы, Мудрецы, так и не нашли входа, не сумели проникнуть внутрь звездной машины. За что же нас уважать?!“

— Можно к нему притронуться? — спросила Си.

— Сколько угодно.

Си осторожно протянула антенны к Звездному Кораблю, прикоснулась к его обшивке.

— Ты знаешь, — сказала она, — у меня такое ощущение, что внутри ничего нет.

— Ошибаешься. В нем нет живых существ — это точно. Или вообще нет, или они есть, но все погибли. Ты говоришь: ничего нет. Но сам корабль, я думаю, очень сложное устройство. Посмотри на звезды. Они так далеки, что их свет летит к нашей планете десятки, а то и сотни лет. Представляешь, как трудно преодолеть такое пространство?

— И вы хотели до них докричаться? — вопросом на вопрос ответила Си. Ее ошеломили мои слова. — До тех, кто послал этот корабль к нам? Это невозможно.

— Так теперь думают все. Поэтому мы послезавтра уйдем из Города, — твердо сказал я.

— Да, конечно, — согласилась Си и виновато посмотрела на меня. — Мы уйдем, милый, но ты забыл об Обряде.

Она помолчала, затем ласково прикоснулась антеннами к моей голове:

— Извини… Мы докричимся до звезд. Я верю тебе».

Во втором послании тоже была недосказанность, но дело явно шло к финалу.

Странная у них жизнь. С одной стороны, миллионнолетняя история, могучее коллективное мышление. С другой — отсутствие развития, движение не по спирали, а по кругу, жесткий и примитивный рационализм, который губит любые проблески мысли… Впрочем, по нашим меркам, Мудреца всего-навсего выгнали с работы и закрыли его тему как бесперспективную. А могли ведь и… сжечь. Вспомним, например, Джордано Бруно или печально известную «охоту на ведьм»…

И тут я вдруг подумал, что эта фантастическая история чересчур сложна и философична для школьника. По почерку, конечно, пацан. Но мысли, психология героев, примитивно-сложное устройство биологической цивилизации — откуда все это? Я прикинул так и этак и решил, что одно из двух: или «галактическое послание» сочиняет некий юный гений, или передо мной пересказ, изложение, какой-то плагиат. Такое часто бывает: чужая придумка может так понравиться, так захватить, что невольно считаешь ее своей.

Подумал я еще и вот о чем: не слишком ли я легкомысленно обращаюсь с чужими письмами — прочел, сунул в карман. «А что ты можешь предложить взамен? — возразил я сам себе. — Куда их девать, письма эти? Не в милицию же нести. И не в Академию наук…»

Я вздохнул, положил письмо в карман и, неспешно нажимая на педали, поехал в Любимовку. В город я дозвонился сравнительно быстро. Мария Демьяновна сообщила, что цветы без меня даже в рост пошли (понимай, стало быть, хозяин раньше плохо поливал), а вот журнала пока нет. Я поблагодарил соседку, расплатился с девушкой-телефонисткой. Затем зашел в продуктовый магазин, купил свежего хлеба и халвы — мама любит ею полакомиться — и решил, что пора возвращаться домой. Искупаюсь, позагораю немного. Заодно и что-нибудь по методике почитаю.