Святослав Минков - Алхимия любви

- Топлийский... Топлийский... Власаки Топлийский... Нет, не припомню его. Он, вероятно, муж вашей тети?

- Да, отличный человек. Представьте себе, изучил самостоятельно четыре языка и постоянно читает иностранные книги. Интересуется преимущественно хозяйственными и финансовыми вопросами. Его статьи печатаются в итальянских журналах. Недавно спрашивали его адрес, чтобы внести его в один из международных справочников.

- Браво! Вот это да! Такие люди, как ваш дядя, являются гордостью нашей страны!.. А родители-то у вас есть, живы ли они? Чем занимается ваш отец?

- Да, живы. Отец мой был учителем. Сейчас он на пенсии.

- Что он преподавал?

- Географию.

- Так, так, очень рад. Хорошими болгарами были прежние наши учителя. Не то что нынешние, все на коммунизм сбиваются... Вы единственный сын у родителей? Братья, сестры у вас есть?

- Есть только одна старшая, замужняя сестра.

- За кем она замужем?

- За агрономом. И он также очень культурный человек. Очень часто разъезжает по провинции и читает лекции о сое.

Повидимому, довольный объяснениями кандидата в зятья, полковник запаса, или, вернее сказать, запасной полковничек, откидывается на спинку кресла, уставляется взглядом куда-то в потолок и щекочет свое сознание приятной мыслью, что дочь его попадет в хорошую семью. Буби также сидит,' трепеща от счастья, что атакуемая им крепость скоро падет и окажется в его руках, и едва сдерживается, чтобы не вскочить и не расцеловать своего будущего тестя.

Пока они сидят таким образом, уже связанные невидимыми нитями близкого родства, ручка противоположной двери шевелится, как живая, и невольно подсказывает: по ту сторону двери кто-то стоит и с затаенным дыханием следит за всем ходом развития рокового разговора между мужчинами в гостиной.

Тогда хозяин нарушает молчание и произносит с подчеркнутой снисходительностью:

- Так вот, что касается меня, если спросите, господин Омайников, то я не имею ничего против вашей женитьбы на моей дочери, но только не знаю, что скажет на это она. Вы говорили с нею по этому поводу?

- О, это предоставьте нам! - с виноватой улыбкой отвечает Буби. - Мы давно любим друг друга.

- Ну, если вы нравитесь друг другу и считаете, что можете жить совместно, то у меня нет никаких оснований вам препятствовать в этом. Вы молоды и многого достигнете на служебном поприще, но и Софьюшка умная, бережливая девушка, домовница, на пианино немного умеет играть, - одно время, когда она была в четвертом классе, брала уроки у одного профессора, который находил, что у нее большой музыкальный талант, но потом пошли войны, я ушел на фронт, профессор помер, одним словом, начались всевозможные трудности и помехи. Так вот, я хочу сказать, что она не из тех девушек, которые только и думают, что о пудре да румянах. Она серьезна, скромна - я хвалю ее вам не потому, что она моя дочь,, а просто потому, что люблю сказать правду. Верно, как любая молодая девушка, и она немного неопытна в домашних делах, но она подучится, пообвыкнет. Никто не родится на этот свет обученным.

- Нет, я не дам ей ни к чему прикоснуться, возьму прислугу, кухарку...

- О не-ет, вот тут-то я с вами не согласен! Если у вас есть лишний грош, то, вместо того чтобы швырять его на кухарку, лучше отложить лев-другой, а там, глядишь, и купите себе квартирку, потому что, понимаете, человек совсем по-иному чувствует себя под собственным кровом.

- Но я уже записан на квартиру в одном жилищностроительном товариществе и до сих пор внес уже три тысячи восемьсот левов! - важно заявляет Буби, проникшись гордым сознанием благородного своего стремления к недвижимой собственности.

- Неужели? Смотри ты, смотри ты, какой предусмотрительный и практичный юноша! Вы действительно заслуживаете больше, чем похвалы. Ну, а как скоро наступит ваша очередь на получение ссуды?

- Есть у меня в товариществе один надежный человек, который настоял, чтобы меня внесли в списки на ближайшую выдачу ссуды.

- Отлично! Я же, поскольку я сейчас занимаюсь посредническо-комиссионерским делом и имею связи с разными предпринимателями, постараюсь подыскать для вас подходящую квартирку. Двух комнат и кухни для вас на первых порах будет вполне достаточно...

В этот высший момент домоустроительных откровений между тестем и зятем дверь с волшебной ручкой скрипнула, открылась, и в гостиную вошла крупная пожилая женщина в темно-коричневом платье, раза в два выше хозяина.

Полковник запаса поднялся с кресла, обратился сначала к даме, затем к дорогому гостю и представил их друг другу:

- Познакомьтесь с моей женой! Поликсена, познакомься с господином Омайниковым!

- Ах, так это вы, господин Омайников? - приятно удивилась дородная дама, донельзя сладко улыбнувшись, и во рту ее блеснули два ряда золотых зубов. - Очень рада, господин Омайников, видеть вас в нашем доме. Давно слышу о вас прекрасные, лестные отзывы Софочки. Вы познакомились с ней ках-то на чашке чая, а после этого изредка случайно встречались на улицах. "Почему ты не, пригласишь как-нибудь господина Омайникова к нам домой?" - говорю я ей, а она: "Оставь, мамочка, ты не знаешь, какой он застенчивый, ему будет неловко". - "Ну и прекрасно, - говорю ей, - а чего ему стесняться? Мы ведь людей не едим?" Слава богу, что вы наконец-то решились зайти и оказали нам честь своим посещением!

После этих вступительных слов дама подсела к своему супругу, который стал почти невидимым в ее близком и величественном соседстве.

Однако человеческая природа черт знает какая! Многие ученые изучали ее, многие философы исследовали и копались в самых сокровенных глубинах, но и поныне она остается такой же темной загадкой, какой была еще при сотворении мира.

На эти отвлеченные мысли нас невольно наводит резкая перемена в душевном состоянии нашего героя, который с появлением матери Бебы стал вдруу испытывать необъяснимый страх и смущение, какую-то головоломную сумятицу и умственное отупение. Несмотря на то что мать совершенно открыто подчеркивала свои добрые чувства по отношению к нему и предупредила, что не ест людей, Буби все же видел в ее лице какую-то хищную полуженщину, полуакулу, готовую в любую минуту наброситься на него и разорвать в клочья своими золотыми челюстями.

- Благодарю, благодарю, - бессвязно бормотал гость и чувствовал, что кресло его начинает проваливаться и погружаться во что-то мягкое.

К счастью, как раз в это время появилась Беба, внесшая в атмосферу желанное прояснение.

И поскольку человек устроен так, что свыкается с самыми страшными ужасами и те перестают производить на него впечатление, наш герой мало-помалу свыкся также с женщиной-акулой, пришел в себя, съел поднесенное ему Бебой черешневое варенье и даже развеселился.