Дмитрий Вейдер - Бойтесь ложных даров!

– Иначе всех бы передушили и не смогли бы увести гражданских! Но здесь погибло несколько сотен тысяч местных… они были без силовых щитов…ладно, ты скажи, фон в порядке?

– Четыреста! Пару часов здесь можно пробыть, потом никакие костюмы и колеса не спасут!

– Даем ходу… далеко до границы зоны заражения?

– Километр, Корунг высадил нас на самом краю. Он отлетит на сотню и спрячет коптер в одном из ущелий на случай неудачи. Искандер должен забрать нас через одиннадцать часов на окраине Кирбалы.

– Ладно, план помню!

Через полчаса они оказались возле одной из автострад, пустынной по ночному времени. Еще некоторое время они поправляли камуфляж у пятерых катафрактов, долженствующий превратить их в тяжеловооруженных пехотинцев кащер. Виктор и двадцать штурмовиков поверх своих бронекостюмов надели софийскую униформу и знаки отличия. Местные представители власти не гнушались пользоваться трофейным оружием, что и позволило им протащить всю необходимую амуницию с собой. Дитеру и Густлаву досталась почетная роль пленников.

Они подождали несколько минут, пока в ночном небе не раздался высокий воющий звук. Из-за ближайшего холм показался большой армейский грузовик на воздушной подушке.

Виктор снял шлем, демонстрируя свое загоревшее лицо, и повелительным жестом приказал водителю остановиться. Далее, стараясь без акцента произносить слова на местном наречии, он потребовал впустить их в машину и доставить в столицу, постоянно чертыхаясь в адрес "проклятых пленных".

Водитель и двое пассажиров, оказавшиеся сержантами местной армии восприняли его деятельность с подозрением.

– У нас армейская перевозка…грузы со склада имперцев. И мы едем не в Кирбалу, так что тебе, приятель, придется подождать другого транспорта или вызвать своих по рации.

– Да, кстати, что с вами делают кащеры, приказа об организации совместных патрулей еще не было? Да и сам ты из новеньких? Не местный!

Прежде чем они успели потянуться за оружием, Виктор трижды разрядил лучевой пистолет. Тела, еще полные жизни, безвольно дернулись и повалились на пол кабины. Энергетическое оружие не убивало сразу, даже при попадании в сердце или мозг.

Виктор, глядя на дергающихся в предсмертной агонии суфийцев, почувствовал себя нехорошо, так как впервые ему пришлось убивать противника вблизи, да еже безоружного.

– Все равно идиотский был разговор! - Дитер из огнестрельного оружия выстрелами в голову добивал водителя и его спутников. - Война - дрянь, но и без этог тоже никак… залезай, братва!

Они сбросили трупы в канаву вдоль дороги и присыпали комьями земли и мелкими камнями. Маленький отряд во главе с "пленными" разместился в кузове, а Виктор, один из катафрактов и штурмовик-полиглот сели за пульт управления. Заскрипев подъемными роторами, грузовик тронулся и, медленно набирая ход покатился навстречу начинающему алеть востоку.

До города они добрались без приключений. Патрули состояли в основном из местных стражников, которые мельком с ненавистью взглянув на пленников, расползались в почтительном поклоне перед своими освободителями - бетайрами.

Только у самого въезда в город их остановил патруль, состоящий исключительно из тяжеловооруженных солдат кащер.

Виктор, выговаривая на суфийском официальные слова приветствия протянул удостоверение-диск, позаимствованный у мертвого сержанта.

Бронированные фигуры повертели диск в своих лапах, взглянули на своего "собрата" в грузовике.

– Тоби мыргала тыю повылызали, чертяка! Терн левто! До Треба гоу… некст майдан гоу фут. Аксесс ест? Энтер дадут. Садуракуру Мотыйло бест конгратулейтион перетейк фром Мозаса. - Один из стражников кинул увесистый брикет.

– Ест перетейк, некст гоу хаты. Тут уси богато?

– Усих не ест подолаты. Елсе надыбать ест!

– Что он сказал? - переспросил Виктор у штурмовика и катафракта.

– Дрянь попросил передать какому-то капитану Мотыйло на охране в Требе, в штабе по-ихнему. Говорит еще достать может…Да и за полкилометра нам нужно будет спешиться.

– Хреново, не все кащерский как вы знают.

– Да и мы не знаем, так набалакались помаленьку, когда эти гады на наш участок Периферии вторглись. У них языков много. Это пиджин - смесь старых земных наречий, довольно простой, да и бетайры не настолько умны, чтобы сонеты на нем писать. Запомни пару слов: "Фак суи" - это отвяжись по-нашему, "незалежни буди" - это типа приветствия.

– Знаешь, эта наркота нам в качестве пропуска сгодится.

Что удивило Виктора, так это пустые базарные площади в центре столицы, на которых еще несколько месяцев назад кипела жизнь. Кое-где местные жители опасливо пробирались вдоль стен домов. По улицам разъезжали легкие флаеры на антигравах с правительственными и кащерскими солдатами. Последние в отличие от жителей чуствовали себя более свободно и непринужденно, обмениваясь побрякушками и разглядывая витрины магазинов.

Проезжая мимо одного перекрестка Виктор попросил остановить грузовик. На большом рекламном билборде красовалась картина Галактики. А на ее фоне обворожительная девица в униформе что-то рассказывала группе подростков, одетых в местные одежды. "Знание - это удел истинноверных". Под громким лозунгом было напечатано объявление о приеме детей в учебные заведения каганата кащер с предоставлением ряда льгот и привилегий родителям.

– Совсем что ли свихнулись они тут? Где это видано, чтобы иегуа за одной партой с "истинноверным" сидел?

– А хрен их знает, может и вправду родственников здесь нашли?

– Нет, здесь что-то другое… те не будут просто так распекаться, у нас на Крайне после такой же вот либеральщины большим погромом дело кончилось.

Виктор загнал военный фургон в один из переулков за полкилометра от штаба - высокого, наскоро выстроенного здания с толстенными стенами и маленькими окошками-бойницами. В энергобинокль можно было разглядеть на трехсотметровой высоте батареи лучевых орудий, ствольной артиллерии и ракетных установок.

– Основательно подготовились! Сколько их тут может быть?

– Тысяч пятьдесят в прецептории… раз в пять больше в городе и несколько дивизий за его пределами. Хорошо, что по этим улочкам тяжелая техника не пройдет. Уверен, что пленные могут быть здесь?

– Где же еще… местные вояки их до времени растерзали бы за позор под Загребом.

– Что дальше?

– Иван, - Виктор, повернулся к одному из катафрактов, - возьми брикет, а про нас скажи, что знаем, где еще достать.

Медленно шагая под тяжестью собственной брони и маскировочного железа, катафракт подошел к двадцаиметровой высоты воротам, обитым металлической арматурой.