Ноэми Норд - Боги должны уйти

- Не просторно, зато безопасно. Довольствуйтесь тем, что дано. Иначе, нежные филе с ваших косточек попадут на вертел местных гурманов.

- 34-

Верховный Жрец предоставил в мое распоряжение четырех рабов.

Когда надоело бродить по верхним, залитым солнечным светом ярусам, я заинтересовалась подземной частью пирамиды. Там было темно и сыро. Все стены и потолки заросли сталактитами. По моему приказанию рабы расчистили проход на нижний уровень.

- Твое любопытство похвально, - сказал Верховный жрец, пришедший на шум. - Но будь осторожна. Здесь давно не появлялись люди, а вот скорпионы...- он отшвырнул концом жезла какую-то тварь от ног. - Зато здесь нет крыс.

Рабы отчистили стены подземной части храма от сталактитов и тысячелетней пыли. И сердце остановилось от восторга. Летопись исчезнувших миров раскрылась взору в полной красе.

Стены и потолки украшали сцены из жизни богов и чудовищ. Боги на войне. Боги на охоте. Боги танцуют. Боги любят друг друга. Художник досконально изобразил переливы цветов и мелочь нарядов. Гнев, отчаяние и мечты запечатлело тонкое зубило.

Художник был человеком и творил для людей, рисуя бессмертных исподтишка, со стороны подглядывая за таинственной жизнью.

Длинноголовый приказал затеплить в центре зала очаг, и струи взметнувшегося к потолку огня оживили танцы и лица мертвых богов.

- Нет смысла рассказывать о героическом прошлом богов. Они сами расскажут о себе. Я пришлю сюда рабочих и охрану.

- Верховный жрец, позволь задать вопрос.

- Слушаю тебя внимательно.

- Я заметила, что все изображенные на картинах существа синего цвета. И волосы женщин такие, как у меня.

- Я же сказал, что ты особенная, поэтому ты здесь.

Жрец зачастил наблюдать за расчисткой росписей. Он появлялся порой в самый неожиданный момент, стойко переносил холод, разглядывая картины, и его взгляд надолго погружался в бирюзовые глазницы крылатых дев.

Древние писания мне давались легко.

Я читала вслух строки, изваянные в камне и рука Длинноголового, сжимающая мое плечо, теплела.

Он птичью лапку простер над шатром лазурным - и затих -

Он переварит любого, кто не достоин шаманок нагих.

Свивайтесь в страстном костре

Множьте головы и тела -

Бездна земли - ваше плато,

Глаз бирюза - мешочек золота, плата

за увиденные чудеса.

Главной загадкой для меня был сам Длинноголовый, бездна ума и тайн.

- Мудрость - это не только память, - говорил он, - но способность соединять зло и добро в единый слаженный механизм.

- Как такое возможно? Зло и добро мгновенно истребят друг друга, стоит им лишь встретиться на тропе войны.

- Одно без другого исчезнет. Не будет в мире зла - не будет и добра.

- Объясни.

- Например, единство огня и человеческих рук создало домашний очаг. А соединение птицы и копья породило стрелу. Ветер и тростниковая ткань движут корабль. Зло и добро пребывают в созвучии. И только этому созвучию, как теплу домашнего очага, покоряется мир.

- Разве можно, соединить свободу и плен? Или унижение и гордость?

- Без унижения человека человеком не создашь большого сильного государства. Вечные праздники в Долине Храмов озвучены стоном рабов.

- Откуда твои знания?

- Идем, покажу.

Он привел меня в хранилище, пропахшее дубленой кожей и чернильной кровью морских гребешков. Сквозь купол высокого свода на мрамор стен падал тонкий солнечный луч, он отражался и дробился в вогнутых зеркалах, смешивался и сливался с другими бликами, пока не превращался в сплошной и ровный поток.

- Как светло!

- На этих полках хранится мудрость канувших в лету миров, - жрец воздел руки к потолку, и я разглядела в пасмурной тишине стеллажи, взлетевшие по стенам до самого купола.

Тысячи книг. Нет, не тысячи - сотни тысяч, предстали перед восторженным взором. Здесь были и тростниковые свитки, стянутые платиновыми кольцами посередине, и множество базальтовых жерновов, изрезанных узорами алмазного зубила. Обрадовали знакомые кожаные спирали, застегнутые замочками с тайными скрепками на боку.

На мраморном полу пылились глиняные дощечки, сложенные пирамидой. Я подняла пластинку, усеянную бороздками, точками и крючками, вдавленными в глину.

- Какой народ додумался до такой простоты?

- Язык этого древнего народа странен, но не дик. Глиняные пластины хранят безмерную мудрость далекой земли, лежащей за пределами океана.

- Как они попали сюда?

- Их сделали люди, которых принесла в наш край большая волна. Корабль разбился о скалы, но они выбрались на берег, построили дома, посадили урожай. Они выжили, нарожали детей и расселились по всей земле. Повсюду они оставляли глиняные дощечки. Это память ушедшего народа. Запечатленные мысли и мифы, смешные истории не рассыпались в прах, чтобы человек не с ноля шагнул в этот мир. Ушедшие расы прародителей сгинули навек, но оставили большое наследство.

- Почему ушли прародители и первые мудрецы?

- Огонь проснувшихся вулканов изменил климат земли, единый мир раскололся и навеки разлучил расы.

- Писать на глине легко.

- Поэтому на них писали всякие пустяки. Здесь много веселых историй о животных. Где бы человек не находился, главное для него - радость. Смех - великая мудрость, необходимая, чтобы не запачкать зад.

- Здесь целый мир. Ад и рай. Можно записать все, что придет на ум, сохранить каждый день и час. Или сочинить мифы о прошлом и будущем.

- Ты говоришь: сочинить мифы о будущем, дитя?

- Да, все, что записано в мифах, рано или поздно случается с каждым человеком. Я это заметила. Мою историю давно кто-то написал.

- А ты ее аккуратно переписала в свою голову.

Вскарабкавшись по боковым лестницам почти под потолок, жрец сбросил с верхней полки в мои руки тяжелый кожаный брусок, украшенный орнаментом знаний.

- Эта книга написана на человеческой коже. Не морщи брезгливо нос. Страдание - самый долговечный материал. Цена книги не просто жизнь раба. Каждый человек - книга с вложенной в него мудростью. Главное не унести ее в мир тлена, а тщательно переписать в другую книгу, которая продолжит традицию.

- Но почему я не вижу внутри никаких знаков?

- Книга написана тенью. Знаки можно прочитать лишь под углом. Поверни квадрат под лучом. Глянец кожи отразит свет, а еле заметные впадины обнажат знаки. Приглядись - и ты различишь то, что взгляд простого человека не заметил Стоит только раз подержать эту книгу в руках, другие читать будет неинтересно.

Мудрец оказался прав. Мой взгляд выделял из общего ряда книг лишь написанные на коже. Я издали различала их, но не по цвету или размеру... По жару, исходящему от переплета.