Джек Чалкер - Пираты «Грома»

– На кого ты работаешь, Нейджи? Черт возьми! На кого?

– Это.., война... Ворон... Мы на войне! – Он обмяк, и на мгновение Ворону показалось, что это конец, но Нейджи пошевелился и отпил еще воды.

– Ради себя самого.., слушай... – произнес Нейджи, отчаянно борясь с неизбежным. – Этот Вал.., уничтожь его.., прежде чем я... Потом просто.., вытолкнешь.., через шлюз...

– Перестань болтать чушь! Ты выкарабкаешься! Ты слишком хитер, чтобы умереть.

– Я уже почти мертв... Не беспокойся... Делай.., как я сказал... Ради будущего... Тогда я.., умру.., но не.., уйду... Когда буду.., уравнять шансы.., здесь... Обещай!

– Клянусь, Нейджи. Только держись, я... – Ворон осекся и, дотронувшись до тела, печально вздохнул. Было поздно. Арнольд Нейджи уже ничего не мог услышать.

Вурдаль пожала плечами:

– Этот малый умирал дольше, чем певец в опере. Ворон, нахмурившись, обернулся к ней:

– Что?

– Ничего. Он умер. Вытолкни его и берись за управление.

– Нет! Я дал слово. Сперва разделаемся с Валом, как он просил.

– Да какая разница? Под конец он окончательно съехал с катушек. Мертвый вернется, когда понадобится нам... Терпеть не могу мистики.

Ворон снял с Нейджи шлем и оттащил тело от панели управления.

– Ну-ну... Может, он и тронулся немного, но далеко не совсем. Не знаю уж кем – или чем – он был на самом деле, но ясно как день, что агент из него был отличный. Он натянул нос и Клейбену, и Чену, и черт знает кому еще. Козодой был прав – это не простое совпадение. Он был одним из тех, кто дергает за веревочки. Он знал ответ, черт его побери!

– Он рехнулся, – настаивала Вурдаль. – Рехнулся хуже нашего.

– Я не позволю вытолкнуть его до тех пор, пока мы не пристрелим Вала или не ускользнем от него. Ясно? Какой от этого вред?

– Да ладно, ладно... Но, сдается мне, его сумасшествие оказалось заразительным.

Уединенная система тем временем становилась все оживленнее. Число кораблей, откликнувшихся на призыв, поразило даже Сабатини, а на Ворона особое впечатление произвело то, что вся эта мощь была сосредоточена в человеческих руках.

Здесь были мужчины. Здесь были женщины. Здесь были и те, о которых нельзя с уверенностью сказать ни того, ни другого. Они говорили на самых разных языках, а многие скорее всего вообще не напоминали людей, и все же они пришли.

Причина была вовсе не в "Молнии", ради одной только "Молнии" они не потрудились бы и улицу перейти, не говоря уже о межзвездном перелете. Но Нейджи был прав – каждый из них понимал, что, если бы они остались в стороне, то же самое могло произойти и с ними.

– Ну что ж. Вал, теперь твой ход. – Голос Сабатини звучал уже намного спокойнее и увереннее.

– Мой ход после вашего. Ни у кого из вас нет права заставить меня уйти отсюда. И если я решу покинуть это место, следуя маршруту вашего корабля, то и на это у меня есть право.

– Можешь торчать здесь сколько угодно, – вмешался резкий женский голос, живо напомнивший Ворону Риву Колль. – Или убираться прямо сейчас, но за ними ты не пойдешь. Любой другой курс, траектория, скорость, но только не эти. Такие вот дела, задница железная.

– У вас нет таких прав, – отпарировал робот. – Это против Завета.

Сабатини хмыкнул:

– Смотрите-ка, кто у нас теперь взывает к Завету, а ведь час назад эта железяка готова была преступить его не задумываясь. Одно из двух, флибустьеры! Либо Главная Система отменила все соглашения, и в этом случае у него вообще нет никаких прав, либо этот робот повредился в уме и теперь стоит вне закона. Что скажете, ребята? Мы никому не желаем зла, так, может, дать ему пять минут, чтобы набрать скорость и войти в прокол? А через пять минут у нас не будет перед ним никаких обязательств.

В ответ послышались дружные возгласы одобрения, а кое-кто даже угрожающе зарычал.

Вал был компьютером и не мог не понимать, что все шансы против него. Он вполне мог бы управиться с одним кораблем, возможно с двумя, но здесь их было не меньше десятка. Как справедливо заметил Нейджи, он вынужден был повиноваться тем же законам физики, что и простые смертные.

– Прекрасно, – сказал Вал. – Пока что я ухожу, экипаж корабля, называющий себя "Финляндия". Но мы еще встретимся, и очень скоро. В другое время, в другом месте, где не будет Завета и не будет союзников. И вы станете умолять меня о смерти, но не получите ее!

Корабль Вала начал разгоняться, удаляясь от флотилии флибустьерских кораблей.

– О черт, да он уходит! – разочарованно сказал кто-то.

– Мы еще можем успеть его разнести, – с надеждой в голосе предложил другой.

– Ну-ну. Пусть себе идет, – миролюбиво сказал Сабатини. Корабль Вала, набрав скорость, вошел в прокол и пропал из виду. – Мы вам очень обязаны. Дайте мне ваши позывные, а через месяц-другой загляните на Халиначи. Не пожалеете. Просто скажите старине Савафунгу, что оказали услугу пиратам "Грома", а он будет знать, что ему делать.

Неизвестно, восприняли ли они его слова всерьез, однако все послали срои позывные и приняли подтверждение.

Ворон встал и прошел в корму.

– Ну вот, теперь мы можем отправить Нейджи в последний путь, как он того и хотел.

Они с Манкой затащили обмякшее тело в воздушный шлюз и задраили внутренний люк. Воздух они не откачали, и тело Нейджи, выброшенное давлением, вскоре пропало в темноте.

Вдруг Сабатини взволнованно вскрикнул:

– Эй! Вот это прокол! Черт меня побери, это же "Гром"!

Ворон грустно уставился на люк воздушного шлюза:

– Н-да. Поздновато...

"Гром" немедленно обнаружил флибустьерскую армаду – замерцали защитные поля, ожили орудийные установки.

– Легче, легче, – сказал Сабатини. – Это друзья. Потом все объясним.

– Матерь Божья! Это еще что такое? – охнул кто-то. Ему эхом вторили вскрики, полные неподдельного изумления. Флагман лоскутного флота, старинный транспорт, имел в длину едва ли четыреста метров. Пришелец достигал сорока километров.

– А это, друзья мои, и есть наш "Гром", – пояснил Сабатини. – Эй, Звездный Орел! Рады тебя видеть, хоть ты и пропустил самое интересное!

– Прошу прошения, – вежливо отозвался пилот. – Когда ваше послание достигло базы, я был в другом месте, но как только мне его ретранслировали, сразу же вылетел сюда.

– Это те беглецы с Мельхиора! – воскликнул один из флибустьеров. – Ну, черт меня побери! Ни за что бы не поверил, если бы не увидел сам!

Сабатини медленно подвел "Молнию" к "Грому". Тянущий луч захватил ее и втащил во второй грузовой отсек.

– А где же Нейджи? – спросил Звездный Орел, когда они оказались внутри. – Я его не чувствую. И черт возьми, во что вы превратили корабль?

– Нейджи умер, – ответил Сабатини. – Мы победили Вала, но он заплатил за это своей жизнью. Его тело плывет где-то.., эй! Вот те раз!